Азбука православного вероучения - Георгий Знаменский

«Рай, — говорил св. Иоанн Дамаскин, — некоторые представляют чувственно, а другие — духовно, а мне кажется, что для человека, как духовно-телесного существа, рай был священнейшим храмом его бытия и чувственного и духовного. Телом человек водворялся в Божественной прекрасной стране, а душою первый человек жил в несравненно высшем месте, где имел своим домом и светлой ризою наслаждение сладчайшее — созерцание Бога. Бог Сам беседовал с ним».

Для упражнения воли в добре Бог даровал Свою благодать, которая, по свидетельству отцов Церкви, служила небесной одеждой и через нее Адам находился в общении с Богом. Для постоянного подкрепления и освящения телесных сил первозданного человека Бог насадил древо жизни. Для упражнения и развития телесных сил заповедал Адаму «делати рай» и Сам привел к Адаму всех животных. Для укрепления же в добре и послушании Господь Бог заповедал человеку, говоря:

«от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь»

(Быт. 2:16-17).

Почему была необходима эта заповедь, спрашивают св. отцы и рассуждают так, отвечая на этот вопрос: свобода человеческая укрепляется не иначе, как действием согласно одному определенному правилу. Хотя в совести человека находится весь нравственный закон, но исполнение его возможно не иначе, как если представится к тому частный случай. Отсюда нужда в заповедях положительных. Кроме того, через свободное исполнение заповедей человек некоторым образом заслуживал себе блаженное состояние. Подчинение воле Божественной предохраняло его от опасности возмечтать о себе высоко и пасть великим грехом гордыни. Правда, данная заповедь кажется не слишком важною. Но в ней выражен весь нравственный закон нашего отношения к Богу и ближнему.

Этой заповедью, — говорит Иоанн Златоуст, — Бог хотел показать человеку Свое над ним владычество. (По отношению к природе человек — царь, но по отношению к Богу — он только разумно управляющий на земле). Если бы Адам и Ева любили Господа, то они не нарушили бы Его заповеди. Если бы они любили ближнего, то есть друг друга, то не поверили бы убеждению змиеву; не совершили бы убийства над собой, потеряв свое бессмертие; не совершили бы кражи, вкусив тайно от запрещенного плода; не сделались бы причастными лжесвидетельству диавола».

Хотя змей, в котором был диавол, и был первой причиной прародительского греха, однако главной причиной в собственном смысле слова, были сами прародители.

Уже по ложному обращению змея, в котором сидел отец лжи — диавол, спросивший Еву: «Подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю», — Ева должна была уразуметь, что здесь кроется лукавство и отвернуться от змея; но Ева даже рассказала заповедь Божию змею. И вот тогда-то искуситель с еще большей дерзостью начал лгать и утверждать совершенно противоположное тому, что говорил Господь.

Таким образом, Ева пала не по необходимости, а совершенно свободно, поверив змею, а за ней и Адам, злоупотребив свободной волей, тоже согрешил. Создав человека свободным, Господь дал ему для упражнения в добре и послушании самую легкую заповедь, выраженную со всей ясностью и огражденную страшной угрозой за нарушение, дав при этом все средства к исполнению этой заповеди. Значит, вся вина падения лежит на самих прародителях.

Важность греха прародителей заключалась не во внешности, а в нарушении духовной сущности и смысла самой заповеди; в нарушении безусловного послушания Богу. «Повиновение, — говорит Блаженный Августин, — есть мать и блюститель всех добродетелей. Прародители своим неповиновением нарушили весь нравственный закон».

«Что могло быть легче этой заповеди, данной для упражнения свободной воли человека? — спрашивает Иоанн Златоуст.– Какое нерадение обнаружили прародители к этой заповеди! Вместо бесконечной и постоянной благодарности и смирения перед творцом, человек ответил страшной гордыней и величайшей неблагодарностью». «Здесь, — говорит Блаженный Августин, — не только гордыня, потому что человек захотел находиться во власти своей, а не Божией; но здесь совершилось и человекоубийство, потому что свободно предал себя человек духовной и телесной смерти; здесь и любодеяние духа, ибо непорочность, девственность души человеческой нарушена убеждениями змея; здесь совершилась и кража плодов запрещенных; здесь и любостяжание, ибо возжелали большего, поддавшись на удочку дьявольской горделивой приманки «будете как боги, знающие добро и зло». По учению Тертуллиана, здесь нарушено было все десятословие — все десять заповедей Божиих.

