Ученица Волхва - Иван Тарасов

дыхание её оставалось ровным. Он знал, что это не обычный обморок. Это было что-то другое. Что-то из мира, который он сам едва понимал.

Арина очнулась в лесу. Но это был не обычный лес. Деревья здесь были выше и древнее, их стволы покрыты мхом, а кроны терялись в густом тумане. Воздух был наполнен тишиной, но не пугающей — скорее, торжественной. Она огляделась и поняла, что стоит на тропе, усыпанной опавшими листьями. Тропа вела вглубь леса, и Арина, повинуясь какому-то внутреннему зову, пошла по ней.

Вскоре она вышла на поляну, где её ждали люди. Они стояли полукругом, одетые в старинные одежды, и смотрели на неё с добротой и пониманием. Арина сразу узнала некоторых из них. Это были её предки.

Среди них был её отец. Он выглядел так, как она помнила его в последний раз — высокий, с седыми волосами и добрыми глазами. Он улыбнулся ей и сделал шаг вперёд.

— Дочка, — сказал он мягко. — Ты нашла свой путь.

Арина хотела броситься к нему, обнять, но что-то удержало её. Она чувствовала, что это не место для слёз или объятий. Это было место для чего-то большего.

— Почему я здесь? — спросила она, оглядываясь.

— Чтобы понять, кто ты, — ответил другой голос. Это была старуха, высокая и стройная, с седыми волосами, заплетёнными в длинную косу. Её глаза светились мудростью, а на шее висел амулет с древними символами. Арина сразу поняла, кто это.

— Велеслава, — прошептала она.

Старуха кивнула.

— Я была волхвой, — сказала она. — И ты носишь в себе мою кровь. Ты — моя праправнучка, Арина. И в тебе есть сила, о которой ты даже не подозреваешь.

Арина почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она всегда чувствовала, что в ней есть что-то особенное, но никогда не могла понять, что именно.

— Что я должна делать? — спросила она.

Велеслава подошла к ней и положила руку на её голову. Арина почувствовала, как тепло разливается по всему телу.

— Ты должна принять свою судьбу, — сказала старуха. — Ты не просто девушка. Ты — наследница древнего знания. Но помни: сила — это не только дар, но и ответственность. Ты должна быть мудрой и осторожной.

Арина кивнула, чувствуя, как её наполняет странное спокойствие. Она оглянулась на отца, и он улыбнулся ей.

— Мы всегда с тобой, — сказал он. — Ты не одна.

Арина шла по тропе, которая вела её всё дальше вглубь странного леса. Воздух здесь был густым, наполненным ароматами трав и земли, а свет, пробивавшийся сквозь кроны деревьев, казался не совсем реальным. Она чувствовала, что её ведут, но не знала, куда. Вдруг тропа вывела её на просторную поляну, залитую мягким серебристым светом. На поляне стояли три женщины, каждая из которых излучала мощную, почти осязаемую энергию. Арина сразу поняла, что это не простые женщины. Это были богини.

Морана стояла слева. Её длинные, как ночь, волосы были заплетены в сложную косу, перевитую серебряными нитями. Её лицо было бледным, почти прозрачным, а глаза — глубокими, как бездонные колодцы. Она была одета в платье из чёрного бархата, украшенное вышивкой в виде звёзд и полумесяцев. В руках она держала серп, лезвие которого блестело холодным светом. Морана не была страшной — её взгляд был спокойным и даже сострадательным. Она была той, кто встречала души на пороге между мирами, помогая им перейти без страха и боли. Её голос, когда она заговорила, был тихим, но проникающим в самую душу:

— Арина, я — Морана. Я провожаю тех, чьё время пришло, в мир предков. Я дарую покой и освобождение. Если ты выберешь меня, ты научишься видеть границу между жизнью и смертью и помогать другим перейти её с миром.

Макошь стояла в центре. Её волосы были цвета спелой пшеницы, заплетены в густую косу, украшенную лентами и бусинами. Её лицо было тёплым, с мягкими чертами, а глаза — ярко-зелёными, как весенняя трава. Она была одета в простое, но изысканное платье из льна, расшитое узорами, символизирующими плодородие и женскую силу. В руках она держала веретено, нить которого тянулась в бесконечность. Макошь улыбнулась Арине, и её голос звучал, как колыбельная:

— Арина, я — Макошь. Я покровительствую женщинам, их труду, их радостям и печалям. Я дарую мудрость, терпение и силу. Если ты выберешь меня, ты станешь хранительницей традиций, защитницей домашнего очага и проводницей женской силы.

Мать Сыра-Земля стояла справа. Её волосы были цвета тёмной земли, с вплетёнными в них корнями и листьями. Её лицо было добрым, но суровым, как лицо крестьянки, знающей цену труду. Глаза её были карими, глубокими, как недра земли. Она была одета в платье из грубой ткани, украшенное камнями и металлическими бляхами. В руках она держала чашу, наполненную плодами и зёрнами. Её голос был низким и густым, как гул земли:

— Арина, я — Мать Сыра-Земля. Я дарую жизнь всему, что растёт и живёт на земле. Я — источник плодородия, богатства и силы. Если ты выберешь меня, ты научишься понимать язык земли, находить её сокровища и беречь её дары.

Арина стояла перед ними, чувствуя, как её сердце бьётся в груди. Каждая из богинь предлагала ей что-то важное, но выбрать можно было только одну. Она закрыла глаза и прислушалась к себе. В её памяти всплыли образы: отец, который всегда говорил, что земля — это основа всего; мать, которая учила её ткать и готовить; и тени тех, кто ушёл, но чьи голоса она иногда слышала в тишине.

Она открыла глаза и сделала шаг вперёд.

— Я выбираю тебя, — сказала она, глядя на Макошь. — Я хочу быть сильной, как женщина, и нести свет и мудрость тем, кто в них нуждается.

Макошь улыбнулась, и её глаза засияли ещё ярче. Она протянула руку, и Арина почувствовала, как тепло разливается по её телу.

— Ты сделала правильный выбор, — сказала Макошь. — Теперь ты — часть меня. Иди и помни: твоя сила — в твоей женственности.

Морана и Мать Сыра-Земля кивнули, словно одобряя её выбор, и начали медленно растворяться в воздухе. Поляна вокруг Арины тоже начала исчезать, и она почувствовала, как её сознание возвращается в реальный мир.

Когда Арина открыла глаза, она увидела лицо Еремея, склонившегося над ней. Он смотрел на неё с беспокойством, но в его глазах читалось облегчение.

— Ты вернулась, — сказал он.

Арина медленно села, чувствуя, как слабость отступает. Она посмотрела на Еремея и улыбнулась.

— Я сделала выбор, — прошептала она. — Я знаю, кто я теперь.

Еремей кивнул, как будто и