Без срока давности - Юрий Уленгов

— А что, хлопцы, много чужих-то в поселке сейчас?

— Да шут его знает. Душ двадцать точно наберется. А то и больше. А завтра-послезавтра — еще больше будет. Караван же ждем. Так со всей окрестности народ к нам валит.

— Ну да, ну да… — Задумчиво пробормотал Стерх. — А через эти ворота никто не въезжал? Сегодня, или ночью, может? Конные? Человека три?

— А ты что, ищешь кого?

— Да вот приехал из города, узнал, что товарищи старые заезжали. А жена их даже не задержала. Вот и погрызлись с ней, да я следом рванул, думаю, может, тут перехвачу.

— Нет, Стерх. Не заезжал никто.

Прозвучало это как-то неуверенно, а Варг снова ощутил, как какое-то темное пятно зашевелилось в его памяти.

— Точно не заезжал?

— Да нет же, говорят тебе! Чего пристал? — Вступивший было в разговор, Сай внезапно сорвался на визг. Варг покосился на него. Что и он тоже? Тоже чувствует этот странный дискомфорт, при попытке вспомнить события прошедшей ночи? Странно все это.

— Ладно-ладно, чего ты? — Стерх удивленно глянул на бойца, и перевел взгляд на сержанта. — Нервный он у тебя. Длинноствол опечатывать будете?

— Конечно! — спохватился сержант. — Что у тебя?

— Как всегда. — Фермер достал из кабины внушительный помповый дробовик, и странный кургузый автомат. Сержант, метнувшийся в караулку, уже возвращался с печатью и красным воском. Быстро и сноровисто опечатав стволы, он поднял взгляд на Стерха.

— Слушай, давно спросить хотел. А чего это за автомат такой у тебя?

— «Питбуль» это. — Буркнул Стерх. — Ладно, мужики, караульте. Поехал я.

Фермер забрался в машину, и через минуту скрылся в конце улочки.

— «Питбуль»… — Протянул сержант. — А ведь не врут, видать. Чистильщиков это оружие…

Припарковав фургон у постоялого двора, Стерх направился внутрь. Подошел к деревянной стойке, и со стуком положил на нее руку. Дремавший на высоком стуле парень всхрапнул, и испуганно подпрыгнул.

— Комната есть? — Стерх облокотился на стойку.

— А? Что?

— Комната есть, спрашиваю?

— Да, да, конечно! Вам какую?

— Да мне все равно. Мне нужнее, чтоб машина под присмотром была.

— Вы на машине? — Сон с помощника хозяина будто ветром сдуло. Еще бы! Гость, приехавший не на сивке кауром, а на машине — это, однозначно, денежный гость. А денежный гость — он куда лучше безденежного.

— Фургон стоит на улице. — Стерх увидел блеск, появившийся в глазах парнишки, и довольно хмыкнул про себя. То, что надо.

На стойке, будто из ниоткуда возник желтый кругляш монеты. Глаза у служки аж вспыхнули, а рука метнулась за деньгами. Однако в тот момент, когда его ладошка уже накрыла монету, сверху на нее опустилась тяжелая рука странного посетителя. Паренек дернулся, ощутив холод, который просто не мог исходить от человеческой руки, но рука гостя держала крепко.

— Г-господину что-то угодно? — Выдавил из себя паренек.

— Господину угодно знать, кто из чужих вертелся тут в последнее время.

— А-а вас кто-то конкретный интересует?

— Нет. Просто расскажи, кто новый мелькал в поселке в последнее время.

— Ну, тут много народа сейчас. Караван же. — Растерянно проговорил слуга.

— А ты про таких, кто на купцов не похожи расскажи.

Паренёк наморщил лоб.

— На купцов не похожи? Таких меньше. Наемников отряд приехал недавно. Ждут караван, в охрану наняться хотят. Пьют в таверне.

— Не то. Дальше.

— Лекарь заезжий появился. Тоже караван ждет. Направляется куда-то в Звезду. Тоже в таверне сидит все время. И тоже пьет.

— Дальше.

— К Ласке хахаль опять заехал. Сначала ночью на днях примчался, на коне хромающем, утром подковался — и снова уехал. А намедни вернулся. Только у Ласки чего-то не задержался. Но он в поселке еще. И знаете что? — Паренек аж покраснел, вспомнив подробность, за которую ему гость, может быть, заплатит.

— Он, вроде, через Западные ворота приехал. Слышал, как бабы на кухне судачили.

— Один? — Гость резко подался вперед.

— Нн-не знаю. — Пробормотал парень.

— Хорошо. — Рука странного постояльца поднялась, и облегченно вздохнувший пацан смел монетку со стойки.

— А его искать где?

Парень несколько удивленно глянул на гостя.

— Как где? В таверне. Пьет. Тут все пьют. Чего еще делать? — Зачем-то добавил паренек.

— Выглядит он как? — Последовал новый вопрос.

— Молодой. Худой. Высокий. Даже в таверне капюшон не снимает. Да вы его там сейчас застанете. Я за пивом гостям бегал, там он сидит. В углу, сам.

— Молодец. — В воздухе мелькнула еще одна монета, которую малец поймал на лету и сунул в карман.

— За машиной проследи. Пропадет чего — голову сниму.

— Конечно-конечно, господин! Не извольте беспокоиться — Забормотал мальчишка в широкую спину, но гость уже вышел на улицу. Мальчишка тут же сорвался с места, и подбежал к окну, буквально размазавшись носом по мутному, засиженному мухами, стеклу. Мужчина подошел к фургону, открыл двери будки, и залез внутрь. Аж машина качнулась. А через минуту вылез назад. У мальца аж глаза округлились, когда он увидел, что тот достал. Да, деньги у него действительно водятся! Мотоцикл! Настоящий! С зубастыми шинами для бездорожья, окрашенный в черный цвет. Новенький! Это ж сколько монет-то такой потянет?!

Меж тем, постоялец захлопнул дверцу, сел на мотоцикл, и, ударив ногой по рычагу, завел агрегат. Тот взревел, и затарахтел на малых оборотах. Будто увидев пацана, наездник повернулся к окну, и погрозил кулаком. Мальчишка отшатнулся, а мотоцикл сорвался с места, и скрылся за углом.

Ставр сидел в самом темном углу таверны, и наливался кислым, резко пахнущим пивом. Время от времени, когда перед ним снова вставала картина собственного унижения, он крепко стискивал кулаки, и до боли прикусывал нижнюю губу. Чертов Полоз! Зачем, ну вот зачем он с ним связался? Повелся на славу одного из легендарных братьев, хвост поджал, и побежал лизать сапоги. И что ему это принесло? Богатство? Славу? Женщин? Ставр заскрипел зубами. Перед мысленным взором возникла Ласка, с бесстыдно раздвинутыми ногами, с задранным платьем, лежащая на грубо сколоченном столе, и сладострастно стонущая, почти кричащая в такт движений атамана. И это та, к которой он стремился, рискуя навлечь на себя гнев Полоза! Конечно, можно было бы оправдать ее, ведь Полоз кому угодно внушить свою волю, вот только что-то подсказывало молодому бандиту, что внушением здесь и не пахло.

Шлюха!

Вполсилы стукнув по столу кулаком, Ставр выругался, и сделал большой глоток. Ну их к черту! Уйдет он! Вот допьет, еще закажет — и уйдет. За ворота выйдет — и ищи ветра в поле!