Земля-Марс-Земля. Проект «Свет тьмы» - Юрий Казаков

– По космической? – удивился студент. – Да это же просто работа о том, как рассчитывать изменения показателей сердечной деятельности в зависимости от силы тока при амплипульс терапии.

– Вот, вот. Она самая. Эти расчёты могут быть использованы при создании аппаратуры для поддержания работоспособности сердечно-сосудистой системы космонавтов в состоянии невесомости.

– Так исследования эти уже давно прекращены, вы же сами знаете…

– Неважно. Принято решение, послать тебя во Францию на стажировку.

Загранпаспорт есть?

– Паспорт? Нет… Откуда он у меня?

– Подойдёшь завтра к заместителю по ГО и ЧС, знаешь где его кабинет?

– Знаю…

– Вот, подойдешь к нему, он всё объяснит. Только с самого утра, перед занятиями. Он в курсе. Всего доброго…

Зазвучали гудки отбоя. Иван растерялся. Он не знал, радоваться ему, или расстраиваться. Всё было очень неожиданно. И участие в этих исследованиях принимал не только он. Кстати, у двух остальных студентов, кто вместе с ним проводили эту студенческую работу почти на голом энтузиазме, у них и с языком лучше.

<Во Францию. Да я даже по-английски только и могу, что переводить либо газеты, либо техническую литературу, и то PROMT надо использовать. А по-французски ничего кроме «ШЕРШЕ ля ФАМ» и не знаю. Что они все от меня хотят?>

<Нет, ну, конечно, съездить во Францию, это интересно… Ё, ну а родители? Со Светкой вот опять только отношения начинают восстанавливаться. Блин. Нужна мне эта Франция? >

…Апрель пролетел в бестолковой суете. Иван перед отъездом стал рано просыпаться, выезжал на машине за город и гулял там. Выбрав пригорок, откуда был ясно виден горизонт, Иван поднял голову и устремил взгляд вверх. В майском утреннем небе Юпитер соединился с Марсом, правее расположился Меркурий, а ещё правее и чуть выше – Венера. Луна сверху освещала этого странного молодого человека и этих небесных странников. Через неделю в это же время суток и с этого же места Иван обнаружил, что Меркурий был ровно посередине расстояния между Марсом и Венерой. Желтоватый мерцающий Меркурий бледно выглядел на фоне красно-огненной планеты Войны и блистательной Венеры. «Ох, не к добру это», – подумал Иван. Желтоватые оттенки вызывали у студента неприятные ассоциации в связи с предстоящей разлукой с родными местами и близкими ему людьми… Четыре дня спустя Иван снова появился на облюбованном месте, и уже не один. Было 5 часов утра по московскому времени. Фон неба постепенно светлел. «Смотри», – сказал Иван своей спутнице, и передал девушке бинокль. «Туда смотри», – он показал на восточную сторону горизонта: «так, а теперь медленно-медленно…», – Иван замолк, осторожно обнял Светлану, взял её ладони и повёл бинокль плавным движением влево. Туда, где уже появилась группа планет, пока ещё едва видимая «невооружённым» глазом. Так, обнявшись и замерев, они стояли в сладостном единении, пока планеты не растворились в восходящих лучах Солнца.

И вот Иван уже в поезде. Странно всё. Ему даже не пришлось суетиться ни с получением загранпаспорта, ни с какими другими формальностями. Студент же отлично знал, не он первый посылается на стажировку от университета. Все проблемы с поездкой всегда приходилось решать самим стажирующимся студентам, и это была сплошная головная боль.

<Всё-таки чудеса. Точно чудеса. И Варган умотал в Египет свой снова. И никто ничего не знает, что и как у него это получилось… Я, вот, один в купе в двухместном люксе еду. И билет на самолет, и остальные документы – в кармане. А я даже не знаю, как их так быстро мне сделали. Фроленков как-то странно мне сказал: «Ничего не бойся, ежели что, то я тебя от всего отмажу лично…» От чего, от всего. И говорит он всегда литературно, а тут, как «блатной» выразился. «Браток», блин. Ха… Кто это меня пугать должен? Зачем меня «отмазывать»? Странно всё. Мама, почему-то, не радовалась… Она же всегда очень хотела, чтоб я за границей побывал. Отец, вот, слёзы вытирал свои… Первый раз такое было>.

Под ритмичный стук колёс студент начал дремать… Иван и Света, обнявшись и замерев, стояли в сладостном единении на вершине горы. Звёзды на небе растворялись в восходящих лучах Солнца… Света вдруг исчезла из объятий, и Иван оказался в странном концертном зале, где оглушительные клокочущие звуки волнами проходили внутрь Ивана, и сердце его начинало щемить, а дышать становилось всё трудней. И не зал это был, а подвал без единого окна, где явственно ощущалась сырость и духота, на потолке висели капли, а из полутьмы через спинки бархатных кресел была видна красиво подсвеченная сцена, где происходило действо.

