Арсенал-Коллекция 2016 № 11 (43) - Коллектив авторов

Юго-восточнее Рабочего поселка №5 под ударами 18-й стрелковой дивизии, батальон 159-го полка понес большие потери, и отошел. Поселок оказался отрезанным от Синявино. Снова пробить коридор к поселку у немцев не получилось, для этого было выделено два взвода пехоты и одно штурмовое орудие, которое застряло при съезде с Синявинских высот. Атака из Рабочего поселка №5 силами одной роты тоже провалилась.

Пути снабжения всей группировки севернее Ладоги (328, 412-й полки и приданные подразделения) были перехвачены. В течение дня красноармейцы несколько раз врывались в поселок.

Тем не менее, немцы собирались создать единый фронт обороны от Рабочего поселка №1 до Рабочего поселка №5 и далее на запад по южной окраине Беляевского болота к правому флангу 96-й пехотной дивизии. Шансов удержать участок южнее Ладоги у них уже почти не было. Однако командования 18-й армии и штаб самой Группы армий «Север» приказа на отход 412 и 328-го полка отдать не могли. Поэтому перед 227-й пехотной дивизией была поставлена задача: удерживать весь участок обороны вокруг Рабочего поселка №5, к северу и к югу от него. Дивизия должна была не дать нашим частям возможность сжать его с востока и запада, а также не дать возможности прорвать оборону между ним и Беляевским болотом в направлении Рабочего поселка №6.

Утром 16 января был отдан приказ оставить Липки. Решение об отступлении с берега Ладоги принималось на уровне ОКХ. Находившийся в Шлисельбурге 328-й гренадерский полк оказался в крайне невыгодном положении. Понимая сложность положения, Линдеманн сначала предлагал отойти на рубеж Синявино-Городок, однако Кюхлер приказал удерживать еще и Рабочий поселок №5. Задачей самого 26-го армейского корпуса являлось удержание каждой его позиции.

Командир 61-й пехотной дивизии Вернер Хюнер

После того как Рабочий поселок №5 был отрезан от Синявинских высот, положение его гарнизона стало критическим. Он был охвачен с северо-востока, востока и юго-запада. В стык между группой противника в Рабочем поселке №5 и 96-й пехотной дивизией прорвались советские танки и пехота 123-й стрелковой дивизии. Для того чтобы восстановить фланговую связь, противник использовал подразделения 162-го пехотного полка.

Расстояние между передовыми частями Ленинградского и Волховского фронтов составляло уже 1,5-2 км. Немцы продолжали ожесточенно обороняться. 18-я стрелковая дивизия продолжала нести большие потери от огня немецкой артиллерии.

Прибывшему вслед за своими людьми командиру 61-й пехотной дивизии генерал-майору Вернеру Хюнеру подчинили все части севернее Рабочего поселка №5. Сам он подчинялся командиру 227-й дивизии Скотти. От Скотти требовали нанести удар на север и при поддержке танков пробиться к Поселку №5.

В своих воспоминаниях Н.Г. Лященко приводит пример встречи с немецким танком неизвестной марки, датируя его именно 16 января. Может быть, такой эпизод имел место, а может, память и подвела будущего генерала армии. Тем не менее, «Тигры» в Рабочем поселке №5 были и активно использовались в боях.

Фактически, то, что называется группой Хюнера, было создано только утром 17 января. Согласно приказу все войска в районе Шлиссельбург - Рабочий поселок №1 - Рабочий поселок №5 подчинялись непосредственно Хюнеру. Сам он подчинялся командиру 227-й пехотной дивизии.

В течение 17 января поселок оставался отрезанным. Стало ясно, что атаку на юг проводить некем и нечем, командир 61-й дивизии сам с часу на час ждал нашего наступления. Немецкую группировку усиливали один «Тигр», у которого в наличии осталось только 13 бронебойных снарядов и два танка Т-3. Все части противника севернее Синявино были отрезана. Численность окруженных противник оценивал в 2500 человек.

Немцы предполагали, что им удастся прорваться к поселку от Синявинских высот, за это персональную ответственность теперь нес командир 227-й дивизии. Для проведения этой атаки 227-я дивизия получила еще и разведбат 61-й пехотной дивизии. В Синявино перебрасывался еще один «Тигр» и один Т-3.

Еще один полк 61-й дивизии был на подходе.

