Я русский. Вольная русская азбука - Александр Образцов

Не зря мама говорит: не тяни ручки к огню – обожжешься. Но огонь такой красивый!

И что же? Сначала волдыри, потом понимание.

География

Культура географии

Странное соединение двух понятий. Культура, казалось бы, сама по себе, а географию оставьте средней школе и географическим факультетам.

Однако – давайте сосредоточимся. И медленно, глубоко проникнем, произнося слова: Волхов… Гатчина… Торжок… Оредеж… Новгород… Вязьма… Какая ажурная, тонкая звуковая резьба. Какой напор звуков, отлитых вековым произношением.

Приходилось ли вам стоять перед громадной картой полушарий в классе примерно пятом и упиваться синим цветом переливающихся из одного в другой океанов? А Магелланов пролив, он ни о чем не беседовал с вами? И якутский Оймякон, и Салехард, и Лебяжья канавка? И вас никогда не огорчали болота Западно-Сибирской равнины? И бесполезные Каракумы с Кызылкумами?

Позволю себе сделать категоричное заявление: общий упадок в преподавании географии в школах в двадцатом веке породил экологические проблемы, от которых мы буквально вымираем сегодня.

Тот, кто посмел санкционировать отравление Байкала и Ладоги целлюлозно-бумажными комбинатами, конечно же, никогда не перекатывал как льдинку во рту названий Кобона, Элисенваара, река Сясь, остров Ольхон, Баргузин. Кто и предположить не мог, что Родина – это не песни Кобзона, а головоломная древность и лингвистические туманы Тотьмы, Горчухи, Шахуньи, Чухломы, Сылвы, Чусовой, Ангары.

Этот озноб родовых, в костях сидящих названий, – разве может он не оледенить душу, когда с карты страны стирают деревни предков, погружая их на дно мелководий в зонах затопления?

Вятка… Ахтуба… Танганьика…

Папуа – Новая Гвинея

Это только с дивана можно разглядеть: один-единственный Миклухо-Маклай, кристально русский в данной ситуации, в утлой лодчонке удаляется от корабля к джунглям, набитым свирепыми каннибалами.

И через некоторое время возвращается целый и никем не объеденный. И русские начинают цокать языками и произносить слово «папуас» с большой теплотой и надеждой на сотрудничество.

В этой ситуации меня волнует не это странное чувство к самым далеким во Вселенной братьям по разуму (при отсутствии теплоты и надежд на сотрудничество у ближайших родственников), а способность одного человека (в данном случае Миклухо-Маклая) загипнотизировать громадный народ своим поступком, который трудно назвать героическим или сумасбродным. Поведение Миклухо-Маклая было как раз обычным, ординарным для естествоиспытателя, какими был так богат девятнадцатый век.

Так что же так поразило громадный народ?

Что?

Где секреты популярности? Где корни сенсации?

Почему Киркоров владеет массами?

Был ли съеден хоть один русский моряк в южных широтах?

Папуа… Папуа… Папуа…

Или сочетание гласных и согласных – и ничего больше?

Я помню чудное мгновенье…

Ленин… Сталин… Ленин… Сталин…

Русский. Еврей. Немец. Швед. Японец. Чех.

Французик. Америкашка. Немчура. Хохол. Итальяшка. Япошка. Китаеза. Чурка.

Папуас.

Папуасище.

Бросок на запад в 1945 году

сослагательное наклонение

После войны в народе долго и упорно ходил слух о том, что Жуков вместо встречи с американцами на Эльбе хотел устроить блицкриг до Бискайского залива, но Сталин не разрешил.

Собственно, речи не шло о том, прилично ли, имея союзнические отношения, так вот рвать и кромсать. Вряд ли и другая сторона, если бы была такая возможность, задумалась на эту тему.

Другое дело, что другой стороне надо было бы отчитаться перед собственным избирателем, а Жукову со Сталиным не надо было. Но Сталин все же не разрешил. Похоже, испугался затяжного противостояния, решил, что не потянет. А если бы решил, что потянет?

Тогда дело складывалось бы таким образом.

Нет никаких сомнений в том, что доблестный Жуков опрокинул бы союзников и ворвался в Париж по хорошим европейским дорогам где-то к концу мая. Доблестный Рокоссовский в это время в очередной раз сбрасывал бы в море у Дюнкерка англичан с американцами, а доблестный Конев через Вену и Триест начал бы освобождение Италии от заокеанских захватчиков.

