Воскресшая - Ольга Вешнева

Успокаивающую музыку выключили.

– Чарли, кто же еще, – заверещал младший наследник, прячущийся за отца. – Спорим на миллион, это снова его проделки?

У тринадцатилетнего Билли только начал меняться голос, и звучал он на редкость отвратно.

– Мистер Грейсон, ваш старший сын Чарльз приказал впустить людей с улицы, – отчеканил сержант Карсон. – Сказал, им нужна помощь.

– Эй, ты! – отец даже не назвал Чарли по имени. – Что себе позволяешь? Как ты посмел… Здесь не ночлежка для нищих. Еще и омарами вздумал кормить всякий сброд!

– По-твоему, я должен был отдать королевские омары адским гончим? Разложить по красивым мискам и вынести за ворота? – усмехнулся Чарли, сделав шаг навстречу отцу. – Как я понял, те предпочитают человечину.

– Вот им и будешь дерзить, если не возьмешься за ум, – без тени иронии пригрозил ему отец. – Выкину, и не посмотрю, что мой сын. Честно говоря, не будь ты на меня похож лицом, отправил бы при разводе к твоей мамаше. И без генетической экспертизы сказал бы, что не от меня рожден.

– Вы бы полегче со словами, мистер, – осадил его бородатый старик. – Парень достойный растет. Гордиться таким надо.

– А тебя никто не спрашивает, бродяжка, – Говард наставил на него указательный палец, сверкнувший в свете лампы ухоженным ногтем. – Без тебя решу, как мне воспитывать детей.

– Между прочим, я тридцать лет проработал учителем математики, и десять из них был директором школы, – возмущенно заявил старик. – У меня полно наград за педагогические достижения! И есть собственное жилье.

– Так проваливай отсюда. Катись в свою конуру. Вас всех это тоже касается! – очертив круг, палец Говарда, казавшийся мне до отвращения уродливым из-за контраста гладкого, покрытого лаком ногтя и морщинистой, потрескавшейся, будто иссохшей кожи, чуть не дотронулся до моего плеча. – А ты… Кто позволил тебе прикасаться к моему сыну?!

– Я, – Чарли заслонил меня плечом. – Папа, Билли, познакомьтесь… Моя девушка Эмбер.

– Твоей девушкой должна быть Трейси Биркрафт, – Говард взвыл, как попавший в капкан койот. – Дочь шоколадного магната. Юная фотомодель. Сколько раз я повторял, что тебе давно пора пригласить ее на свидание? Раз сто, не меньше!

Я невольно прыснула со смеху, представив отца неизвестной мне девчонки в виде фигурки из шоколада.

– Мне не нужна безмозглая кукла, – упрямо возразил Чарли.

– А я не потерплю в семье нищую замухрышку, – рявкнул Говард. – Не позволю ей испортить благородный генофонд великой династии. У Чарльза Грейсона будет жена достойного происхождения.

– Отец этой девочки достойнее вас, – встала жена священника, – и ваших трусливых прихвостней, которые непонятно зачем носят военную форму, а сами прячутся, не думая защищать народ. Он один из тех, кто сейчас дает отпор захватчикам из другого мира. И вы должны вместе с нами молиться, чтобы у него все получилось и человечеству не пришел конец.

– Стре-е-ейтс! – Говард позвал майора оглушительным воплем, усиленным бункерным эхом.

– Я здесь, сэр, – тот послушно предстал перед ним, выскользнув из-за угла.

– Зачем вы терпите беспредел? – задыхаясь от гнева, прокричал Говард. – Почему все эти непонятные оборванцы еще здесь, в моем персональном убежище?

– Ты сам говорил, что в бункере могут жить пятьсот человек целое столетие. Ресурсов хватит на всех с избытком, а системы выдержат и большую нагрузку, – напомнил отцу Чарли, не дав майору раскрыть свой широкий рот. – Их тут и сотни не наберется. Человек семьдесят, я точно не считал.

– То, что я озвучивал возможности систем и объемы закупки припасов, не означает, что я приказал построить бункер для каких-то отбросов с улицы! – продолжал вопить Говард, покрываясь багровыми пятнами от злости. – Убежище предназначено для нашей семьи и обслуживающего персонала. Больше ни для кого! Нам осталось дождаться мою жену, и можно задраивать…

– Извините, сэр, – вежливо перебил его майор Стрейтс. – Боюсь, у меня для вас не самые хорошие новости. По поступившим через спутниковую связь данным борт номер четыре тысячи семьсот пятьдесят девять, на котором летела ваша супруга, исчез с радаров час назад. Самолет мог быть сбит вражеской авиацией или провалиться в межпространственный портал. Велика вероятность того, что миссис Грейсон на данный момент мертва.

– Значит, мы никого не ждем, – Говард небрежно махнул рукой. Его словно ничуть не огорчила новость о потере молодой красавицы жены. – Уберите отсюда всякий сброд. Приказываю немедленно очистить бункер от посторонних лиц.

– Мы никуда не пойдем! – толпа зашумела и пришла в движение. – Нам просто некуда идти. Мы хотим жить. И тут маленькие дети! Места и еды хватит на всех – вы сами сказали. Нас не пятьсот! И мы не сидим тут сто лет! Может, мы последняя надежда человечества на выживание. Кому будет нужна ваша династия, если вы останетесь одни на планете?

– Майор, объясните этим чокнутым, что их дальнейшее пребывание на частной территории недопустимо, – процедил сквозь зубы Говард. – В случае невыполнения вами приказа немедленно убираться отсюда, мы по закону вправе открыть огонь на поражение.

– Вы, серьезно, прикажете своим громилам нас расстрелять? Убить безоружных и невиновных людей? – развел руками старый учитель. – Чем тогда вы лучше тех тварей снаружи?

– Хватит философствовать, – огрызнулся Говард. – Не уберетесь отсюда на своих ногах в течение пяти минут – и в течение следующих десяти минут вас вынесут в мешках для трупов. Такое математическое уравнение вам понятно, мистер великий педагог?

– Вы готовы убивать детей? Это бесчеловечно! – высказалась молодая женщина, держащая на руках маленькую дочку.

– Пошла вон! – заорал Говард. – Или я сам продырявлю башку твоему отродью. С чего бы мне жалеть чужих детей? Мне своих-то порой прибить охота, но семейный бизнес, благородная династия, клятва прадеду… Стрейтс! Что стоим, чего ждем? Приступайте к выполнению приказа, майор… Я погляжу, отсюда никто не собирается уходить добровольно и без последствий. Пришейте для острастки вон ту девчонку, – он указал на меня. – Чтобы больше никогда не бегала за моим старшим наследником.

– Простите, мистер Грейсон, – губы сурового майора дрогнули, голос упал. – Я не могу стрелять в ребенка. У меня самого две дочки-близняшки. Примерно ей ровесницы. Я не знаю, что сейчас с ними.

– Рохля! Заткнись и дай мне оружие, – прорычал Говард. – Не то сам вылетишь из бункера, если тебя не вынесут.

– Я не позволю тебе убить Эмбер, – Чарли заслонил меня собой.

– Папочка! Скажи, что ты шутишь, – испугавшийся Билли подбежал к брату.

– Как ты не понимаешь, Чарльз? Я стараюсь ради твоего блага! – заорал Говард, ничего не ответив младшему сыну. – Грязной нищенке не место рядом с тобой.

– Открой чехол и передай мне ствол, – тихо прошептал мне Чарли, низко наклонив голову, чтобы отец не