Ангелы/черти - Мария Орлова

— Чертов ангел, — он вытер выступившие от смеха слезы. — Ну сказанула.

— Но ведь правда, — отсеялась Рада. — Ладно, спасибо что проводил.

— Спокойной ночи, рад был с тобой повидаться.

— Заскакивай, если что, — девушка помахала рукой и скрылась за дверью.

— Если что, — улыбнувшись, покачал головой мужчина. — Ох, Рада.

Возвращаясь к себе, Вел сделал крюк и прошел мимо дома родителей. Его семья была влиятельнее и выше по положению семьи Рады и жила в собственном доме. Дом был темным, только в одном окошке горел неяркий свет. Отец работает, догадался Вэлл, как обычно заранее готовится к следующей рабочей неделе. И садик ухожен как раньше, и качели по прежнему висят на суку большого дерева, все совсем как раньше, Веллу стало грустно, он слишком давно не позволял себе вспоминать родных. Когда он сообщил родителям о своем решении, в доме воцарилась мертвая тишина, даже его младший братец, который, казалось, орал вообще никогда не умолкая, замолчал. Зато потом орали все сразу и малыш Люц, и родители и дед с бабкой, молчали разве что домовые духи, но они молчали, потому что говорить вовсе не умеют. Когда все выдохлись, и снова стало относительно тихо, отец указал Веллу на дверь.

— Никогда в нашем роду не было ангелов и не будет, — сказал он тогда. — Ты больше мне не сын, я отрекаюсь от тебя, я лишаю тебя наследства и поддержки рода. Вон.

Мама заплакала, но перечить мужу не стала, дед молчал, бабушка что-то бухтела про позор и соседей, Велл не слушал. С тех пор прошло восемь лет, за которые он ни разу не приходил сюда и почти совсем ничего не знал о своей семье. Люц, наверняка уже ходит в школу, а папа, какого ему в новой должности? О том, что господина Тауэра повысили до главы надзора, он читал в газетах. А мама? Велл тряхнул головой и стремительно пошел прочь, пугая случайных чертей, оказавшихся на улице в столь поздний час, да и кто бы не испугался, откуда посреди ночи взяться ангелу в районе где живут одни черти.

Рада открыла дверь, стараясь двигаться как можно тише.

— Явилась, — раздался из кухни голос матери. — Не запылилась.

Рада вздохнула и перестала таиться.

— Ну конечно, мы же такие умные, мы же университет закончили, нам же западло поужинать с семьей, — продолжала мать Рады. — Разве с такими рогами можно опускаться до простых бесов.

— Не кричи, малышню разбудишь, — буркнула Рада.

— Не смей указывать матери, — женщина грохнула кулаком об стол, в одной из комнат тут же заплакал малыш. — Вот видишь, из-за тебя ребенок проснулся.

— Само собой из-за меня, — кивнула Рада.

— Не смей со мной соглашаться.

— Не ори, — Рада немного повысила голос. — У меня сегодня выпускной был, я говорила.

— Ни черта ты не говорила, — женщина уже орала.

— Не орите, — высунулась из комнаты голова с всклоченными волосами и маленькими рожками. — Ребенка разбудили, — в сторону возмущавшегося тут же полетела тарелка, но тот успел ловко скрыться.

— Я тут как проклятая, — возмущалась женщина:- а от тебя никакой помощи. То ты учишься, то у тебя практика, теперь вот выпускной.

— Ма, я у тебя седьмая, — напомнила Рада.

— Не смей мне перечить, — от очередного удара по столу на нем подпрыгнули чашки.

— Услышу еще один звук, мало не покажется, — раздался из спальни голос главы семьи.

— Ну чего вы расшумелись? — из комнаты выплыла невероятной красоты женщина, ее белоснежные волосы волнами ложились на обнаженные плечи, драная мужская майка, едва прикрывала ее прелести, но совершенно не портила впечатления, Рада невольно залюбовалась старшей сестрой.

— Мама несколько не в себе, — улыбнулась сестре Рада. — Лил, скажи мне, что ты с волосами делаешь? — поинтересовалась она.

— Да ничего, — лениво отмахнулась Лиллит, с ногами забираясь на стул. — У тебя так не получится, ты же не суккуб.

— Фирменный рецепт, — понимающе кивнула Рада и принялась наливать себе чай.

— Налей и мне чашечку, — попросила Лиллит, внимательно разглядывая свои ступни. — Ма, тебе не кажется что у меня мизинец на ноге кривой?

— Держите, — Рада поставила чашки с чаем перед матерью и сестрой, а уже потом принялась наливать его себе.

— Я тебя что просила мне чай наливать? — фыркнула Ма, отпивая чай из чашки. Рада пропустила ее замечание мимо ушей.

— Нет, вроде не криво, — оставив свою ногу в покое, решила Лиллит. — Рада, как повеселились?

— Не плохо, — улыбнулась Рада. — Сначала несколько пошумели в кафе «У Зевса», а потом на землю дернули. Весело было, пока за нами наряд ангелов не прислали.

— Бу, — сложила красивые губки Лил.

— Вы им хоть морды начистили? — поинтересовалась Ма.

— Нет, конечно, — улыбнулась Рада. — Себе дороже, да и потом Казимир нагрянул.

— Кто такой Казимир? — раздраженно спросила Ма, не дождавшись дальнейших пояснений от дочери.

— Преподаватель, — коротко ответила Рада и снова принялась грызть засохшее печенье.

— А я догадываться должна? — возмутилась Ма. — Или ты думаешь, я обязана помнить всех твоих учителей по именам?

— Не кричи, Па разбудишь, — напомнила Лил.

— Казимира ты знаешь, — отмахнулась Рада. — Помнишь, при распределении ты еще на него глаз положила, шикарный такой черт и хвост у него знатный.

— А, этот, — вспомнила Ма. — Надеюсь он как следует надрал вам задницы, чтобы не лезли куда не попадя.

— Угу, кто б ему позволил, — Рада наконец справилась с печеньем. — Ладно, я спать.

— Стоять, — Ма дернула девушку за хвост, не давай выйти из кухни. — А чашки я за тебя мыть буду?

— Еще раз дернешь, пеняй на себя, — процедила Рада сквозь зубы и высвободила хвост.

— А я сказала, вымой посуду, — рявкнула Ма.

— А я сказал, заткнитесь, — выскочил из спальни отец девушек.

— Ой, что будет, — несколько равнодушно произнесла Лилл, не двигаясь с места.

— Не ори, — заорала на мужа Ма. — Рада, марш мыть посуду.

Рада окинула взглядом раковину, полную грязной посуды. — Спокойной ночи, — сказала она.

— Стоять, — Ма снова дернула ее за хвост, причем дернула так сильно, что Рада вынуждена была сделать шаг назад. От удара хвоста по столу, чашки разлетелись вдребезги, а сам стол угрожающе прогнулся и затрещал. Второй удар пришелся по мойке, необходимость мыть посуду отпала сама собой, целой посуды там просто не осталось.

— Спокойной ночи, — Рада прошла мимо испуганных родителей и сестры.

— Какого дьявола ты дернула ее за хвост? — поинтересовался у жены Па. — Совсем ума нет? — он выразительно постучал себя по лбу.

— Обалдеть, — наконец смогла произнести Лиллит. — Ну почему я так не могу? Это ужасно не справедливо. Бац и….. - она не находила слов.