На первом этапе все зависело бы только от мобильности и боеспособности войск. Красная армия, несомненно, обладала в те годы славой победительницы непобедимой немецкой армии. И никакие Пиренеи или Альпы ей были не страшны. Отлаженная, оснащенная современным вооружением, имеющая блестящий средний офицерский и сержантский состав, Красная армия обладала и еще одним несомненным достоинством, не менее грозным: она одна воевала против всей Европы и медленно, но неуклонно переломила эту самую Европу. И теперь имела полное моральное право дойти до Атлантики.

Как говорил Веничка Ерофеев «мой дух томился в заточении и теперь я выпустил его погулять».

В то же время та Красная армия была еще и добродушна. Она как бы совала кулак под бок испуганных народов и приговаривала: не дерись в следующий раз. Даже в Германии очевидцы не вспоминают каких-то актов коллективного террора, массовых убийств мирного населения или пленных, потому что насилия над немецкими женщинами преподносятся как крайняя степень варварства.

Какая короткая память у истребителей белорусских деревень. Какой бесконечный четырехвековой расизм. Даже в наши дни гибель сотен людей в Пакистане или Киргизии оставляют равнодушными, а взятие в заложники гражданина Франции преподносится мировой сенсацией.

Вернемся, однако, к концу лета 1945 года, когда Испания и Португалия уже имеют свои «народно-демократические правительства», когда в Германии создано правительство чисто и безусловно коммунистическое, когда Франция и Италия также обрели коммунистов у власти с вкраплениями социалистов и «партизан».

Снова Британия затихла, лихорадочно насыщаясь американскими войсками и оружием. Снова встал вопрос десанта. И снова был решен в пользу другого фронта – восточного.

Здесь спешно был заключен договор о мире между коммунистическим Китаем и Японией. Проамериканский Чан-кайши погиб. Япония с юга, Китай с востока, а СССР с севера начинают порабощать Азию. Япония, захватив Индонезию, Филиппины и Индокитай, высаживает десант в Австралию. Китай, разделавшись с Бирмой, вступает в Бенгалию. СССР, пройдя танковыми корпусами до Суэца и наконец-то расквитавшись с Турцией, овладел всей передней Азией от Египта до Индии.

И так далее до Фиделя Кастро и Че Гевары.

Кошмар.

Новые руки, ноги и хвост

Жизнь кажется сложной и ужасной до тех пор, пока не появляется некая метафора, объясняющая ее.

Наполеон предоставил французам чертеж великой Франции, и те в упоении завоевали Европу. То же с Гитлером, Сталиным, Ф. Д. Рузвельтом и пр.

В стране начинают работать правила уличного движения, прекращается галдеж. Избыточная энергия направляется для наведения порядка в остальном мире. Хорошо, если в этот момент кто-то даст по зубам.

Тогда страна успокаивается, начинается мирное строительство и реформы.

Сегодня мы наблюдаем стремительное американское поумнение после ужасной и ослепительной с художественной точки зрения атаки «Боингов» на Манхэттен. По времени это совпало с нашими, не менее эпохальными, трудностями. Хотя наше ужасное всегда кажется окончательным хаосом, не поддающимся разумению.

Пожалуйста, метафора на этот случай. Представьте Российскую империю=Советский Союз громадной ящерицей, у которой отрубили хвост и лапы. Нам неизвестны мучения этого животного. Скорее всего, ему больно. Оно заползает в какую-то нору и начинает привыкать к новой реальности.

Хвост, а заодно обрубленные лапы вырастают снова, и чадо Божие возвращается в полном блеске.

Все с одобрением смотрят на приличного мальчика, дают ему права в ВТО и НАТО, покупают нефть и газ по приличной цене, признают достижения в искусстве, науке и спорте.

Однако как ведут себя в это время отрубленные члены? Которые были так счастливы освободиться от тирании? Вот им-то по-настоящему худо.

Даже Армения, населенная исключительно талантливыми армянами стремительно теряет самых лучших. Они пересекают границу, чтобы вырваться из безжизненного организма (отрубленная лапа, как известно, восстанавливает голову чрезвычайно долго) и попадают на грузинские дороги. Там через каждые десять километров их останавливают местные жители, переодетые в милицейскую форму, и требуют дань. Берут любой валютой. Если валюты нет, снимают с носов очки, из тюков одеяла и детские коляски.

Перед Харьковом на таможне тамошние местные жители, переодетые милиционерами, в поисках спор сибирской язвы заставляют открывать портмоне и изымают лишние доллары. Украинские гаишники называются совсем уж впрямую, официально словом ДАЙ (правда, без шляпки на последней букве).