Имперский гамбит - Сергей Мусаниф

Здорово будет воевать, если опасность угрожает тебе с обеих сторон.

Спал Клозе беспокойно.

Утром следующего дня после завтрака в офицерской столовой он заперся в своей каюте и вызвал на экран статистические данные, о которых ему рассказывал адмирал. Действительно, у звена Клозе процент боевых столкновений с таргами был на порядок выше, чем у любого другого. Практически ни один его вылет, даже в район, считавшийся условно безопасным, не обходился без боя.

Черт побери, это правда. Они охотятся за мной, подумал Клозе. Но почему? И как они могут знать, в каком истребителе я сижу? Откуда они вообще хоть что-то про меня знают?

В телепатию Клозе верил с трудом. С еще большим трудом он верил, что тарги, даже будучи телепатами, способны отслеживать разум отдельного человека в хаосе космического боя.

Но как-то же они его находили…

И еще этот чертов Мейер. За что он убил Хоупа? Что Хоуп входил в их тройку, это очевидно, но почему все закончилось именно так? Потому что Хоуп был намерен выполнить кардинальский приказ и Мейер таким образом пытался защитить самого Клозе? Или потому что Хоуп не собирался выполнять приказ и мог поставить в опасность все дело?

Тогда зачем Мейер пришел к до этого ничего не подозревавшему Клозе? Дымовая завеса? Заговор? Многоходовая комбинация?

Клозе чувствовал, что заболевает паранойей.

Приказ кардинала, отданный Мейеру, означал, что смерти Клозе жаждут на самом высоком уровне. Но трое выпускников летных курсов никак не тянули на серьезную зондеркоманду.

Доверили бы им такое дело?

У Клозе не было ответа.

Они с новым императором расстались на Земле не совсем чтобы друзьями, и Клозе все время ожидал чего-то подобного, однако верховный главнокомандующий мог отдать приказ о его ликвидации гораздо более профессиональным людям. Тому же УИБ, которое снова возглавил генерал Торстен, не питавший теплых чувств ни к Клозе, ни к Юлию. Но к Юлию больше, чем к Клозе. Когда после смерти Краснова Торстена не утвердили на посту директора УИБ, Клозе на Земле не было. Мог ли генерал УИБ перенести свою ненависть с мертвого императора на его живого экс-советника?

Эта война может быть выиграна в космосе только после того, как она будет выиграна на Земле. Что конкретно хотел сказать Рикельми этими словами?

И почему он сказал об этом Клозе?

Достало меня это все, подумал барон. Даже войну с пришельцами мы умудрились превратить в междоусобные разборки.

Таргам наши разногласия только на руку, хотя они способны одерживать победы и без этого.

Однако в последнее время Генштаб здорово им помогает. Пусть это и не вина адмирала Круза, который всегда казался Клозе нормальным мужиком.

Черт побери, я всего лишь долбаный капитан. Почему я должен обо всем этом думать? Мое дело – выполнять приказы, а не думать о том, кто их отдает.

Кто бы их ни отдавал.

С распухшей от раздумий головой Клозе выполз на обед и тут же наткнулся на контрразведчика. Это было странно, обычно майор Клементс предпочитал обедать у себя в кабинете. Сейчас же он восседал за одним из столов и, о боже, он был в чистой и отглаженной форме!

Такого Клозе не видел еще ни разу.

– Я чего-то не знаю? – поинтересовался он, ставя свой поднос на столешницу и усаживаясь напротив Клементса. – В смысле – я что-то пропустил? С чего это ты так вырядился? Епископская инспекция или что?

– Стал бы я гладить форму ради какого-то епископа?

– Тогда в чем дело?

– А ты ничего не слышал?

– Если бы я о чем-то слышал, – терпеливо сказал Клозе, – я бы у тебя не спрашивал.

– Час назад прибыл курьерский корабль.

– Что он привез?

– Всякую муть. Суть в не том, что он привез. Главное, кого.

– Кого? – спросил Клозе, видя, что Клементс не спешит делиться информацией.

– Такую цыпочку! Чуть ли не из высших аристократок!

– А-а-а, – разочарованно протянул Клозе. – Тебе бы только о бабах думать. К тому же твой наряд пропал зря: что-то я вокруг никаких цыпочек не вижу.

– А вдруг она заглянет навестить блестящих фронтовых офицеров, – пожал плечами Клементс. – У нас тут все навели глянец, исключая только тебя.

Единственная женщина, которая была нужна Клозе, в данный момент находилась на Земле и появиться здесь даже с кратким визитом никак не могла. Это было предусмотрено, как подозревал Клозе, в качестве гарантии его хорошего поведения. Хотя бы отчасти.

– Меня цыпочки не интересуют, – сказал Клозе.

