Операция Гемма - Николай Раков

— С такими характерами, как у них, вся борьба в подполье сводится к разговорам, как было бы хорошо победить, — с сарказмом проговорил Колдун.

— На Гемме, или Портейне, как переименовали официально планету гаюны, — не обращая внимания на реплику Колдуна, продолжал Самум, — имеется три огромных материка, занимающих двадцать пять процентов всей поверхности планеты. Население около восьми миллиардов человек. Сама планета немного больше Земли и имеет ненамного более высокую гравитационную постоянную. В результате варварской эксплуатации полезных ископаемых и постройки огромного количества заводов экологическое равновесие достаточно сильно нарушено. Погодные условия также резко изменились. Как я уже говорил, постоянные дожди, ветер, туманы, сырость. Корабли Союза посещали Гемму три раза, на четвертый в высадке представителей правительства и экипажа было отказано. Скорее всего, это было уже решением гаюнов.

— А как там обстоит вопрос с вероисповеданием? Что представляет собой бог геммов?

— Вот об этом я ничего сказать не могу. Статья была обличительная. Высказывала сожаление о возможной гибели самобытной культуры. Гаюны были представлены в ней как захватчики.

— Правильно кто-то из писак сориентировался, — высказал свое мнение Колдун.

— Мне кажется, обстановка не настолько плоха. Я бы даже оценил ее как перспективную, — сделал свой вывод Шаман. — Давайте возьмемся за дело. Определимся, что у нас сейчас есть. К концу дня обсудим, что мы сможем использовать и взять на вооружение.

Все трое раскрыли папки и приступили к изучению материалов, которые содержали доклады направленных на Гемму представителей правительства, экспертов, разведчиков, попавших в посольство под видом секретарей и обслуживающего персонала, журналистов и членов экипажей, побывавших на планете.

Вкратце картина выглядела именно такой, как передал ее Самум, но диверсантов интересовали подробности и мелочи, именно то, что можно было использовать при выполнении задания. Географические карты, планы городов, расположение заводов, выпускаемая продукция и многое другое. Конечно, за тридцать лет, прошедших с момента получения информации, которой они сейчас пользовались, на планете произошло множество изменений, но зная психологию противника, его потребности в ходе ведения войны, а также имея представление о коренных жителях планеты, произошедшие изменения можно было спрогнозировать. В ходе ознакомления с информацией выяснился вопрос и с вероисповеданием. Геммы оказались достаточно верующим народом. Они поклонялись своему прародителю, богу Хосу, создавшему их мир и в настоящее время взирающему на своих учеников сверху. Каждый гемм по канонам религии являлся учеником Хосу и нес в общество частичку его доброты, терпимости и служения ближнему.

«Очень хорошо, — решил про себя Шаман. — Если гаюны использовали постулаты святой книги геммов „Турая“ как один из способов достижения своих целей, то и мы используем ее как оружие против них. Придется выделить время и прочитать ее подробно».

Во все тяжелые времена любой человек, будь он трижды неверующим, обращался к Богу, прося его о защите и наказании своих угнетателей. Самые активные, пытающиеся противостоять насилию, приходили в церковь, чтобы заручиться его помощью и поддержкой. Этим способом пользовалась контрразведка, выявляя неблагонадежных, этим же могла воспользоваться разведка противника, разоблачая ложь, вычленяя из прихожан потенциальных противников режима. Но Шаман как специалист-нетрадиционщик смотрел шире. Из колеблющихся, неблагонадежных, потерявших надежду можно сделать сторонников и фанатиков, противостоящих режиму. Где кроме церкви тебе расскажут самую полную версию мира, укажут кто, где и когда противостоял свету истинной веры, а это уже сведения о святых местах, то есть местах силы и о темных местах, где собирается нечисть, грозящая гибелью, а значит, местах энергетических пробоев в коре планеты.

Технологии и привычки гаюнов были достаточно хорошо изучены еще до войны, не говоря уже о том, что такого рода знания пополнялись с каждой операцией в ходе военных действий. Техническую, явно устаревшую информацию все трое просмотрели достаточно быстро, особо не задерживая на ней внимания. Они и так прекрасно ориентировались в технологических цепочках, будь то завод по производству продуктов питания или изготовлению боеприпасов. Знали уязвимые точки процессов, нарушение которых вело к остановке всего производства. Искали в этой информации они совсем другое, подсказку, как нанеся удар только в одном месте, заставить остановиться значительную часть всей технической машины планеты. Информации явно не хватало.