Великое грехопадение сопровождалось и великими погибельными следствиями. Первобытный союз Бога с человеком был расторгнут, благодать общения с Богом потеряна, наступила смерть духовная. Помрачение разума было так велико, что первые люди вздумали даже скрыться от Вездесущего. С потерей невинности и с наклонностью ко злу первые люди почувствовали себя более животными, чем духовными, существами и хотели спрятаться от себя, как животного существа, при нарушенной гармонии между духовным и телесным «я», чего они раньше не замечали. Увлекая душу в страшные пожелания, грех исказил всю красоту образа Божия в человеке. Как монета с испорченным образом царя на ней теряет цену и золота, из которого она сделана, так и с искажением образа Божия в себе человек утратил в глазах Божиих свою прежнюю ценность и свое особое назначение вечного блаженства, бессмертия и бесконечного участия в Божественной славе Творца. Возжелав быть Богом, человек потерял и то, чтобы быть образом Божиим, — говорит св. Макарий Великий.

Следствия падения отразились и на теле: болезни, скорби, изнеможение, смерть, а с изгнанием из рая — уменьшение или потеря власти над животными, которые раньше были рабами Адаму, а теперь все звери «не знали его и возненавидели, как чужого» (Иоанн Златоуст). Созданная для наслаждения человека, а теперь проклятая в деле согрешившего человека, земля стала действовать во вред благоденствию и спокойствию человека.

Откуда ж взялось зло на земле, когда по словам Библии:

«И увидел Бог все, что Он создал, и вот хорошо весьма»

(Быт. 1:31)? Откуда взялся диавол, нарушивший блаженную и детски счастливую жизнь наших прародителей?

Грехопадению прародителей, — отвечает Св. Православная Церковь, — предшествовало грехопадение в мире горнем или ангельском.

И не будь грехопадения там, быть может, никогда не свершился бы и скорбный акт грехопадения наших прародителей.

О НАРУШЕНИИ ГАРМОНИИ ВО ВСЕЛЕННОЙ

Грехопадению человека предшествовало грехопадение, свершившееся в горнем или ангельском мире. По единодушному учению отцов Церкви, сначала пал великим грехом гордыни и непослушания Богу один из самых первых и совершенных ангелов, а затем этот первоверховный ангел увлек за собой и других, находившихся в его власти и подчинении, ангелов. Злоупотребив свой свободной волей, этот ангел пал великим грехом ума: он

«не устоял в истине»

(Ин. 8:44) и с тех пор сделался лжецом и отцом лжи и человекоубийцей. Этот главарь всех злых духов, называемый диаволом, носит в Св. Писании и другие, самые непривлекательные имена: искусителя, вельзевула, князя бесовского, велиара, сатаны, князя мира сего, а остальные злые и нечистые духи называются бесами, демонами, аггелами диавола и аггелами сатаны.

При уяснении сущности греха, каким пал первоверховный ангел, отцами Церкви высказываются два мнения. Одни говорят, что «завистью диаволею смерть вниде в мир»; но другие, как например, Григорий Богослов говорят, что завистью диавола вошла смерть в земную блаженную жизнь первого человека. Падение же самого диавола свершилось чрез его гордыню. Отсюда и премудрый Сирах говорит, что начало греха — гордыня. Апостол Павел, давая совет не посвящать сразу во епископы новокрещенных христиан, мотивирует это наставление предостережением:

«чтобы не возгордился и не подпал осуждению с диаволом»

(1 Тим. 3:6).

Гордыня диавола проявилась в безумном желании быть равным Богу, а по мнению некоторых отцов Церкви, гордыня диавола проявилась в желании диавола стать даже выше Бога. Некоторые отцы Церкви говорят, что первоверховный, самый близкий к Богу ангел, узнав о том, что Второе Лицо Пресвятой Троицы — Сын Божий должен пострадать за грехи людей в будущем, не мог проникнуть в великую тайну искупления человечества и, усомнившись в Божестве Сына Божия, не восхотел поклоняться, а по мнению других — позавидовал Его преимуществу пред всеми ангелами. И действительно, апостол Павел изображает диавола противником Божиим. По учению апостола, грядущий антихрист во всем своем безобразии и бесстыдстве обнаружит эту закоснелую дьявольскую гордыню, не знающую предела. Антихрист —