Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

Ее слова эхом разлетелись по пустому мраморному коридору. Здесь их никто не мог услышать.

Лукас прислонился спиной к прохладной гладкой стене. На его лице появилась улыбка и тотчас исчезла. Почему-то улыбка придавала ему суровости, если не сказать жестокости. Он явно посещал качалку. Не регулярно, наскоками, но когда посещал, то выкладывался до седьмого пота. Когда Дэвенпорт раздевался, он напоминал кусок упругого сыромятного ремня. Роуз Мари отметила про себя очертания надбровных дуг под туго натянутой кожей.

– Это единственное, что нам оставалось, – ответил Лукас, понизив голос.

Они понимали, о чем говорят.

– Оно сработало, – кивнула Роуз Мари. – Мы прослушали запись – она поможет остудить страсти. Ты, конечно, еще увидишь кровожадные реплики в передовице «Стар трибьюн». Будут задавать вопросы о том, как налетчицы проникли в банк и почему ты не вмешался сразу. Но я не думаю, что у тебя будут большие неприятности.

– Если бы их просто сцапали, дело дошло бы до парочки свидетелей с дурным прошлым, – сказал Лукас, – и девки снова оказались бы на свободе.

– Знаю, – вздохнула Роуз Мари. – Не уложи Лашез этого парня по фамилии Фаррис, неприятностей у нас было бы куда больше.

– Да, с Фаррисом нам повезло. – Лукас мрачно улыбнулся.

– Я не это имела в виду. – Роуз Мари отвела взгляд в сторону. – В любом случае Фаррис выкарабкается.

– Верно. Немного пластики на лице, кусок пластмассы в скуле, новые зубы, пересадка кожи на ухе…

– Я пытаюсь прикрыть тебя, – одернула его Роуз Мари.

– А мне почему-то кажется, что ты пытаешься смешать нас с дерьмом! – парировал Лукас. – Служащие банка в Райс-Лейк уже просмотрели запись с видеокамер «Кредитного союза». Нет никаких сомнений, что и там были обе бабенки Лашез. Они действовали точно так же: нейлоновые чулки на голове, кричали те же слова, вели себя так же. Тогда Кэнди Лашез убила кассира. Мы ждем известий от «Ледисмит и Клоке», но и там наверняка было то же самое.

Роуз Мари Рукс покачала головой:

– Но ты выбрал не лучшую тактику, хотя и беспроигрышную.

– Они вышли на улицу, они начали первыми, мы же просто ожидали их, – сказал Лукас. – Они первыми открыли стрельбу. Что нам еще оставалось делать?

– Я не критикую тебя, – поправила его Роуз Мари. – Просто говорю, что газеты задают вопросы.

– Может, тебе стоит сказать газетчикам, чтобы те засунули язык в известное место? – посоветовал Дэвенпорт. Его начальница активно занималась политикой и как-то раз даже намеревалась побороться за место в Сенате. – Сейчас, при нынешней конъюнктуре, это был бы неплохой политический ход.

Роуз Мари Рукс достала из кармана старомодный серебряный портсигар.

– Сейчас речь не о политике, Лукас. Я просто обеспокоена тем, что случилось. – Достав сигарету, она со щелчком захлопнула портсигар. – Такое ощущение, что вы их подставили. Чтобы самим превысить полномочия. Пока все в порядке. В Фарриса стреляли, а ты успел сделать запрос, чтобы машину грабителей остановили. Но в Кэнди Лашез шесть или семь дырок. Никто не поверит, что это все вышло случайно.

– Мы были готовы, – согласился Лукас.

– Значит, нужно ждать нового скандала, когда судмедэксперт даст заключение.

– Скажи там, чтобы не торопились, – предложил Дэвенпорт. – Ты же знаешь, как это делается. Через неделю-другую всем будет на это наплевать. До выборов же еще несколько месяцев.

– Да-да. И судмедэксперт идет на сотрудничество. Пока.

– Эти Лашез начали первыми, – стоял на своем Лукас. – Они убивали из спортивного интереса. Кэнди Лашез стреляла в людей, чтобы посмотреть, как те умирают. Так что поделом им.

– Тоже верно, – произнесла Роуз Мари и, махнув рукой, устало побрела к своему кабинету. – Отпускай всех домой. Комиссия по рассмотрению вашей стрельбы созывается завтра.

– Ты зла на нас? – бросил ей вдогонку Дэвенпорт.

– Нет. Просто настроение паршивое. Что-то многовато трупов у нас в этом году, – призналась Рукс. Она остановилась, щелкнула зажигалкой и закурила. В полумраке коридора кончик зажженной сигареты был похож на светлячка в ночи. – Слишком много людей убивают. Подумай об этом.

Когда Дэвенпорт вернулся домой, Уэзер Каркиннен занималась бумажной работой. Услышав, как Лукас вошел в кухню, она громко сообщила:

– Я в кабинете.

Через секунду Лукас появился на пороге с бутылкой пива в руках.

– Привет.

– Я пыталась дозвониться до тебя.

Уэзер была среднего роста, атлетически сложенной блондинкой с короткой стрижкой и широкими плечами. Высокие скулы и темно-голубые глаза говорили о ее финских корнях. Нос чуть великоват и с легкой горбинкой, как будто когда-то его сломали в драке. Не красавица, но на вечеринках мужчины старательно увивались за ней.

– Я видела по телевизору передачу о налете на банк.

– И что говорят? – спросил Лукас и, открутив крышечку с бутылки пива, сделал глоток.

– Что полиция застрелила двух женщин. Говорят, что стрельба была необоснованна.

Уэзер выглядела взволнованной. Она то и дело убирала волосы с лица.

– Не бери в голову. Мало чего там наговорят по телевизору, – покачал головой Дэвенпорт, чувствуя, что его душит злость.

– Лукас!

– Что?

Он весь ощетинился, и Уэзер это не понравилось.

– Ты злишься, – сказала она. – Что случилось?

– На меня спустили всех собак пресса и телевидение. Всем, черт возьми, не дает покоя вопрос: был ли это честный поединок? Почему, скажи на милость, поединок должен быть честным? Это ведь не игра. Мы не спортсмены, мы служители закона!

– Неужели ты не мог просто схватить их? Арестовать? Передать судье, навесив на них и другие ограбления банков в Висконсине?

– Не мог, – покачал головой Лукас. – Они всегда действовали в масках и пользовались крадеными машинами. Тот случай в Ривер-Фоллз два года назад, когда Кэнди Лашез поймали по обвинению в вооруженном ограблении: парень, которого она ограбила, торговец автомобилями, две недели спустя был зверски избит до смерти, еще до суда. Свидетелей не нашлось, а у Лашез оказалось алиби. Копы из Ривер-Фоллз считают, что ее прикрыли старые дружки-подельники.

– Но твоя работа состоит не в том, чтобы их убивать, – возразила Уэзер.

– Послушай, я всего лишь достал оружие, но не сделал ни единого выстрела. То, что случилось, – это их собственный выбор, а вовсе не мой, – ответил Лукас.

Уэзер упрямо покачала головой.

– Не знаю. То, что ты делаешь, пугает меня, даже сильнее, чем я предполагала. – Девушка зябко обхватила себя руками. – Меня не столько беспокоит то, что может случиться с тобой, сколько то, что ты можешь с самим собой сделать.