Казачество в 1812 году - Алексей Шишов

В ходе начального этапа отхода от государственной границы в «команде» Платова оказался отряд генерал-майора И. С. Дорохова в составе Изюмского гусарского, двух (1-й и 18-й) егерских, двух казачьих полков, роты легкой артиллерии (12 орудий). Дорохов тоже не смог соединиться с 1-й Западной армией, тоже совершил марш-маневр (потеряв всего 60 человек), войдя в соприкосновение с платовским корпусом близ Воложина. Так в подчинении донского атамана оказалась легкая егерская пехота, чем он умело и воспользовался.

Дороховский отряд в начале войны являлся арьергардом 4-го армейского корпуса. Но, оказавшись отрезанным от главных корпусных сил, отряд, не обремененный тяжестями и потому маневренный, вместе с корпусом Платова получил приказание переправиться через Днепр у Быхова и оттуда следовать на соединение с армией Барклая де Толли к Смоленску.

Приказы Барклая де Толли для 2-й Западной армии и летучего казачьего корпуса, входившего в ее состав, оказались невыполнимы по той причине, что и Наполеон, как талантливый полководец, не дремал, двигая вперед корпуса своих маршалов. Стало ясно, что двум главным по силам русским армиям придется с боями идти на соединение друг с другом где-то западнее Смоленска.

В той ситуации военный министр России был вынужден решением государя отменить атаману М. И. Платову первоначальный приказ совершать диверсии во фланг и тыл переправившегося через Неман неприятеля, а идти вместе с армией Багратиона на соединение с 1-й Западной армией. Летучий казачий корпус должен был прикрывать ее походный марш. Собственноручное повеление императора Александра I донскому атаману гласило следующее:

«Пока вверенный вам весь корпус казаков будет находиться между Лидой и Вилейкою, должны вы иметь предметом для нападений ваших на неприятеля все дороги, ведущие от вас к Вильне, по коим посылать вам вперед отряды из 500 до 1000 казаков, по усмотрению вашему, назначив сим отрядам пункты, на кои им отступать.

Когда весь корпус казаков минует Вилейку, тогда нападения казаков должны производиться на сообщения неприятеля с Вильною, прикрывая марш армии князя Багратиона; соображать же движения свои по направлению армии его, следующей по предписанию из Волковыска чрез Новогрудок на Вилейку, и которая служить будет вам опорою на случай вашего на нее отступления.

Посему и должно вам иметь беспрерывное сношение с князем Багратионом, которому предписано уведомить вас о подробнейшем направлении марша вверенной ему армии, а вам как можно чаще извещать его о всех движениях, как ваших, так и неприятельских, равномерно доставлять известия сии ко Мне и Военному Министру, в место пребывания главной квартиры между Видзою и рекою Двиною».

Платов выполнил приказ главнокомандущего 1-й Западной армии. 22 июня его летучий корпус у Николаева соединился со 2-й Западной армией князя Багратиона. Донской атаман временно переходил в его начальствующее подчинение, хотя в чинах они были равны: один полным генералом от инфантерии (пехоты), другой – полным генералом от кавалерии.

21 и 22 июня платовским казакам пришлось провести два боя с легкой кавалерией неприятеля из Первого армейского корпуса Великой армии маршала Л. Н. Даву – у Вишнево и Гудиненты. Столкновения оказались скоротечными, поскольку наполеоновцы в серьезное дело ввязываться не стали до подхода главных сил. В силу такого обстоятельства казачьи полки достаточно спокойно уходили от преследователей, прикрывшись дозорными разъездами. Атаман Платов отправил о том донесение главнокомандующему, в котором писал:

«Неприятель разбит и отретировался назад. Убито у него до ста человек. Сегодня поутру наступает на меня неприятель у селения Гудинешты и я, отразивши его, решился идти на селение Бакшты».

23 июня летучий казачий корпус расположился лагерем у села Бакшты. В тот день казачьи разъезды донесли атаману, что севернее, в Воложине, появился в больших силах неприятельский авангард. Платов решил выступить из Бакшты на юг, к Николаеву и там переправиться через Неман. Оповещенный о том князь П. И. Багратион, чья 2-я Западная армия двигалась еще южнее на Несвиж, предложил донскому атаману присоединиться к нему, для чего оставил для охраны неманских мостов в Николаеве и Колодзине два воинских отряда. Багратион предупреждал, что оба моста в полдень будут уничтожены, то есть сожжены, дабы французы ими не воспользовались.