День закончился, но закончились и материалы на бумажных носителях, изготовленных специально для более удобного пользования.

— Есть какие-то предложения или требования по обеспечению? — спросил Шаман, когда отметил, что партнеры здорово устали, и скомандовал заканчивать.

Самум молча пожал плечами, разведя руки.

— У меня пока по нулям, — высказался Колдун.

— Тогда соберите все тут, закройте и двигайтесь в столовую. Жрать неохота, но все равно надо. Завтра возьмемся за видеоматериалы. Если и там ничего не найдем, то будем думать.

Оставив друзей, Шаман двинулся на доклад к Лузгину и застал его склонившимся над какими-то схемами и бумагами. Увидев вошедшего капитана, полковник оторвался от своих дел и свернул расправленные листы.

— Как у вас дела, что-нибудь полезное накопали? — спросил он, откидываясь на спинку кресла и потирая уставшие глаза.

— Пока ничего интересного, но есть просьба.

— Выкладывай, — со вздохом протянул полковник. — У тебя же все не как у людей. То зонтики требуешь, то еще что-нибудь невообразимое.

— Мне нужна «Турая» и еще хотелось бы пообщаться с живыми свидетелями, кто высаживался в первых трех экспедициях на Гемму, то есть Портейн.

— Твою просьбу насчет свидетелей я предвидел, ищут. Если кого найдут, доставят немедленно. А вот насчет «Тураи» поясни, может, была такая зверюга, но сбежала, а может, съели давно, деликатес все же, не пропадать добру, — пошутил Лузгин.

— Это в нашем понимании Библия геммов.

— И где ее прикажешь искать?

— Там же, где и свидетелей. В материалах есть упоминания о религии. Значит, кто-то из журналистов или другой член экспедиции интересовался этим вопросом и мог привезти «Тураю» с собой, возможно в качестве сувенира.

— Хорошо, — вздохнул полковник, — сегодня сделаю запросы. Что еще?

— Нам нужна гипнообучающая программа языка геммов. Это наверняка должно быть.

— Если есть, найдут.

— Тогда пока у меня все.

— Иди отдыхай, хотя меня и настораживает твое пока.

Следующий день начался с просмотра видеоматериалов, собранных четырьмя экспедициями на Гемму.

Сразу стало понятно, что съемку вели два человека, первый осуществлял ее открыто, постоянно держа в поле объектива представителей делегации Союза и встречающей стороны. В момент встречи шел дождь. Съемка была серой и не позволяла рассмотреть детали. В делегацию геммов, одетых в прорезиненные плащи до пят, с наброшенными на головы капюшонами входили и гаюны, возвышавшиеся над ними на добрых полметра. Последние были в армейской форме и с оружием. Переводчики были не нужны, переговоры вели на языке гая. Старший гемм представил и гаюнов, заявив, что они являются союзниками планеты и по местным законам имеют право присутствовать на международных встречах, быть в курсе событий при контактах с представителями других звездных систем. Делегации сразу разместились в больших автобусах и двинулись к выезду с космодрома. Оператор продолжал снимать, но усилившийся ливень оставлял в цифровой памяти камеры только мелькание огромных темных масс, мимо которых проезжала машина.

Неожиданно камера дрогнула, ее объектив совершил резкий полуоборот, и весь экран заняла фигура гаюна. Представитель союзников заявил, что съемка на территории космопорта запрещена и в случае неподчинения камера будет изъята. Вторая камера продолжала работать, по всей видимости вмонтированная в какой-то бытовой и не бросающийся в глаза предмет. От нее тоже было мало толку, так как при выезде за территорию космопорта на стекла машины опустились стальные жалюзи. На вопрос одного из представителей Союза, зачем это сделано, старший гемм пояснил, что в городе неспокойно. В обществе, к сожалению, нет единства и существует опасность нападения экстремистов. Гости могут не беспокоиться, дорога правительственного кортежа хорошо охраняется.

Посольство солнечников было доставлено в закрытый квадратный двор огромного трехэтажного здания. Встречающие и члены посольства прошли в зал для приемов, где представитель президента геммов извинился за то, что на встречу не смог приехать президент, слегка простудившийся, что не удивительно при такой погоде. Шутка о том, что прибывшие могли заболеть, подхватив инфекцию от президента, а потом обвинить геммов в применении к ним химического или бактериологического оружия, не вызвала даже улыбок на лице членов посольства и была оценена оскалом встречающей стороны.