Возлюбленный лекарь (СИ) - Моран Маша

Удивительно, но суровый генерал не стал с ней спорить. Наоборот, его глаза загорелись, а в седых бороде и усах мелькнула едва заметная улыбка. Вот значит как? Очарован наложницей из Дома Утех?

Эйка принялась играть на лютне, а Айми начала танец. Она двигалась весьма умело для провинциальной наложницы, но все-таки в ее движениях не было… изящества. Я вспомнил одновременно плавные и резкие движения лекаря. То, как он тянулся, вешая одежду. Изгибался, словно молодой стебель.

Я потряс головой и принялся за еду. Боги, и о чем я думаю?!

-8-

Соврав, что устал, я вырвался из павильона в холодную октябрьскую ночь. Осень была в самом расцвете. Ни в одно время года наша империя не бывает столь же прекрасна, как осенью. Сейчас, вдали от дворца, я понимал это как никогда ясно. Красивая страна, погрязшая в бесконечном стремлении чиновников обогатиться.

Новости о распространении неизвестной скверны приходили со всех уголков королевства. Но ни один министр не счел их важнее сундуков с золотом. А король? Его вообще ничего не заботило кроме престола.

Я остановился у колодца, вдыхая запах мокрого камня и водяного мха.

А что я сам? Ничуть не лучше отца.

Эти люди уверены, что я смогу им помочь побороть черных монахов. А я никак их в этом не разубедил. Да я их сегодня впервые увидел! Как я могу помочь? Даже пополнив ряды их скудной армии, я вряд ли переломлю ход битвы.

На едва слышный шорох среди зарослей кустов я отреагировал рефлекторно. Меч остался в купальне, и из оружия у меня было лишь собственное тело.

Оттолкнувшись ногой от колодца, я взлетел вверх, и приземлился за спиной нежданного визитера. Сжал сзади тонкую шею и дернул на себя.

Передо мной оказалось бледное лицо лекаря. Его голубые глаза блестели в темноте, а губы удивленно раскрылись.

Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга. Я почему-то все никак не мог выпустить его из захвата. Пальцы будто сплавились с нежной кожей шеи и прохладными шелковистыми волосами.

Вблизи он оказался еще меньше, чем я помнил. Едва доставал мне до подбородка.

Он почти лежал у меня на локте, испуганно глядя снизу вверх.

Неожиданно его губы пришли в движение:

— Ваш друг все еще жив. Вот если бы он умер, тогда могли бы попытаться меня придушить.

Я очнулся. Злость на самого себя затопила жаром. Он еще и язвит. Как такой дохляк может кому-то нравиться?

Я небрежно оттолкнул его от себя и заложил руки за спину. Ладонь снова начало жечь. Да так, что хотелось окунуть ее в ледяную воду. Желательно, вместе с головой, в которой плыл туман.

Должно быть, это от странного цветочного запаха, который, кажется, исходил от лекаря. Проклятый модник!

-9-

Он оттолкнул мои руки и раздраженно прошептал:

— Мне нужно поймать призрака.

Я принюхался. Он вроде бы не пьян.

— Призрака? Вы еще и заклинателем тут служите?

Лекарь закатил глаза:

— В колодце живет призрак. Потому этот павильон и не любят.

— И зачем же призрак вам понадобился?

Только колдуны и заклинатели имели дело с ду́хами. Первые – чтобы заставить их творить свою черную волю, вторые – чтобы получить тайные знания.

Рэйден устало вздохнул:

— Из-за вашего друга. Эту ночь он не переживет.

Внутри меня все похолодело. Дайске всегда был для меня не более чем слугой, вынужденным из благодарности все время торчать подле. Но побег из дворца и многие дни странствий нас сплотили. Если я не могу позаботиться об одном человеке, то как буду заботиться о всей стране? Каким королем я стану, если не буду дорожить ни одним из своих подданных?

— Но ведь… вы вытащили из него частицы плоти монаха.

— Да. И это остановило заражение черной скверной. Но саму рану это не излечило. Он потерял слишком много крови. Порваны сосуды. Я не могу их сшить. Но я могу попробовать одно средство.

— Какое же? – Я прищурился, ожидая подвоха.