В тот же день главнокомандующий 2-й Западной армией приказал Платову вместе с отрядом Дорохова занять Воложин и удерживать его до 26-го числа. Атаман послал казаков разведать путь движения в Воложин. Оказалось, что дорога идет через болото, проходимого только в зимнее время, когда оно крепко замерзает. Поскольку французские войска находились не далее мили от Бакшты, то занимать Воложин уже не имело смысла, о чем и был извещен Багратион.

2-я Западная армия начала отход от Волковыска. Казачьи партии, «обозревавшие за Неманом дороги», своевременно донесли генералу от инфантерии П. И. Багратиону о том, что самый сильный в Великой армии почти 60-тысячный корпус маршала Даву перекрыл ему прямой путь на Минск. Даву имел сил намного больше своего противника (5 пехотных дивизий и 2 легкие кавалерийские бригады) и мог надеяться на победный для себя исход встречного сражения.

Ученик Суворова «князь Петр» это прекрасно понимал и, умело маневрируя, продолжил отход от госграницы. В то же время багратионовская армия, «глазами и ушами» которой стали платовские казаки, начала опасно удаляться от 1-й Западной армии. Но в той ситуации иного и быть не могло: Наполеон контролировал ситуацию, а не его противники.

Летучий казачий корпус, будучи уже в первые дни войны отрезанным от главных сил своей 1-й Западной армии, вошел в соприкосновение с армией князя П. И. Багратиона не по желанию донского атамана. Платов, получив первый приказ военного министра ударить неприятелю во фланг, такой приказ в сложившейся ситуации исполнить не мог. Тогда он запросил генерала от инфантерии М. Б. Барклая де Толли дать ему новое указание.

Тот ответил так: «Весьма мудрено давать мне за 300 верст вашему превосходительству наставления, которые разрешаются местными обстоятельствами». Здесь следует заметить, что на действия 1-й Западной армии при отступлении к Смоленску заметно повлияло отсутствие в ее рядах сильной по составу легкой казачьей конницы. Это признается многими исследователями.

Ситуация и местоположение летучего казачьего корпуса говорили только об одном: прорыв сквозь боевые порядки наполеоновских корпусов для соединения с 1-й Западной армией невозможен. Если он и удастся, то это будет сопряжено с большими, ничем не мотивированными потерями в людях и лошадях. Рядом же, на путях отхода от границы находилась 2-я Западная армия генерала от инфантерии князя П. И. Багратиона, с которым атаман Платов был хорошо лично знаком и дружен. Да и к тому же тот и другой желали сражаться, а не отступать без боя от границы. Так судьба свела вместе двух героев войн с наполеоновской Францией уже в первые дни опасно начинавшейся для России войны.

Первый раз атаман М. И. Платов провел бой с большими силами французов 26 июня у местечка Кареличи (Кореличи). Или, говоря иначе, его летучий казачий корпус впервые столкнулся в той войне с вражеской кавалерией. Но это была проба сил сторон, «пристрелка» перед серьезным делом, в которой никто не упорствовал, а только присматривался друг к другу.

В тот день летучий казачий корпус, прикрывая отход 2-й Западной армии к городу Несвижу, без особого труда разбил неприятельский авангард, состоявший из трех колонн польской легкой кавалерии, отбросив его к городу Новогрудку. «Казачьи генералы Иловайский 5-й и Карпов 2-й ударили на поляков и гнали их до Новогрудка».

После боя у Кареличей платовский летучий корпус продолжил свой окружной путь к Смоленску. Боевые столкновения стали обыденным делом, то есть работой для казачьих разъездов. Платов писал, что «и хотя урон был мал, но он был, и был каждый день…» «Об убитых и раненых» у него велся «домашний счет».

…Начальное серьезное дело в «грозу 12-го года» казачья конница имела у Мира, небольшого местечка Новогрудского уезда Гродненской губернии. Здесь произошел двухдневный бой (27 и 28 июня) летучего казачьего корпуса генерала от кавалерии М. И. Платова, составлявшего арьергард 2-й Западной армии, с 4-й (Польской) легкой кавалерийской дивизией дивизионного генерала Александра Рожнецкого (3,6 тысячи человек при 3 конных орудиях), находившегося в авангарде группировки Великой армии Жерома Бонапарта, Вестфальского короля.

За день до боя атаман Платов получил от князя Багратиона задачу задержать у Мира двигавшийся со стороны Новогрудка неприятельский авангард. Это давало уставшим от каждодневных марш-бросков войскам 2-й Западной армии кратковременный отдых в городе Несвиж Слуцкого уезда Минской губернии.