Интеллигентного вида гитарист в пенсне, синих джинсах и сереньком свитерочке незнакомыми словами чеканил ритм, и по выражению его лица невозможно было прочесть, что за эмоции возникали у артиста во время выступления. Черные огромные колонки звуковыми зарядами простреливали всё пространство. Ивану вдруг стало ясно – слова произносились на французском языке. Встав с кресла и выйдя на лестницу, он ощутил не только ритм, но даже мелодию. Это была незнакомая, но приятная песня. Со стен осыпались яркие жёлто-кленовые листья, и сами стены колыхались, как будто Иван плыл на катере по морским волнам.

Внутри помещения мерцающие и переливающиеся светодиодные змеи на заднем плане старались обвить два ослепительно ярких луча красного света, исходивших из стёкол очков второго музыканта, лицо которого было весьма подвижно с мощной энергетикой, а подбородок посеребренным клинышком подчёркивал саркастическую усмешку, появляющуюся с каждой новой песенной фразой. Очки были сдвинуты наверх, их оправа отблескивала рожками на темени певца. Он был весьма коротко острижен, но проседь волос была заметна. Под изыскано дорогим чёрным костюмом-тройкой разглядеть цвет пуговиц на чёрной в тон ему рубашке не удавалось из-за красно-песчаного галстука. Облик актёра завершали неуместные игрушечные пластмассовые браслеты с блестящими колокольчиками на запястьях и матовые чёрные ботинки с подошвами, напоминающими копыта.

«Чёрный певец» вдруг воскликнул: «Загадай желание и оно СБУДЕТСЯ! Отпусти ДУШУ свою на свободу, и ТВОРИ, что захочется!»

Всё исчезло, Иван очнулся. Он по-прежнему был в купе вагона. Мирный перестук колёс успокаивающе погрузил его сновав сон…

When I need you – сам я тебя найду…

When you love me, я от тебя не уйду…

But my heart will go on – и это сказочный сон…

Near, far, wherever you are – хоть будь в США, планета у нас одна…

Peace, world, дружба, любовь. Не нужно, лилась чтобы кровь…

Friend, друг, брат und камрад. Каждый друг другу рад…

Friendship, luck and love, тот, кто любим, тот прав…

I’m so sad and lonely, baby take a chance with me…

Студент спал. Откуда в его сне появилась эта песенка, пусть в этом разбираются аналитики и экстрасенсы, толкователи снов и астрологи. Это Света пела во сне нашему студенту. В своём сне Иван был счастлив… Только во сне он и будет теперь видеть так необыкновенно удачно спасённую им Свету. Но не суждено им наяву больше ни увидеться, ни даже узнать хоть что-нибудь друг о друге. Но читателю это будет возможно, в отличие от героев произведения.

Глава 4

Египет

1. Нанотехнологии

После того происшествия на зимних каникулах со студентом Иваном Кузнецовым у Варгана в начале мая состоялся разговор с ректором университета Фроленковым. Продолжался этот разговор около минуты:

– Борис Иванович, – Варган обратился к ректору прямо на лестнице у огромного окна, на площадке между первым и вторым этажами: – я слышал, что в мае 2006 года в рамках Государственной корпорации нанотехнологий РОСНАНО создана система сертификации продукции «Наносертифика».

– Володя, ты не на лекции. Короче, что ты опять задумал? Имей в виду, – Фроленков устало вздохнул: – я тебя предупреждал…

– Да помню я, Борис Иванович, – Варган опустил горящий взор в нижнюю точку на стенке окна.

– Борис Иванович, мне снова необходима поездка в Египет!

– Володя, зачем тебе туда, – удивился ректор.

Владимир Самуилович начал ему рассказывать про эксперименты с нанотрубками и фулеренами, об ускоренном срастании костей, начал доказывать, как это могло бы пригодиться во время боевых действий…

Ректор всё внимательно выслушал и сказал:

– Ну, так вот, – Фроленков заулыбался: – будешь лезть поперед батьки, Володя, так мы можем решить, что без тебя нам хуже не будет.

Борис Иванович бодро засеменил вниз на первый этаж. Там на территории, рядом с боковой дверью его ждала чёрная служебная иномарка. Варган не разбирался в марках крутых машин. Машин для крутых парней. Нос у него задвигался от гнева. Потрясение, полученное им, улеглось только через 20 минут. Фроленков имел ровное расположение духа. Но так было не всегда…

Это было в тот день, когда в Интернете впервые появился видеоролик, где прозвучал голос майора милиции Дымовского. После чего начальник УВД города N на совещании в актовом зале сказал речь: