Девушка в полосатом шарфе - Кристин Лестер

– Ну что же ты сразу мне не позвонила? Господи, ужас какой-то! Ты тащила все это на себе пешком?

– Нет, я ехала на трамвае. Правда, со второго захода.

– Ну все равно. До и после – на себе.

– Да, учитывая, сколько кругов я сегодня намотала с этой сумкой по вокзалу, в принципе, можно считать, что я дошла пешком до дома.

Кира ублаготворенно сползала по спинке кресла и наслаждалась горячим чаем. На стене тикали часы, пахло медом и свежим паркетом… С тех пор, как умерла мать Берты и она сама взялась за хозяйство, дом стал казаться намного уютней и теплей.

– Я оставлю их у тебя на пару дней?

– Да оставляй хоть на всю жизнь! – Берта засмеялась. – Я с удовольствием съем. Хотя этого добра – на каждом углу тебе насыплют за «спасибо».

– Это уж точно.

– Год нынче урожайный.

– Ну да, у нас вся дача ими завалена… Или – забрать?

– Испугалась, что съем?

– Нет, просто, кажется, я с ними сроднилась. Завтра выйду из дома на работу с обычной маленькой сумочкой, и мне будет сильно чего-то не хватать в правой руке.

– Двадцати килограммов яблок?

– Точно. Кстати, я их, наверное, перемяла. Надо отобрать, а то погниют.

– Ну хочешь – забери сейчас. Потому что у нас своих – вон сколько.

– Хорошо, заберу. Ну? Нам пора. Собирайся.

– Да, иди, поздно уже.

Кира молча смотрела на Берту, ожидая, что та все-таки спохватится, стукнет себя по лбу и скажет: «Ой, совсем не соображаю! Сейчас пойдем». Но она сказала другое:

– Слушай, Кир, я не могу тебя проводить. Я только что вымыла голову. Видишь – мокрая?

– Вижу.

– Ну что ты надулась? Ты же сама сказала, что таскаешь их на себе весь день. А тут дойти – сто метров, не больше. Что уж теперь-то колготиться…

– Нет, я все понимаю.

– Да ладно тебе. Вот – обиделась.

– Нет, я уже привыкла.

– Говорю тебе: если бы ты позвонила мне с вокзала, я бы мигом примчалась.

– С мокрой головой?

– Ну что ты ерничаешь? Ты могла бы, в конце концов, на мобильный позвонить. Почему не догадалась?

– Я потеряла мобильный, – сухо сказала Кира, открывая дверь и принимая из рук Берты привычную тяжесть холщовой сумки.

– Потеряла?! Слушай, вот это да-а!

– Ну ладно, я пойду.

– Нет, постой. А где ты его потеряла?

– Забыла в автобусе.

– Вот это да-а! Значит, ты все это время… И денег не было?

– Угу. Я пойду.

Берта перегораживала выход.

– Слушай, ну… У меня, конечно, есть старый телефон, но я хотела его племяннику подарить… В общем… ничем не могу помочь. Да-а! Вот это невезуха! Я тебе сочувствую, Кир… Кстати, классные чулочки! И береточка.

– Спасибо. Пока.

– Пока. Позвони, как дойдешь!

– Зачем? – крикнула она с лестницы.

– Как зачем?! Мало ли что!

Нет, на Берту она почему-то не обиделась. А когда пришла домой, то обнаружила в сумке двадцать килограммов совершенно перемятых, раздавленных и непригодных в пищу яблок, из которых ни одно не уцелело. Кира долго смеялась, сидя на полу. Ну разве это не смешно?

3

Утро следующего дня было обыкновенным утром понедельника. Раньше оно всегда казалось Кире слишком бодрящим после ласковых сонных выходных. Но теперь все не так: вчерашний день (хотя он был воскресным) взбодрил ее лучше любого понедельника. Вместе с сотнями пражцев, до конца не пробудившихся и потому особенно бестолковых в местах больших скоплений, Кира, напряженно размышляя, шла по тротуару к остановке.

Сегодня в обед ей предстоит посетить автовокзал и попытаться восстановить справедливость. Причем предполагаемый разговор с водителем автобуса станет попыткой свести счеты вовсе не с ним, а с судьбой.

Но Судьба, она очень хитрая пани. Захочет – подарит, не захочет – не подарит, а потом еще и все, что было, отнимет. Что у нее на уме – никогда не угадаешь, и лучше на нее не рассчитывать… За окном трамвая мелькали знакомые очертания утренних домов, и вдруг Кира поймала себя на мысли, что стоит и улыбается, держась за поручень и покачиваясь.

– Девушка, вы в курсе, что уже десять минут стоите на моей правой ноге? А сейчас еще и притопываете.

– Хм, бывает.

– Вы считаете?

– Что, простите?

– Вы считаете, что стоять на моей ноге – это «бывает»?

Кира непонимающе смотрела на юношу, замотанного таким же ярко-полосатым шарфом, как ее колготки, и не могла понять, чего от нее хотят.

– Нет.

– Это обнадеживает.

– Но я не слышала вашего вопроса.

– Вы, наверно, о чем-то глубоко задумались?

– Наверно задумалась, – сказала она, глядя в пространство и постукивая ногой, как ей казалось, об пол.

– Ногу-то, может, все-таки уберете?

– Куда?

– Девушка, с вами все в порядке?

– Вроде да.

– Вы меня слышите?

– А что вы хотите?

– Я прошу вас убрать вашу прелестную ножку с моего ботиночка.

– Ах, вот оно что! Извините!

– Ничего страшного.

– Вы могли бы сразу попросить! И при этом – спокойно!

Он посмотрел на нее еще задумчивей:

– Ну-ну, я понимаю. Утро, все нервные.

Кира обиделась:

– Что «ну-ну»? Зачем вы устраиваете такой шум из-за пустяка?

Парень округлил глаза:

– Я вообще-то не устраиваю шум. Это вы…

– А что я?

– Да хватит уже! Все.

– Нет, ну интересно.

– Я просто попросил вас убрать ногу. А если вы спите на ходу – это ваши трудности. Спать надо ночью.

– Не ваше дело, что мне надо делать ночью. Понятно?

– Понятно!

Он обиженно отвернулся. Кира вдруг посмотрела на него с сожалением и раскаянием. Вот до чего довел ее вчерашний день! Раньше она никогда не ввязывалась в ссоры в общественном транспорте. Раньше она обязательно пококетничала бы с этим симпатичным парнишкой, потом они обменялись бы телефонами…

Сценарий уличных случайных знакомств был известен ей наизусть, вплоть до реплик, которые часто повторялись. Эти сценарии всегда вызывали раздражение у Стефана. А Кире нравилось знакомиться и общаться с людьми, она делала это просто так, совершенно без прицела на какие-либо серьезные отношения. Получалось легко и быстро, она сходилась и расходилась с сотнями людей, и многие телефоны оседали в ее книжке на всякий случай.

Трамвай дернулся, и Кира буквально упала на дверь. Собственно, если бы он не дернулся, она проехала бы свою остановку!

Выйдя на улицу, она направилась в маленький старинный особнячок, где располагалось ее туристическое агентство. Она работала там уже больше года, и это была первая работа, где не приходилось скучать.

Ведь что взять с экономиста? Обычно сфера его интересов в любой организации невелика, а круг общения узок. Здесь же ей явно нравилось. Каждый день приходили новые люди, часто симпатичные мужчины – «шикарные дядьки», которых тут же принимались обрабатывать девушки из отдела продаж. А Кира, увидев их через стеклянную перегородку из своего кабинета, как бы по делу, тоже могла выйти «поводить хвостом».