Талтош - Стивен Браст

Оглядываясь на прожитую жизнь как бы со стороны, я должен сказать, что рос среди насилия. Это звучит несколько своеобразно, поскольку я никогда об этом не думал, но с тех пор как себя помню, я всегда испытывал страх перед драгейрианами. Мы жили над рестораном отца в районе, где восточники – люди – не жили. Большую часть времени я проводил в ресторане, еще до того как начал помогать отцу! И до сих пор помню страх, охватывавший меня каждый раз, когда я выходил на улицу, и долгие погони по аллеям, и побои драгейриан, которые не любили людей, или других людей, считавших, что мы задираем нос. Последнее – когда меня били выходцы с Востока – случалось нечасто. Первый раз это произошло, думаю, когда мне было лет восемь. Отец подарил мне костюм цветов Дома Джарега. Я помню тот день, потому что это один из тех немногих дней, когда я видел отца счастливым. Его настроение перешло ко мне, я отправился на прогулку в своем новом одеянии и натолкнулся на компанию мальчишек примерно моего возраста, которые… ну, вы сами понимаете. Подробности я опущу.

Забавно, что мне, помню, было их даже жалко, поскольку до этого меня уже били драгейриане, а эти несчастные тщедушные мальчишки не могли меня даже поколотить столь же основательно…

Мои каблуки простучали по невидимой поверхности, отчего стало несколько не по себе. Мне стало еще более не по себе, когда я подошел ближе к воротам и опознал в изображенных на них знаках колдовские символы. Я облизнул губы.

До ворот оставалось футов десять, когда их створки величественно и беззвучно распахнулись. Они даже не скрипнули. От этого мне стало совсем не по себе. Я немедленно провел одной рукой по волосам, другой поправил застежку плаща. Это позволило проверить различные штучки, укрытые на мне, поскольку всегда лучше быть готовым к любым неожиданностям.

Но я не слишком долго размышлял на тему ворот, поскольку в них стояла женщина, обрамленная, словно картина, высокой аркой. Чистая, светлая кожа Дома Исолы, одета в бело-зеленую одежду этого Дома, нечто среднее между мантией и сари. У нее были голубые глаза и каштановые волосы, и она казалась прекрасной даже по человеческим меркам.

Голос ее был низким и нежным.

– Приветствую тебя, благородный джарег, – сказала она (видимо, решив, что это будет менее оскорбительно, чем восточник), – в Черном Замке. Меня зовут Телдра. Мы ждали тебя и надеемся, что ты позволишь нам скрасить твое пребывание здесь. Смею полагать, телепортация не была слишком неприятна для тебя.

Закончив эту изумительную речь, она поклонилась на манер исолы.

– Гм, – сказал я, – все отлично.

Она улыбнулась, словно это действительно имело для нее значение. Собственно, полагаю, на самом деле имело.

– Входи же, – сказала она, – и я пошлю за лордом Мароланом.

Она протянула руку к моему плащу, и будь я проклят, если чуть не отдал ей его – просто машинально.

Обычно машинально я таких вещей не делаю.

– Все в порядке, – сказал я. – Пусть остается.

– Конечно, – улыбнулась она. – Следуй за мной.

В этот момент у меня промелькнула мысль, что она не назвала меня по имени, что, вероятно, означало, что она не знала, как правильно произносить мою фамилию, что, в свою очередь, означало, что Маролан вряд ли много обо мне знает. Это весьма неплохо.

Перешагнув порог Черного Замка, я оказался в просторном зале. По правую и левую сторону уходили вверх белые мраморные лестницы, передо мной был большой проход в виде арки, проходы поменьше по сторонам и несколько картин с пейзажами – не пси-отпечатков – на стенах. По крайней мере все это не было черного цвета.

Затем мое внимание привлек один из пейзажей. В правом верхнем углу – огромное желтое солнце, а по небу плывут белые облака. Я уже видел подобное раньше, глазами моего деда. Эта картина изображала Восток.

Телдра провела меня через высокую арку в центре, по широкому, никак не украшенному, но хорошо освещенному коридору в комнату, которая явно была гостиной. В ней преобладал бледно-желтый цвет, и комната оказалась заполнена чрезмерно мягкими креслами, буфетами, шкафчиками для напитков и столами. Уже в первые десять секунд я отказался от поиска возможных ловушек, сожалея, что со мной нет Лойоша.

Телдра указала мне на кресло, которое выглядело уютным и обеспечивало обзор двери. Я сел.

– Лорд Маролан сейчас прибудет, – сказала она. – Ты позволишь мне предложить тебе вина?

– Э… да, – сказал я. – Спасибо.

Она принесла ведерко со льдом, в котором была бутылка, что сказало мне еще кое о чем – охлажденным вино подают на Востоке. Она вынула бутылку, взяла с раскаленных углей щипцы, ловко описала круг вокруг горлышка, опустила его в лед и отделила верхушку горлышка от бутылки. Все ее движения были плавными и грациозными, словно она исполняла какой-то танец. Она налила мне, и я выпил. Вино было действительно очень хорошим, что оказалось еще одним сюрпризом. Я изучил бутылку, но этикетка была мне не знакома.

– Я могу еще чем-нибудь служить тебе, милорд?

– Нет, нет, – сказал я. – Все отлично. Спасибо.

– Тогда до встречи, милорд.

Я встал, когда она вышла, хотя не уверен, что это было правильно. Подозреваю, что столь же приличным было бы, если бы я остался сидеть.

Драконы не пользуются ядом, я выпил еще вина. Наконец без всякого предупреждения, если не считать звука шагов, в комнату вошел лорд Маролан.

Он был высок и одет в черное, с серебряной шнуровкой на груди и эполетами, выступающими из-под отброшенного назад плаща. Рука лежала на рукоятке длинного меча. В чертах лица ощущалась некоторая угловатость, присущая Дому Дракона. У него был высокий лоб и очень темные прямые волосы, достаточно длинные для того, чтобы закрывать уши. Я еще раз бросил взгляд на меч и понял, несмотря на то что он был в ножнах, что это могущественный клинок Морганти. Я едва подавил дрожь, мысленно ощутив его звон.

Лишь потом мне в голову пришла мысль: почему он приветствует гостя в собственном доме с мечом, и притом с Морганти? Он что, боится меня? Или это такой обычай драконов – ходить с оружием по собственному дому или при встрече гостей? Или он намеревается выбрать подходящий момент и убить меня?

Можете думать что угодно о существовании души или о драгейрианской вере в перевоплощение. Но даже если вы ни во что подобное не верите, нет никакого сомнения: если я буду убит оружием Морганти, со мной будет покончено. Я на мгновение застыл, потом понял, что должен отреагировать на его появление, поскольку он не собирался на меня нападать, по крайней мере пока.

Я встал и поклонился.

– Лорд Маролан, я – Владимир Талтош. Это большая честь для меня, что вы согласились со мной встретиться. – Я хорошо умею лгать.