Лекарь тяжело вздохнул, как будто общался с деревенским дурачком:

— Мой учитель пытался соединить алхимию с медициной. Он раздобыл древние секреты врачевания. Можно приготовить мазь. Но один из ее ингредиентов – пепел призрака.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы хотите поймать того извращенца, который прячется в ширмах?

Лекарь снова всплеснул руками:

— Не-е-ет! Он – бестелесый дух. Нужен сильный призрак, одержимый злобой. Только они сохраняют плоть. Такой как раз и живет в колодце. Он появляется по ночам, когда к колодцу подходит глупая жертва. – Лекарь вытащил из складок халата черпак. Я и не заметил, что тот был привязан к его поясу.

— Вы хотите приманить его… собой? – Не знаю почему, но я был против этой глупой затеи.

Лекарь в очередной раз пожал хрупкими плечами и улыбнулся:

— Я сделаю вид, что уронил черпак и нагнусь за ним. Тогда призрак почует свою жертву, поднимется со дна, а я… – Плавным движением он достал из-за пояса длинные ножницы. – …отстригу у него прядь волос.

— Ничего более нелепого я не слышал. А если он вас схватит?

В колодце снова послышался странный шум, плеск воды и чей-то полубезумный смех.

Лекарь метнулся к колодцу и начал вращать ворот. Он тихонько стонал от усилий и даже вставал на носочки. Боги, ну и хиляк. Как он собрался ловить призрака, если даже ведро воды поднять не мог.

Я подошел к лекарю и отодвинул его, взявшись за ручку. Вытащив ведро, я поставил его на доски и прислушался. Из колодца не доносилось ни звука. Рэйден осторожно зачерпнул черпаком воды, а затем бросил его в колодец.

В зловещий тишине послышался плеск воды.

Рэйден снова склонился над колодцем и досадливо прокричал в холодную глубину:

— Ну как же так?! Я уронил свой черпак!

Я снова накрыл ладонью его плечо и отодвинул глупца от колодца.

Сначала не происходило вообще ничего. На несколько мгновений затихло абсолютно все. Природа словно умерла.

А потом раздался странный скрежещущий звук. Такой жуткий, что хотелось заткнуть уши.

Не понимая, что делаю, я сильнее сжал хрупкое плечо.

В колодце снова кто-то рассмеялся, а затем застонал. Лекарь напрягся и попытался вырваться из моей хватки.

— Где же ты-ы-ы?.. Дитя-я-я?.. Я его доста-а-ал… Подойди-и-и…

Рэйден дернулся к колодцу, но я удержал его. На его возмущенный взгляд покачал головой и подбородком указал на противоположную сторону. Лекарь кивнул и на цыпочках подкрался к другой стороне колодца, а я склонился над черным нутром.

Не знаю, чего ожидал, но уж точно не того, что оттуда внезапно выпрыгнет сгнившее до костей тело. На нем еще сохранились остатки плоти, мокрая истлевшая одежда свисала с костей, а безумные глаза горели адским блеском.

Призрак бросился на меня, протягивая к моей шее длинные костлявые руки с почерневшими сухожилиями. Я пытался не упустить из виду Рэйдена, который никак не мог дотянуться до седых косм утопленника. Но призрак выбрался из колодца и по-лягушачьи уселся на каменную кладку.

— Что же ты-ы-ы?.. Пойдем со мно-о-ой… Не пойде-е-ешь – прокляну-у-у.

Я и так проклят своим рождением. Что мне угрозы какого-то умертвия?

Я бросил взгляд на лекаря – он обходил колодец, так и не дотянувшись до призрака.

Мертвец вдруг развернулся в его сторону и захохотал. Он спрыгнул с колодца, бросаясь на Рэйдена и валя лекаря на землю.

Я метнулся к ним, хватая призрака за череп и буквально отдирая голову от его тела.

Мы стояли в полной тишине и продолжали смотреть друг на друга. В своих светлых одеяниях, с бледной кожей и серебристо-пепельными волосами, он напоминал призрака.

Остряк не выдержал первым:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вы забыли, куда шли?

— Нет. – Непонятно почему голос звучал хрипло и невнятно. Я прочистил горло: – Если вы искали Эйку, то она все еще в павильоне.

Лекарь удивленно вздернул брови:

— Я никого не искал.

Да неужели? Должно быть торопился на ночное свидание, а теперь боится, что его застукали.