Мастер - Николай Леонов

- Нет. Я никому не говорила. Мне бы и в голову не пришло, - сказала Нина твердо. - И потом это такое стеснительное дело, когда занимаешь, просто неудобно говорить.

Она и сама узнала случайно, когда забежала домой. Она, торопясь, ела омлет, и тут отец сказал про деньги. Про то, что собрал-таки нужную сумму и дня через два отнесет в правление кооператива. Она порадовалась, конечно, вместе с тетей и отцом и затем убежала на тренировку. Она играет в баскетбол, и скоро матч с университетом.

- Но он-то, грабитель, узнал, - заметил Леонид с улыбкой педагога. - Значит, где-то вы сказали, а потом забыли. Это было вскользь в разговоре, и теперь вы забыли где.

- Но это мог сделать и папа. И тетя.

- Согласен. И папа. И тетя. Мы это учли. А пока разберем каждый шаг и найдем то место, где вы сказали вскользь и забыли. Итак, начнем по порядку: вы съели омлет, и затем была тренировка…

Они сидели два часа, и Леонид восстанавливал прожитое Ниной по минутам.

Наконец они добрались до момента, когда Нина села в такси. Был первый час ночи, и троллейбусы редко ходили. И потом хотелось спать, она устала, а подъем рано утром.

- Минуточку, - спохватился Леонид. - Тренировка закончилась в десять. Ну, полчаса на душ и сборы. А вы говорите - в первом часу.

- Я потом еще погуляла. Ходила, дышала.

- Вы гуляли одна? Или с кем-то? Учтите, я стараюсь ради вас. Это не меня, а вас ограбили.

- Я понимаю. Я гуляла одна… Вернее, с подругой.

- И кто она? Баскетболистка? - Леонид нацелил карандаш.

- Точнее, это Жека. Вы видели его. Он мой однокурсник. Был великий студенческий день - выдали стипендию, и Жека смог раскошелиться, сделать шикарный жест, взять такси и с комфортом доставить к подъезду.

Его они долго ловили, стремительное такси. Свободных машин много, но таксисты были себе на уме и проносились мимо. Тогда Жека поднял два пальца, сам не зная зачем. Просто от отчаяния. И хотя стояла темь, один водитель клюнул на эти пальцы и подогнал машину.

- Вы сели в такси, и тут-то был разговор про квартиру, - произнес Леонид. - Вы переезжаете в другой район, а оттуда вам до института добираться вечность. Но все равно. Это будет отдельная квартира, и папа деньги скоро отнесет. Сотню-другую осталось собрать. Вы так сказали. Верно?

- Именно так и сказала, в самом деле я подумала, что ездить будет далеко и сказала Жеке об этом почти дословно, - вспомнила Нина. - Об этом я точно сказала. Про деньги не помню. А это… Но как вы узнали? Вы телепат?

- Я просто аналитик. По складу. Немного анализа, и только, - признался Леонид довольно скромно и добавил: - Телепатия - это неплохо. Настоящий детектив должен быть и телепатом.

- Но Жека очень честный и потом… - она смутилась.

- Он нам поможет, только и всего. И за него не бойтесь, если так. Но заранее молчок, о чем тут речь. Иначе будет плохо в смысле психологии. Он забьет себе голову мусором.

Леонид записал фамилию Жеки и даже обвел карандашом. Получилась виньетка.

- Ну, а как таксист? Что он собой представляет? Я имею в виду внешность, - встрепенулся Леонид.

- На вид симпатичный, - припомнила Нина. - И похож немного на вас. Такой крепыш.

- Ну, это субъективное мнение и ничего не говорит. А номер машины не помните? Может, отдельные цифры?

Но тут он ничего не мог поделать. Она не помнила, и все. Оставалась надежда на Жеку.

Жека прибыл утром. Нина разболтала все и тот пылал местью. Он нетерпеливо посмотрел на Леонида, поискал глазами по углам - где тут грабитель, - и Леонид быстро понял: «Не он». Если нити шли к преступнику от Нины, этот парень не имел с ними ничего общего. Леонид верил в свою интуицию.

Укротив свирепого Жеку, Леонид начал плести вопросы и кое-что выколотил из него. Для этого крепко пришлось поработать. Но и Жека не помнил шофера в лицо. Один только отсвет приборов. Было темно, и у того лишь белели зубы. И еще он был спокойный парень. Такое сложилось мнение у Жеки.

Он доставил Нину до самых дверей, они стали болтать там немного, у кнопки звонка. Тогда водитель поднялся наверх и спросил, в чем же дело. Сказали «минутку», а тут целых пять.

- Не бойся, шеф, не сбегу, - ответил Жека

- А я и не боюсь, - спокойно возразил водитель.

Он стоял площадкой ниже, крутил на пальце ключи. Был полумрак, и тень от кепки закрывала лицо, но все равно было заметно, насколько он спокоен.

