Песенник - Автор Неизвестен

Ю. Визбор

Хала-Бала[1]

Заблестели купола,Глядь — страна Хала-Бала.Отворяют ворота,Выплывают три кита,А на них Хала-Бала.

У страны Халы-Балы,Невеселые делы,Ни прописки, ни угла,Ни рекламного села,Лишь одна Хала-Бала.

В той стране Хале-БалеСорок восемь королей,С ними всеми веселаКоролева там жила,Да и та — Хала-Бала.

Зато мужики там молодцы —Все они хала-бальцы,Начищают куполаДа звонят в колокола,Вот и все у них дела.

К ночи стаяла заря,Я, как «Три богатыря»,Все стою перед скалой,Перед этою Халой,Перед этою Балой.

Раздается тут звонок:Вызывает лично бог.Говорит он: «Всем хвалаЗа хорошие дела!»Все кричат: «Хала-Бала!»

Ю. Визбор

Милая моя

Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены,Тих и печален ручей у янтарной сосны.Пеплом несмелым подернулись угли костра —Вот и окончилось все, расставаться пора.

Милая моя, солнышко лесное,Где, в каких краях встретишься со мною?

Крылья сложили палатки — их кончен полет.Крылья расправил искатель разлук — самолет,И потихонечку пятится трап от крыла —Вот уж, действительно, пропасть меж нами легла.

Милая моя, солнышко лесное,Где, в каких краях встретишься со мною?

Не утешайте меня, мне слова не нужны —Мне б отыскать тот ручей у янтарной сосны,Вдруг там в тумане краснеет кусочек огня,А у огня ожидают, представьте, меня.

Милая моя, солнышко лесное,Где, в каких краях встретишься со мною?

Ю. Визбор

Ты у меня одна

Ты у меня одна,Словно в ночи луна,Словно в году весна,Словно в степи сосна.Нету другой такойНи за какой рекой,Нет за туманами,Дальними странами.

В инее провода,В сумерках города.Вот и взошла звезда,Чтобы светить всегда,Чтобы гореть в метель,Чтобы стелить постель,Чтобы качать всю ночьУ колыбели дочь.

Вот поворот какойДелается с рекой.Можешь отнять покой,Можешь махнуть рукой,Можешь отдать долги,Можешь любить других,Можешь совсем уйти,Только свети, свети!

П. Вегин

Уходя, оставьте свет

Уходя, оставлю светВ комнатушке обветшалой,Невзирая на запретПравил противопожарных.

У любви гарантий нет —Это очень скверно, братцы,Но, уходя, оставьте светВ тех, с кем выпадет расстаться!

Жаль, что неизбежна смерть,Но возможна сатисфакция:Уходя, оставить свет —Это больше, чем остаться.

Ю. Кукин

Гостиница[2]

Ах, гостиница моя, ах, гостиница!На кровать присяду я — ты подвинешься,Занавесишься ресниц занавескою…Хоть на час тебе жених — ты невестою.Занавесишься ресниц занавескою…Я на час тебе жених — ты невестою.

Бабье лето, так и быть, не обидится,Всех скорее позабыть, с кем не видимся.Заиграла в жилах кровь коня троянского,Переводим мы любовь с итальянского.

Наплывает слов туман, а в глазах укор,Обязательный обман — умный разговор.Сердце врёт: «Люблю, люблю!» — на истерике,Невозможно кораблю без Америки.

Ничего у нас с тобой не получится.Как ты любишь голубой мукой мучиться!Видишь, я стою босой перед вечностью,Так зачем косить косой — человечностью?

Коридорные шаги — злой угрозою,Было небо голубым — стало розовым…А я на краешке сижу и не подвинулся…Ах, гостиница моя, ах, гостиница!

Ю. Кукин

За туманом

Понимаешь, это странно, очень странно,Но такой уж я законченный чудак:Я гоняюсь за туманом, за туманом,И с собою мне не справиться никак.

Люди сосланы делами,Люди едут за деньгами,Убегают от обиды, от тоски…А я еду, а я еду за мечтами,За туманом и за запахом тайги.

Понимаешь, это просто, очень простоДля того, кто хоть однажды уходил.Ты представь, что это остро, очень остро:Горы, солнце, пихты, песни и дожди.

И пусть полным-полно набитыМне в дорогу чемоданы:Память, грусть, невозвращённые долги…А я еду, а я еду за туманом,За мечтами и за запахом тайги.

Е. Клячкин

Фишка № 2

Я был мальчишка глупенькийи темноту любил.Еще любил я девочеки так-то вот и жил.

Мы встретились с ней вечером —она была смела:губами ли, руками ли —она меня взяла.

Растаял, как конфета, я,влюбился, как дурак.Готов мою неспетуютаскать я на руках.

Насилу дня дождался я —и вот она пришла…Широкая и плоская,как рыба-камбала.

Глаза — как две смородины,а ротик — словно щель.Ой, мама моя, Родина,ой, где моя шинель.

С тех пор — к чертям романтику,знакомлюсь только днем.А если выйдет — вечером,то лишь под фонарем.

В. Цветков и Ю. Тишкин

Заплутали мишки, заплутали…

Ты скучаешь — вата валит с неба,По неделям вьюги и метели.У дороги домики под снегомБудто белые медведи.

Заплутали мишки, заплутали!Заблудились в паутинках улицИ большой медведице как мамеВ брюхо звездное уткнулись.

Молоком течет по снегу ветерОбдувая сгорбленные крыши,Будто белых маленьких медведейМама языком шершавым лижет.

Заплутали мишки, заплутали!Заблудились в паутинках улицИ большой медведице как мамеВ брюхо звездное уткнулись.

Ты скучаешь — вата валит с неба,Всю неделю вьюги и метели.У дороги домики под снегом,Будто белые медведи.

Заплутали мишки, заплутали!Заблудились в паутинках улицИ большой медведице как мамеВ брюхо звездное уткнулись.

Ю. Кукин

Осенние письма

Потянуло, потянулоХолодком осенних писем,И в тайге гремящий выстрелРанил птицу и меня.Думал, все во мне уснуло,Не важны ни боль, ни смысл…Защемило, затянулоВ печь осеннего огня.

Что же делать, что же делать?Постучаться в ваши двериИ, как будто от убийцы,От себя себя спасать?Первым к вам войдет отчаянье,Следом я — ваш Чарли Чаплин,Жизнь, как тросточку, кручу я,Сделав грустные глаза.

Невезенья, неурядицСтал замерзшим водопадом.Мне тепла от вас не надо,Не тревожьте водопад!Только осень — листопадом,Только ты — последним взглядом.Я ж просил тебя: «Не надо», —Всё вернули мне назад.

Уезжал в зеленый омут,Убегал в волшебный город,И прыжкам сквозь арки радугСам себя тренировал.Знал же, знал, что не поможет,Приобрел ненужной ложьюПустоту ночей бессонныхИ восторженных похвал.

Потянуло, потянулоХолодком осенних писем,Желтых, красных, словно листья,Устилающие путь.И опять лицом в подушку —Ждать, когда исчезнут мысли,Что поделать? Надо, надоПродержаться как-нибудь…

М. Ножкин