Девушка с береттой - Марина Серова

После этих слов ужасная догадка, которая ну никак не могла оказаться реальностью, повергла меня в шок и заставила нервно поежиться. Мне стало не по себе.

Во-первых, оружие, у которого даже не было еще названия, только код «А 404», было новейшей разработкой отечественных конструкторов и широко использовалось нами на различной сложности заданиях. Во-вторых… Но это скорее личное и может быть всего лишь предположением. У Кочергина, которого совсем недавно упомянул при встрече Игорь Мезенцев, были такие четки. Он хвастался, что снял их с убитого им чеченского снайпера. В ту пору, до того как попасть в разведку, он служил в спецназе. А эти ни с кем не церемонились — ни с живыми, ни с мертвыми.

Меня все время не покидало ощущение того, что за нами кто-то следит. Теперь я знала кто. Парень в черных джинсах и сером пиджаке, отиравшийся у витрины канцтоваров. Черные очки скрывали его глаза, но я почувствовала пристальный взгляд поверх них. Я бесцеремонно уставилась на него. Он вырвал сзади, из-за пояса, пистолет и открыл огонь. Все произошло очень стремительно. Успев накрыть собой Сергея, я повалила его на пол. Послышался звон разлетающегося стекла, потом крики напуганных людей. Бочанов начал отстреливаться из своего табельного ствола, но наемник оказался точнее. Рядом упал сраженный наповал капитан. Поднявшись, мы начали продвигаться к выходу так быстро, как это было возможно. В дверях образовалась давка, что было нам на руку. Я старалась не думать в этот момент о людях, которые могли попасть под пули, — меня волновала безопасность клиента. Воспользовавшись ситуацией, мы все-таки протиснулись сквозь толпу на улицу.

Высадив окно, предварительно расстреляв его, преследователь кинулся вдогонку. Забравшись в машину прежде, чем он настиг нас на стоянке, и набрав скорость буквально сразу, я ринулась вперед, оставляя на асфальте черный смазанный след покрышек.

Они очень нервничают, раз решили действовать в открытую, да еще среди бела дня. Два покушения за два дня — это уж слишком. Видимо, чем-то Баранов им жутко насолил.

Глава 4

Очутившись дома, я первым делом закрыла в гостиной шторы. Напротив окон возвышался еще один многоэтажный дом. Совсем недалеко, на расстоянии, достаточном для прицельного выстрела.

Квартиру свою я застала, можно сказать, в руинах. Небывалый погром царил везде. В гостиной, в комнате тети Милы и в моей все было перевернуто вверх дном. И даже на кухне, по-видимому, что-то искали. Я буквально лишилась дара речи, увидев жуткую картину в своей спальне. Она до сих пор стоит у меня перед глазами. Моя единственная оставшаяся в жизни радость! Мое собрание сочинений на магнитных лентах боевиков, детективов, триллеров! Моя коллекция видеокассет… Ее больше не существовало. Кассеты, сброшенные со своих полок, в полном беспорядке валялись по всей спальне. Они были потоптаны и раздавлены чьей-то безжалостной ногой. На некоторое время я просто отключилась, сознанием находясь вдали от этого кошмара. У меня было ощущение потери лучших друзей, но, быстро сообразив, какие это пустяки по сравнению с главной целью визита, я сразу пришла в себя. Но — черт побери! — какая все же жалость…

— Веселенькое представление, — присвистнув, сказал Сергей.

— Не застав жертву, они решили отыграться на неодушевленных предметах, — отметила я, видя его удивленное и расстроенное лицо.

— Ты думаешь, человек в кафе не имеет к этому никакого отношения? — обратившись ко мне, спросил наконец Баранов.

— Думаю, что да.

— Почему ты так считаешь? — не унимался он, и, по существу, правильно делал.

— Косвенным подтверждением может быть лишь одно. Перевернув тут все и наведя шороху, они могли искать только какой-нибудь компрометирующий их документ или вызывающую непредвиденные осложнения вещь. Скорее всего тебя, — взглянув на Сергея, закончила было я, но потом добавила: — Вычислить могли по звонку на сотовый. Местоположение найти не составило бы труда. Но почему они не приехали раньше или не ждали нашего возвращения, устроив засаду, не понимаю? Может, я погорячилась насчет невеликих затрат?

Я вдруг вспомнила о тете Миле и испугалась, но тут же успокоилась. Еще при нас она уехала со своей подругой на дачу. С той самой, с которой они пили чай. Соседка по этажу, дверь напротив нашей.

— Все как-то запутано и сверхсекретно, — потерев пальцами висок, произнес Сергей.

— Вообще-то это всего лишь предположение. Имеют право на существование и другие версии, — успокоила я его.

