Золотой ворон - Тисато Абэ

квартал. А поскольку эта территория осталась без надзора двора, здесь пышно цвела полулегальная деятельность, в том числе оборот всевозможных опасных товаров, запрещенных при дворе. Однако в Таниай существует собственный механизм управления и, можно сказать, свое разделение на отрасли, определенные пути сбыта и продавцы с покупателями, так что даже без контроля государства они не доставляют проблем.

– И все же нынче дело другое, – заявил Сумимару. – Так как эту торговлю ведут не люди из Таниай, ущерб понесли даже жители из усадеб на горе. Мы не знаем, ни откуда доставляют товар, ни где его производят. Мы не можем заполучить сам товар и даже не можем узнать, из чего его делают. Видим только, что жертвами снадобья становится все больше и больше людей.

Всего после нескольких употреблений этого снадобья, говорят, исчезает способность обращаться в человека. Не сумев вновь принять человеческий облик, одни потеряли рассудок и умерли от истощения, а другие сами лишили себя жизни.

– Это что, как сегодняшний?.. – сунул клюв младший брат, видимо не сдержавшись.

Повернувшись к Юкити, Сумимару серьезно кивнул:

– Похоже на то. А снадобье называется «Черепок отшельника».

– «Черепок отшельника»?

– Его Высочество узнал о нем дней десять назад. Среди разных жалоб из веселого квартала сообщили о том, что одна из девушек сошла с ума и буйствует в облике птицы. Встревожившись, Его Высочество попытался навести справки и выяснил, что за эти полмесяца у более чем двадцати ятагарасу нашли те же симптомы, и это только те случаи, о которых стало известно. Сначала думали, что это какой-то недуг, но уж больно странные были происшествия. Отправились в Таниай – и там-то все сразу стало понятно. Оказалось, что у них это снадобье появилось раньше, чем в усадьбах на горе, и уже два месяца назад они строго запретили покупать, продавать и принимать «Черепок отшельника», и об этом знали абсолютно все. Таниай делят между собой несколько старшин со множеством подчиненных, каждый из которых оберегает свою территорию. Они постоянно встречаются, и то, что решено на этих встречах, без всяких исключений становится правилом для всего Таниай. Хотя, конечно же, учитываются также выгоды и убытки различных организаций. В последнее время важных вопросов не обсуждалось, но я слышал, по поводу «Черепка отшельника» решение было принято единогласно. Уже одно это показывает, насколько опасно это снадобье, но двор, что ни говори, явно запоздал с запретом «Черепка». В результате ущерб сразу затронул простых жителей Тюо, а слухи дошли даже до ушей молодого господина.

При этих словах Юкима серьезно посмотрел на отца.

– И этот «Черепок отшельника» теперь появился и в Тарухи?

– Мне не хотелось бы это признавать, но похоже на то.

Недавно заметили, что на тракте торгуют подозрительным снадобьем. Узнав об этом, наместник доложил в Тюо, а сам поехал посмотреть, что и как, – все это произошло только что.

– И что вы там узнали? – Сумимару даже наклонился вперед, желая скорее услышать ответ.

Наместник только виновато покачал головой:

– К сожалению, тому, кто об этом сообщил, просто предложили купить это снадобье. Ничего полезного я не узнал. Видимо, продают совсем малыми порциями, мне так и не удалось заполучить его. Похоже, сегодняшний безумный ворон и был тем, кто принял эту малую порцию.

Он продолжил:

– Со стыдом вынужден признать, что недооценил происшествие. Я и подумать не мог, что проблема настолько серьезная, возвращался не спеша. Завтра же начну полноценное расследование и объявлю об этом всем местным жителям.

Сумимару серьезно кивнул.

– Сейчас вероятный ущерб от «Черепка отшельника» подтвержден лишь в Тюо и Тарухи. Прошу вас как можно быстрее заняться этим. Его Высочество тоже очень беспокоит этот вопрос. Возможно, через несколько дней двор потребует официального расследования, однако, чтобы не опоздать, Его Высочество сначала отправил меня. Если я начну свое расследование одновременно с вашим, вам это не помешает?

Наместник с радостью поддержал решение.

– Однако же в таком случае мой глупый сын вряд ли справится с таким серьезным заданием. Если вы, господин Сумимару, не против, я бы лучше дал вам в помощь старосту…

Наместник, не уверенный в своем втором сыне, замолчал, однако Сумимару решил не замечать этого и переубедил наместника.

– Не волнуйтесь. Я не посмею отрывать старосту от работы, а Юкии смогу спокойно давать всякие задания.

– Что ж, ясно. Значит, речь не о сложной работе, а о мелких поручениях! Если так, прошу вас, не стесняйтесь. Можете использовать его, как пожелаете!

Юкия, который до сих пор с надутым видом глядел в другую сторону, вдруг сделал кислое лицо и повернулся:

– Вот не надо принимать решения без моего согласия.

– Да кто тебя спрашивает, бестолочь! – фыркнул наместник.

Юкима хотел что-то возразить, но озадаченно промолчал.

Когда все отдыхали после ужина, Юкима выбрался в коридор, опустился на колени у входа в гостиную и тихонько обратился к тому, кто был внутри:

– Господин Сумимару! Простите, что так поздно, но ванна готова. Если пожелаете, я помогу вам искупаться.

Раздвижные двери мгновенно открылись, и выглянул удивленный Сумимару.

– Господин Юкима! Благодарю, вы очень любезны, однако я не могу позволить себе воспользоваться вашей помощью.

Обычно гостю помогали принять ванну слуги. Нестрашно, если бы вместо Юкимы пришли младшие братья, Юкия или Юкити, но и представить себе было нельзя, чтобы этим занялся Юкима, будущий хозяин. Юкима и сам прекрасно это знал. Именно поэтому он запретил слугам рассказывать об этом и пришел к Сумимару по секрету от остального семейства.

– Прошу прощения, но я слышал, что завтра утром вы изволите отбыть…

Юкима намекал, что другого времени поговорить им не представится, и Сумимару сразу же сообразил, в чем дело:

– Мне крайне неловко, но в таком случае попрошу вас оказать мне эту услугу.

Юкима, благодаря гостя за понятливость, сопроводил Сумимару в ванную.

Конечно, ванную в усадьбе невозможно было даже сравнить с купальнями в Тюо. Ходила молва, что в усадьбах дома Сокэ и других четырех домов есть даже целые бочки, в которые можно окунуться целиком, но наместник принадлежал к провинциальной, местной аристократии. В его доме ванной служила просто маленькая комнатка, куда помещалось два-три человека и куда приносили подогретую воду, однако Сумимару и не думал жаловаться.

Юкима поставил на пол две бадьи с горячей и холодной водой и заговорил с Сумимару, одетым в льняное юкатабира[3].

– Вы позволите побеседовать с вами, пока купаетесь? Я хотел поговорить о Юкии.

Сумимару понимающе кивнул:

– Прошу.

Юкима набрал в пустую кадку кипятка и холодной воды и, добившись приятной температуры, начал поливать спину Сумимару