Опасная игрушка - Марина Серова

— А?.. Что ты орешь? Какая Танька, куда перезвонить? Черт, б…, вспомнил! Эта детективщица хренова. И тут меня разыскала, не спится ей! Не с кем, наверное!

Продолжая бурчать, Алексей по записной книжке, выуженной из заднего кармана брюк, набрал нужный номер.

— Татьяна? Добрый вечер, — голос его был сух и деловит.

Я расхохоталась в ответ:

— Что-то вы, пардон, ты, Алексей, со мной как с губернатором вежлив и официален. А вот только что твои подруги демонстрировали при твоем участии куда более нежные и ласковые звуки!..

Он бросил злобный взгляд в сторону развалившихся на мягком ковре девиц и спросил:

— Какие подруги, ты что-то путаешь и, похоже, не туда попадала.

— Туда, туда, ограбленный мой! Откуда же ты узнал, что я просила позвонить?

— Мне мои чувства подсказали. А сижу я сейчас дома и слушаю минорный концерт Вивальди…

Еще более живой хохот был ему наградой:

— Ну, тогда пламенный привет бессмертной музыке маэстро Антонио. Давайте о деле. Мне надо увидеться со свидетелями, о которых ты говорил, расспросить кое о чем.

«А мне вот этого не надо», — подумал Кульбицкий и вслух произнес:

— Так я же отправлял тебя по месту их работы у Карпова…

— Но директор «Салкара» мне сегодня поведал, что ты отозвал этих ценных работничков в свое распоряжение аж на целую неделю… Кстати, должна отметить: в связи со столь явно зависимыми отношениями между вами от твоих свидетелей откровенно пахнет «липой»… И чтобы в этом убедиться окончательно, я должна с ними пообщаться.

«Мудак Карпов какого-то хрена все этой дуре выболтал… Но, похоже, ей так или иначе с ребятками действительно придется встретиться… Только не по ее сценарию!» — сообразил Кульбицкий и ответил:

— Конечно, конечно, уважаемая Татьяна, ты можешь увидеть у меня в офисе этих очаровательных ребятишек завтра утром.

— Увы, я буду в отъезде, вот если бы к вечеру…

— К вечеру они поедут в Астрахань по важному делу. Но не переживай. Как только вернутся, сразу заявятся к тебе давать показания.

Кульбицкий поманил к себе девицу с губами ярко-пурпурного от помады цвета и показал на свое восстающее достоинство. Девица послушно опустилась перед ним на колени…

— Буду с нетерпением ждать, а то вся эта ситуация с Палтусовым, выстроенная тобой на явно сфабрикованных свидетельствах….

— О-о-м-м, — непроизвольно вырвалось у Кульбицкого.

— Что? Не слышу… какой-то странный у тебя концерт!

— Прек-рас-ный, — отчеканил Кульбицкий и отключил телефон. Вторая девица, виляя бедрами и пламенея огненно-рыжими лобковыми волосами, приближалась к «отдыхающим»…

Глава 4 ВСТРЕЧИ В ДАЧНОМ МАССИВЕ

Ровно в восемь утра я выскочила из подъезда полностью экипированная, со всем необходимым в сумке, переброшенной через плечо. Дядя Степа не подвел: его верный «жигуль», чистенький с утреца, как взор младенца, стоял прямо у подъезда с открытой задней дверцей. Я прыгнула на сиденье, поздоровалась с приятелем-водилой и велела трогаться.

Едва мы завернули за угол дома, как, вроде бы случайно, нам на «хвост» сел зеленый «уазик», весьма потрепанного вида, но резвый. Чтобы проверить — случайность это или нет, — я попросила дядю Степу повертеться во всяких улочках-переулочках. «УАЗ», особо не приближаясь, все же не терял нас из виду.

— Теперь уже сомнений нет. Натуральная слежка, — я сунула в рот жевательную резинку и, быстро жуя, так же быстро соображала, как оторваться от них. Кто бы это ни был, а тащить их за собой на дачу — безумие. Впереди замаячил пост ГАИ, выезд из города был близок. Я оглянулась — преследователи отстали метров на 150… Нормально.

— Дядя Степа, тормози возле мента! — крикнула я.

— Ты что, милая, сдурела? Опять собралась баксами кормить этих шакалов? — Он не сбавлял скорости.

— Тормози, а то нам крышка, — опять крикнула я и сама с силой вдавила педаль тормоза.

Истошно визжа, «жигуленок» замер прямо возле гаишника.

— Товарищ, господин старшина, вон в том «УАЗе», — я ткнула рукой назад, — везут похищенного человека, задержите их! (Вчера я мельком прочла в местной газете о том, что усиленно разыскивается похищенный с целью выкупа известный в городе коммерсант. Пригодилось!)