— Мне от этого никак не легче, — раздосадованно махнул рукой он.

На встречу с капитаном я надевала легкую ветровку — было прохладно — и синие джинсы, несильно обтягивающие, чтобы не привлекать излишне любопытные взгляды. При других обстоятельствах нас вполне могли бы принять за безмятежно счастливую пару влюбленных. В кобуре находился пистолет, который подарил мне Баранов. «Беретта» черного цвета, схватив которую он едва не наделал глупостей. Я вообще-то предпочитаю пользоваться для большего спокойствия своим оружием. Нет, это не обаяние, красота и скромность, а старый добрый «макаров», но Сергей очень настаивал. На всякий случай «макаров» был у меня тоже за поясом. Все равно он мне больше нравился.

Сняв ветровку и отложив «беретту», я попыталась сначала прибраться, но поняла, что это бесполезно. Сергей, задумавшись и полностью уйдя в себя, стоял неподвижно. Затем схватил пистолет и направил его на меня, но я успела выхватить свой. Мы стояли и целились друг в друга, не издавая ни звука.

— Что с тобой, Сергей? — оборвав сосредоточенную тишину, спросила я. — Какого черта?

— Ведь ты работаешь за деньги, так где же гарантия, что не окажешься заодно с ними? — все больше распаляясь и дергаясь, выстреливал он словами. — Был у меня один друг, Осман, да и того достали. Я и тебя нанял, чтобы его опасности не подвергать, но у жизни злые шутки.

Сергей вдруг потерял свое первичное нервное напряжение и немного опустил дуло пистолета. Будучи неординарной личностью, Баранов вел себя соответственно своему эмоциональному типу: от него можно было ожидать чего угодно.

— Только не строй из себя психопата-маньяка, разуверившегося в преданности людей и замечающего лишь предательство. — Я как-то решила разрядить обстановку. — Зачем весь этот спектакль?

— Подарок, — сказал он, бросив пистолет перед собой и ногой подтолкнув его ко мне. Изможденная улыбка появилась на его лице. — Забудь, что я говорил сейчас. Ты мне не безразлична, поэтому я не хочу подвергать твою жизнь опасности, хотя это неотъемлемая часть работы телохранителя. Даже подставить кого-то как следует не могу. Размазня, — удивляясь себе, проговорил он с ненавистью.

Я прервала его монолог:

— И потому целился мне в голову. Тогда бы лучше в сердце. Выглядело бы эффектнее. Душераздирающая картина.

Он явно обиделся, опустил уставшие глаза. Я сама поняла, что слишком резко начала, и хотела извиниться, но Сергей опередил:

— Хорошо, в таком случае ты уволена. — Его холодный тон обжигал.

Я просто вросла в бетонный пол.

— Это вынужденная мера. И, конечно же, не из-за вашей профнепригодности. Вы один из лучших мастеров своего дела, — продолжал ошеломлять Баранов. — На данном этапе ваша помощь была неоценимо важна. Я вам искренне благодарен.

Закончив душещипательную речь, он направился к двери.

— Я возьму ключи от «Мерседеса», — обернувшись на секунду, сказал Сергей.

Я постаралась припарковать «Мерседес» в более или менее неприметном месте. Но дети, конечно, нашли машину и играли теперь около нее, все-таки боясь приблизиться. Взрослые же, проходя мимо, косились на вмятины от пуль в ее боку и на слегка треснувшее стекло левой задней двери.

Что-то подсказывало мне остановить его, вернуть назад. Но не побегу же я за ним и не кинусь на шею! У нас несколько иные отношения. Свой гонорар я получила в полной мере. Кроме того, уходя, Баранов обещал, что, если его знакомым понадобятся услуги телохранителя, он будет предлагать мою кандидатуру. Если успеет. Я боялась, что когда-нибудь ему перестанет везти.

Свой профессиональный долг я выполнила. Сохранила клиента нетронутым и девственно-чистым. Ни царапинки не появилось, ни волоска не упало с головы. Теперь, по сути дела, меня не должна волновать его судьба. Не стоит беспокоиться. Но почему-то Баранов не выходил у меня из головы. Странный, небывалый случай, удивлялась я сама себе.

Очень не хотелось бы услышать со дня на день печальную весть о трагическом конце короля нефти и газа Баранова Сергея Александровича.

Весь оставшийся день ушел на то, чтобы привести в порядок нашу квартиру. Вернее — тети Милы. Что еще больше усугубляло положение и могло накалить обстановку. Но, зная Милу, с уверенностью скажу, что этого не случится. Не тот она человек, чтобы поднимать скандал из-за мелочей, как мне казалось.