Группа Хюнера смогла отразить все атаки на Рабочий поселок №5, однако теперь взятие поселка становилось вопросом времени. Немецкий гарнизон был не только окружен, теперь сюда была подтянута дивизионная артиллерия 18-й стрелковой дивизии, которую выставили на прямую наводку.

Наконец, после 6 дней ожесточенных боев, немецкому командованию стало ясно, что пора отводить войска. К вечеру части 26-го армейского корпуса насчитывали уже 7500 человек убитыми, раненными, пропавшими без вести и заболевшими без учета окруженной северной группы.

Линдеманн, который находился в штабе корпуса, с разрешения Гитлера устно отдал приказ на отвод северной группы войск.

Это случилось около 17 ч {2}. При отходе первыми предполагалось вывести раненных. Все вооружение и снаряжение, которое было невозможно увести, было приказано уничтожить.

Приказом по 26-му корпуса войскам ставились следующие задачи: создать и удерживать фронт обороны по линии Рабочие поселок №7 - Синявино - Рабочий поселок №5 - Городок, все части, находящиеся севернее Рабочего поселка №5, отвести и привести в порядок. Таким образом, сдавать Рабочий поселок №5 противник не собирался. Это было запрещено и Гитлером.

227-я пехотная дивизия должна была обеспечить пути сообщения поселка с Синявино. Для обеспечения новой линии фронта на север, к рубежу в 800 метрах от юго-западной части поселка должны были выдвинуться части дивизии СС.

Группа Хюнера получила приказ на отход, доставленный офицером штаба 227-й дивизии в 1 ч. 20 мин. 18 января по берлинскому времени. В окружении у противника находились батальоны 151-го и 162-го гренадерских полков, остатки 401-го гренадерского полка 170-й пехотной дивизии, батальоны 328-го, 374-го и 412-го гренадерских полков, два «быстрых» батальона (из 227-й и 96-й дивизий), 3-й батальон 159-го полка, два батальона 100-го горнострелкового полка, 2-й батальон 287-го и часть 284-го гренадерских полков из 96-й пехотной дивизии, и отдельные подразделения. Боевая группа 328-го полка начала отход от Шлиссельбурга в ночь с 17 на 18 января.

Около Рабочего поселка №5 скопилось большое количество отдельных частей. С утра 18 января южная часть поселка была охвачена танкистами 61-й легкотанковой бригады и бойцами 270-го стрелкового полка дивизии Симоняка.

Положение войск на 17 января. Карта из отчета 227-й пехотной дивизии NARA. Т. 315. R. 1706. Fr. 1039.

Согласно Ф. Хуземанну в ранних сумерках дивизия СС начала выдвижение своего левого флангах{3}. Глазам эсэсовцев открылась картина отступления. Первый обоз вышел прямо к их заслону. Очевидцы отмечали, что отступающие частично шли на юг без оружия. Однако в то же время отчет самой дивизии СС о боевых действиях за 16 по 27 января утверждает обратное{4}. Журнал боевых действий 26-го армейского корпуса об этом вообще не упоминает{5}. Более того, в отчете 227-й пехотной дивизии прямо сказано, что дивизия СС не смогла выдвинуться к пожарной вышке в северо-восточном направлении{6}.

О том, как происходил бой утром 18 января рассказывает журнал боевых действий 136-й стрелковой дивизии: «... в 9 ч 30 мин противник силой до полка контратаковал 270 и 342 сп с направления Синявино. Одновременно большие группы шлиссельбургской группировки, отходящие в южном направлении из Рабочего поселка № 1 через рощу «Колокольчик», обойдя боевые порядки 269 сп, наткнулись на боевые порядки 270 и 342 сп и контратаковали наши подразделения с тыла. 123 сбр заняла РП №2, но отходу противнику не препятствовала.

В 10 ч 15 мин подразделения 270 сп оказались полностью окружены. К 13 ч контратака противника была полностью отбита с большими потерями. В 11 ч командир 3- го батальона 269 сп капитан Собакин проявил инициативу и продвинулся вперед, перерезав дорогу сев. Рабочего поселка №5. В 11 ч 45 мин его батальон соединился с 372 сд. Вслед за этим 270 сп также соединился 372 сд. В 15 ч батальоном 342 сп атакована пехоты с повозками, отходящая в юго-западном направлении, колонная рассеяна, взято в плен до 700 солдат и офицеров».