Гаишник что-то проорал стоящему неподалеку напарнику, и их полосатые жезлы мгновенно приняли положение эрекции. А я, не дожидаясь развязки трагикомедии, запрыгнула в машину и велела Степе давить на газ. Что тот с удовольствием и сделал.

— Ну, ты прямо артистка какая-то, — восхищенно заметил водитель, — не соскучишься. Куда дальше-то ехать?

— К телебашне, прямо и побыстрее, — скомандовала я и обернулась. Возле поста ГАИ шла ожесточенная жестикуляция двух здоровенных даже издали мужиков в темных очках и задержавших их постовых.

«Конечно, сейчас их, проверив документы, отпустят. Но мы уже будем далеко, а они не знают, куда мы едем», — думала я, и если б могла только представить, как заблуждалась!

Через двадцать минут петляния по лесному асфальтированному пути мы подъехали к высоченной башне на четырех железных ногах, чем-то отдаленно напоминающей Эйфелеву.

— Спасибо, дядя Степа, мы в расчете, не поминайте лихом, — я всучила ему десятку баксов и помахала рукой на прощание. Он развернулся, и через несколько секунд я осталась одна.

Огляделась. Впечатление, что в этот будний день здесь не было ни души. Легкий ветерок шевелил кроны дубов и вязов, щебетали разные пернатые, гудели шмели, а издали доносился стук топора.

Мне надо было двигаться по дороге, огибающей башню слева и ведущей к небольшому дачному поселку для богатеньких и привилегированных «зверьков» типа Кульбита. Так я и сделала.

Когда появились первые заборы и разноэтажные строения за ними, я сбавила шаг и стала высматривать подходящую по описанию «фазенду». Ага! Вот, метрах в пятидесяти виднеется нечто похожее. Уж больно вычурная архитектура, как раз в духе хозяина. Я решила немного углубиться в лес и, подойдя поближе к воротам объекта, выбрать наиболее удобное место для наблюдения.

Это место я нашла в развилке мощного дуба, отстоящего от забора, окружающего дачу с целым гектаром земли, где-то на 20–30 метров. Устроившись на дереве поудобнее, я могла обозревать в бинокль весь дом снаружи, видеть, если кто-то подойдет к окнам в доме, и, естественно, как на ладони было все пространство вокруг.

…Припекало, и жара чувствовалась даже в мощной тени дерева, так насыщен зноем был воздух. Уже час я периодически прикидывалась к биноклю, но ничего в окнах высмотреть не могла. Судя по тишине и покою, разлитым вокруг, здесь никого не было. И замок, запирающий ворота снаружи, свидетельствовал о том же. Однако не исключено, что с обратной, невидимой мне стороны дома в заборе имеется калиточка.

Приняв мужественное решение понаблюдать еще с полчасика, я достала из сумки банку спрайта и с удовольствием утолила жажду. По дороге на велосипеде медленно проехал какой-то пенсионер в соломенной шляпе. Я уж было собралась покинуть свой пост № 1, как вдруг дверь дачи отворилась, и на крыльцо выкатилась, как ясно солнышко, молоденькая длинноногая девица.

Симпатичная мордашка с веснушками, короткие шорты и белая почти прозрачная блузка, под которой отчетливо виднелись две внушительные сиськи. Я оценила вкус этого бабника. Передо мной явно была его Елена, урожденная Мещерякова.

Деваха посмотрела по сторонам, прищурившись, глянула на безоблачное небо с палящим солнцем посередине. Затем вытянула перед собой руки и сделала несколько приседаний, потом наклонов.

«Так, ясно. Она здесь ночевала, похоже, что одна (и не боится же!). И сегодня явно ждет приезда возлюбленного. Интересно, когда тот явится? Явно не раньше вечера. С утра он отсыпается после активного неоднократного „прослушивания Вивальди“, потом потусуется у себя в офисе и поедет…» А что делать мне в сложившейся ситуации? Честно говоря, я рассчитывала на необитаемость дачки среди недели, а не учла, что дамочка-то не обременена службой и заботами…

Пока я так размышляла, Елена ползала по грядкам, собирая еще не отошедшую клубнику в кастрюльку.

«Сейчас, наверное, жрать будет с холодными сливками», — завистливо облизнулась я. И точно: она сходила в дом, вернулась с банкой, до половины наполненной загустевшими сливками, и сунула туда две горсти клубники. Затем присела на крылечке и, жмурясь от солнышка, счастья и удовольствия, стала извлекать деревянной ложкой и уминать эту прелесть. Я достала еще одну жестянку с напитком, философски рассудив, что у каждого свой маленький праздник желудка.

Закончив трапезу, девица удалилась в дом. Мне ничего не оставалось, как ждать. Через полчаса она опять появилась на крыльце… с лопатой в руках.

«Что она собралась вскапывать в эту жару?» — недоуменно подумала я, но тут сердечко мое заколотилось… Девица направлялась в сторону ворот, явно имея целью прогулку в лес.