Хроники пилота: Звездолет для бунтаря - Евгений Артёмович Алексеев

меня. Выстрел из бластера лишь пронзил металлическую стену контейнера, оставив в него огромную дыру.Я мучительно соображал, как эта громадная мерзотина умудряется так молниеносно уходить от удара. Словно перемещалась сквозь телепорт.

Вновь направилась ко мне. Но я включил форсаж движка скафандра и начал на автопилоте хаотично перемещаться вверх-вниз, влево-вправо. Включил программу в интерфейсе, чтобы найти алгоритм движения чудища. Через мгновение я увидел решение.

Сменил бластер на пушку порталов. Выстрел — дыра в стене напротив. Еще выстрел— еще одна дыра. Тварь уже направилась ко мне. Секунды показались вечностью. Сердце заколотилось у самого горла. Выхватил бластер и выстрели в противоположную сторону, в дыру в стене. Тонкий, как спица луч пронзил тварь. Она затряслась. Пфф. Распалась на лохмотья. Они растаяли, обнажив нутро чудища.

Едва не стошнило прямо в шлем скафандра. На месте уничтоженного исчадия ада медленно и печально закружились грязновато-белые черепа, берцовые, лучевые кости, остатки кистей рук с флангами пальцев. Это мерзкая гнида жрала гуманоидов. Таких же, как и я.

Видимо, вначале тварь оглушала объект мощным электроразрядом, заливала желудочным соком, который начинал переваривать ткани, а потом сжирала.

Надо скорее выбираться отсюда. Попасть в жилые помещения станции. Хотя, кто знает, какие страшные гады встречаются там. И судя по сообщению Дарлин, которое она успела передать, их тут видимо-невидимо. В ее биосканере даже не хватило формата для их численности.

Я проследил путь контейнера и заметил, что он останавливается в определенном месте, а затем уходит куда-то вверх. Едва заметная вибрация сообщила мне, что там открывается люк. Осторожно оглядываясь по сторонам, перемещаясь по возможности у самого пола, я доплыл до места отправки.

Уцепившись за стенку, влез в пустое нутро. Потащило вверх-вверх. И вынесло в квадратный зал, заставленный рядами стеллажей, агрегатами на массивных станинах, смахивающие на допотопные металлорежущие станки. Люк закрылся, контейнер поехал в конец и, чтобы не дожидаться конца путешествуя, я выпрыгнул.

Блямс! Я свалился на бетонный пол с таким грохотом, будто уронили огромный ящик с инструментами. Скафандр, как мог, смягчил падение, но первое время я лежал, не шевелясь, стараясь сдержать слезы, брызнувшие из глаз. Твою же сингулярность.

Оказывается, здесь уже наблюдалась обычная гравитация и интерфейс заботливо вывел информацию на внутренний экран:

Кислород (чистый) — 20,3%

Азот — 74%

Аргон, углекислый газ, метан — 0,03%

Вывод: среда, пригодная для дыхания, опасности для организма нет.

Я встал на четвереньки, с трудом поднялся. Медпомощь скафандра латала мои ушибы, впрыснула болеутоляющее. Ничего. Через полчасика я буду, как новый. Все заживет. Но сейчас я мог лишь ругать себя последними словами, что потерял бдительность.

Огромный зал напоминал аквариум — с трех сторон прозрачные стены, за которыми простирался океан тьмы с едва поблескивающими точками звезд. Я задрал голову, пытаясь определить, что находится на потолке. И мне совсем не понравилось то, что я там обнаружил. Вся поверхность потолка заполняли жуткие твари, и я бы не смог бы справиться с ними, даже со своим оружием.

Я ринулся к стене, где явно просматривались ворота. Рядом — прямоугольные полупрозрачные иллюминаторы с отливающими тусклой медью рамами. А твари уже медленно, но неотвратимо, как сама смерть, начали спускаться.

Глухие непроницаемые створки ворот не поддавались. И никаких панелей ввода кода! Я попытался найти электронный замок. Снял перчатки, пальцы едва заметно дрожали. Но карточка, что я забрал у трупа, не произвела никакого впечатления на защиту этой системы. Я заколотил в дверь со всей силы, на которую был способен. Но лишь мертвая тишина стала ответом.

Обливаясь холодным потом, я медленно обернулся. Уши заложило, волосы шевельнулись на голове. Дьявольские создания непроницаемой стеной выросли передо мной, заслонив окна. Желтовато-тусклый свет ламп, встроенных в стеллажи, мерцал причудливыми неясными пятнами на их гладких шкурах. Ноги подкосились и, прижавшись спиной к дверям, я медленно сполз вниз. Вытащил пушку порталов, бластер. Живым они меня не сожрут. Ни за что.

Глава 3

— Так ты придешь на мою кола-бола-пати?

— Я же сказал — нет.

— Так и хочешь умереть девственником, — Оланда тряхнула гривой вьющихся иссиня-черных волос, с которыми так не вязался цвет ее огромных серо-зеленых, как волны океана, глаз.

Чуть хрипловатый голос, мягкий, пробирающий до самых печенок. Заставляющий дрожать пальцы.

— Я умру адмиралом.

— Адмиралом? Адмиралом, Эдгар? — девушка коротко рассмеялась, оборвала себя, но в уголках губ осталась усмешка, как и в глазах, пристально изучающих меня. — А почему не маршалом?

— Маршал — сухопутное звание. А я — пилот.

— Да-да, ты лучший пилот в Академии. Ты лучше всех пилотируешь спейсфайтеры, космолеты, орбитопланы, звездолеты и даже космобайки. У тебя самый развитый нейроинтерфейс, самый высокий интеллект…

Оланда сыпала комплиментами, но таким нарочито издевательским тоном, что это унижало сильнее, чем откровенная грубость. И я ждал, чем же по-настоящему обидным она закончит.

— Но ты неудачник, Эд. Не-у-дачник. Знаешь почему?

— Потому что не оставляю на твоей нежной шейке засосы? В твоей роскошной спальне. В которой побывала вся команда квадроболла? Или только ее капитан? Который стоит всей команды. А то и двух.

Девушка побледнела, личико вытянулось, пропали ямочки на щеках. Ноздри маленького носика раздулись. И я уже приготовился получить пощечину. Но она лишь вскинула головку.

— Нет. Потому что ты засохший книжный червь, — отчеканила она. — Читаешь руководства, приказы, распоряжения, изучаешь фолианты с чертежами. Но ты так ничего не добился. Всего-навсего лейтенант. А вот он, — она кивнула головой куда-то за мою спину. — Уже майор.

Я машинально бросил взгляд через плечо. В конце коридора появился высокий белобрысый парень. Синяя куртка пилота небрежно переброшена через плечо. Гордо расправленные плечи именитого спортсмена, мускулистая шея. Короткие рукава белой рубашки обнажают рельефные бицепсы, трицепсы. Рядом его подхалимы. Шли они медленно, как герои какого-то дурацкого героического комикса. Но все в коридоре расступались с каким-то благоговейным трепетом.

Кельси Хов, капитан команды квадроболла. Оланда — капитан команды поддержки.

— Оланда, зачем я тебе нужен? Для коллекции? Поставить мой аватар в твой нейроальбомчик?

— Дурак ты, Эдгар. Правильно тебя зовут Кроликом. У тебя мозг с кулачок. Как у кролика ушастого.

Девушка вдруг стала серьезной. И в бездонном колодце ее глаз утонула горькая печаль. Будто она сожалела о чем-то навек потерянном.

Развернулась, повела плечами, руками приподняла гриву волос, заставив их распасться, скрыв плавные очертания плеч. И все её существо казалось дрожит от возмущения. А