– А зря. Я видел ее мельком – пальчики оближешь. Сейчас она беседует с Рикельми. Наверняка старикан распустил перед ней перья и сейчас хвастается своими боевыми наградами.

– Завидуешь, тыловая крыса?

– Поскольку мои награды свидетельствуют, что с кем-то из вас что-то не в порядке, я не особенно рвусь их получать.

– Как люди вообще приходят работать в контрразведку?

– Я хотел работать в УИБ. И работал там, пока не прокололся.

– Сколько было трупов?

– Это был прокол не того рода. Просто я раскопал что-то о человеке, под которого копать вообще не следовало. В итоге…

– Тебя вышибли – и ты оказался здесь.

– Туше, – подтвердил Клементс.

– Интересно, чем провинился сам Рикельми, раз он нами командует?

– Не имею ни малейшего желания это выяснять. А что сделал ты?

– Высказал Рокуэллу все, что я о нем думаю.

– Рокуэллу? Ты имеешь в виду императору Максимилиану Первому? Да, парень, ты по мелочам не размениваешься.

– Такая уж у меня натура.

– Небось дико гордишься собой?

– А то. Что этой девице благородного происхождения надо в нашем захолустье?

– Я знаю? Может, ее манит романтика космических сражений. А здесь достаточно безопасно, чтобы ей разрешили погостить у нас пару дней.

– Так долго? Обычно курьерские корабли задерживаются у нас только для того, чтобы разгрузиться.

– Я беседовал с одним из пилотов. Раньше завтрашнего вечера они стартовать не собираются.

– О причине высокопоставленного визита ты у него не спрашивал?

– Он не знает. По-моему, причина – обычная блажь.

– Интересно, кто дал разрешение на эту блажь? Мы тут все-таки воюем.

– Ты не хуже меня знаешь, как обстоят дела с этими идиотами наверху.

– Ага, я тоже когда-то был таким идиотом.

– Поэтому ты и должен знать. Девица изъявила желание побывать на настоящей передовой, в условиях военных действий, кто-то попросил кого-то об одолжении, кто-то отдал кому-то приказ, и вот она здесь. А то, что мы ведем самую бесперспективную битву во всей этой войне, ее не интересует.

– Это никого не интересует.

Опять, подумал Клозе. Все разговоры на борту дредноута вертятся вокруг одних и тех же тем. Переливание из пустого в порожнее, вот как это называется. Жизнь – дерьмо, начальство – дураки, мы проигрываем эту чертову войну. Допустим, все правда, но что из этого следует?

И что мы можем с этим поделать?

На выходе из столовой Клозе столкнулся с одним из пилотов курьерского судна. Лицо парня показалось Клозе странно знакомым. Он попытался вспомнить больше, и ему это почти удалось. Клозе видел парня раньше, на Земле. Они не были знакомы, но лицо Клозе запомнил. Только вот пилотской формы на этом человеке тогда не было.

Ага. Клозе обрядил пилота в мундир сотрудника УИБ и картинка сложилась. Он видел этого парня в окружении Винсента Коллоджерро на Земле. Но тогда… Тогда он никак не мог быть лейтенантом.

– Э… лейтенант…

Парень обернулся.

– Могу чем-то помочь, сэр?

Клозе был без формы. Как этот парень определил, что Клозе старше по званию?

– Нет, ничего. Извините.

Лейтенант откозырял ему, чуть более уважительно, чем полагалось бы при встрече с незнакомым человеком в штатском, развернулся и продолжил путь.

Клозе пожал плечами.

Рано или поздно все прояснится само по себе. А может быть, и нет.

ГЛАВА 3

Все прояснилось ближе к вечеру. С одной стороны – прояснилось, а с другой – запуталось еще больше.

Подобная фигня приключалась с Клозе всю его сознательную жизнь. Ответы, которые он находил, всегда порождали новые вопросы, более сложные и изощренные. Иногда Клозе думал, что лучше уж вообще не искать эти самые ответы. Было бы гораздо спокойнее спать по ночам.

Как бы то ни было, на этот раз ответы искать не пришлось. Они явились сами, нежданно-негаданно, и не спрашивая, готов ли Клозе их услышать.

В дверь его каюты постучали, он привычно булькнул «Войдите» и приготовился к очередной чуши от очередного юнца, но вместо лейтенанта Мейера или ему подобных в комнату вошла Пенелопа Морган.

– Здрас-сьте, – пробормотал Клозе. – А ведь я сегодня еще даже не пил.

– Думаешь, тебя навестило порождение белой горячки? – жизнерадостно поинтересовалась Пенелопа, закрывая за собой дверь и усаживаясь в кресло. – Ошибаешься, приятель, так просто ты от меня не отделаешься.