- Дело в том, что я борюсь за перевыполнение плана. И если долго стоять - не наездишь особо. Да и скоро в парк, - так он объяснил свое появление, подбросил ключи, поймал и отправился вниз, к машине.

Когда Жека спустился, таксист пинал баллоны. Затем они долго катили в другой конец Москвы. Жека уютно сидел рядом с шофером и меланхолично слушал, как тикает счетчик. И смотрел, как болтается перед стеклом слоник из черной пластмассы. И смотрел на фото кинозвезды.

Потом он дал шоферу что положено. Даже на десять копеек больше. А шофер сказал:

- И только-то? Зачем же ты поднял два пальца?

- А что означают два пальца? Я поднял просто так.

- Не знаю, что они означают, - сказал шофер задумчиво - Но если ты их поднял, должны бы что-то означать. Во всяком случае, не десять копеек, а что-нибудь поболе. Может, два пальца - это двойная оплата? Ты не знаешь? Можно и так подумать? Верно?

Он не буянил и не грозил, получив еще десять копеек, козырнул и поехал. И еще какое-то время не спеша разворачивал машину. Наезжал на тротуар, пятился задом и высовывал голову наружу.

На этом Жека выдохся совсем, и Леонид отпустил его.

Потом он стал подводить итоги - выходило не ахти. Подвешенный слоник и фотография актрисы - вот и все. А такси в столице тьма- тьмущая, и попробуй каждую обшарь.

Глава IV. КОГДА ВЫ СТАНЕТЕ ДЕДУШКОЙ

Дети сбежали в театр, а внучат поручили ему. И так случалось каждый раз, стоило ему зазеваться. Их двое, внучат - Толя и Лена, но впечатление такое, словно строительная бригада рушит дом.

- Лена, кому говорят? - крикнул Михеев и стащил девочку со стола.

И вовремя - она уже была намерена сбросить со шкафа кофейный сервиз. Сволокла поближе к краю и подбирала наиболее эффектный момент, чтобы прозвучало погромче.

- Толя! - крикнул он в сторону кухни.

Там на миг притихло, а затем возобновилось с удвоенной силой - шорох и перестук кастрюль и ведер.

Михеев собрал крошечных дикарей в один угол, вытер им носы и подсунул груду игрушек. Вернее, остатки игрушек - утиль.

- Какие послушные ребята, - льстиво сказал подполковник, словно только что узнал об этом и был приятно поражен. - Теперь они будут тихо играть, а дедушка - работать. У дедушки важное дело. Правда? - спросил он с надеждой.

Детишки охотно кивнули. Они были добры и покладисты, и, если дедушка просил, они шли ему навстречу.

Михеев вернулся за письменный стол. Служебных забот был полон рот. Минул порядочный срок, почти что с месяц, а дело с кражами не двигалось с места. Версии старших Крыловых пока ничего не давали. Хотя и сбрасывать со счета их было рановато.

Тут стеклянные вещи задрожали от слаженного вопля. Малышам приелась филантропия, и они стали друг друга тузить - для зачина.

Михеев терпеливо растащил их в разные стороны и опять было сел к столу, но Лена не мешкая прищемила дверью палец, а Толя, соревнуясь с ней в проказах, сказал:

- А я напрудил в штаны.

Михеев подул на прищемленный пальчик Лены и сменил штаны ее брату. И вроде снова стало тихо.

Единственное, за что еще можно было как-то зацепиться, - линия Нины, такси с фотографией актрисы и пластмассовым слоном.

Обычный слон, запущенный в массовое производство. Обычная фотокарточка из тех, что красуются в витрине любого киоска «Союзпечать». Тот экземпляр отличается от прочих, правда, автографом самой актрисы. Как там… Что-то о галантности. Видно, обладатель автографа встречался с актрисой и в чем-то себя проявил. Может, стул пододвинул или что-то подал. И разыскать его не стоило труда, всего лишь требовалось время. Уйма времени. Пришлось сотрудникам полазить в таксопарках. И вот она, эта машина. Водителей - двое. И один из них, Семен Володин, значился в картотеке розыска под кличкой «Бык».

Михеев отвлекся. Его ухо уловило отдаленный шум воды, точно где-то возник водопад. Из коридора, осторожно прощупывая дорогу, выползала многопалая лужа. А в ванной довольный Толя поливал себя вовсю из душа.

Михеев стянул с него одежонку, но запасы сухих штанов были исчерпаны, и пришлось оставить малыша в одной фланелевой ковбойке. После этого Михеев засучил рукава и долго собирал тряпкой воду. Покончив с водой, он стал разыскивать притихшую Лену. Ее розовая нейлоновая попка торчала из-за кухонного стола. Она дразнила кошку, но кошка была уже пожилой и умной и не поддавалась на провокацию.

Михеев вытащил Лену, понес ее на одной руке. Она болтала ногами. По пути он нагнулся, подобрал вконец растерзанную куклу и пожурил: