Хроники Мианора - Екатерина Николаичева

…Лед висел на высоте тринадцатого этажа и остервенело цеплялся за малюсенький выступ, находящийся в паре локтей от печально знакомого окна. Прошло несколько мгновений, и из него выглянула ошеломленная физиономия Рига. Заметила его и радостно, почти дебильно заулыбалась.

— Риг… — многообещающе прошипел Лед. Выступ согласно хрустнул, и парень побледнел (хотя куда уже!). Ррраз! Ненадежная зацепка превратилась в пыль, все ухнуло и понеслось вверх. Э-э-э? Да это Лед, изображая руками ветряную мельницу, полетел вниз! Протестующий вопль донесся до окосевшего Рига и улетел ввысь, в небо, пронзая облака и исчезая в полной насмешливой вечности синеве…

Магистр третьей степени, преподаватель теоретической магии в мианорской Академии магов радостно улыбнулся. Да! Стоило посмотреть на вытянувшиеся лица тех двух высокородных пацанов, прознавших, что предстоит их хрупким безукоризненным ручкам… А что они думали? Сахар кушать? Все так же радостно улыбаясь, Амирад вышел на балкон собственной комнаты, желая отдохнуть после трудового дня. Красота! Небо голубое, облака белоснежные, ветер теплый… Да, не зря платит Совет Владетелей магам-погодникам. Да и климат способствует… А красота какая кругом! Травы зеленеют, птички поют, в общем, лето кругом, спокойно так, ученики ходят, бегают, летают… Э? Летают?! Амирад потрясенно проводил взглядом ученика (распознал он его, как ни странно, сразу). В следующее мгновение, невероятно изогнувшись, парень выбросил левую руку вперед и из последних сил загнал блеснувший в его руке кинжал в сверхпрочный материал, из которого были возведены стены Академии… По инерции беднягу протащило по стене, но тут же лезвие наткнулось на нечто попрочнее (на кости вмурованного в стену некроманта, вероятно… есть такие байки, а как же!) и остановилось. Лед не стал молчать и на чистом светлоэльфийском выдал все, что он думает об открытых окнах, отвлекающих Ригах и, естественно, о магах-теоретиках, являющихся первопричиной всех его сегодняшних бед. Амирад, поспешно записавший пару новых фраз, вежливо кашлянул. Блондин вскинул голову и чуть не свалился, но тут же, извернувшись, ухватился за ближайший выступ. «В роду были эльфы, — констатировал маг. — Стоп! Светлый эльф с даром некро? Куда катится мир!»

Лед нервно улыбнулся. Сейчас он уже жалел, что решил зацепиться именно здесь. Осталось еще восемь этажей, он бы успел…

Внезапно на балкон выбежал Риг, выпучил глаза и завопил:

— Магистр! Там окно! А Лед! А окно! А он! А вниз! Да как! Да завопит!

На этот раз вежливо кашлял Лед. Риг еще больше выпучил глаза, издал радостный клич и кинулся выручать друга… Лучше бы он этого не делал! Злополучный кинжал и выступ одновременно хрупнули, а бедный Лед полетел дальше. На губах его играла печальная улыбка — кинжалов у него больше не было. Взгляд ярко-зеленых глаз скользнул по стене и уперся в небо…

…А в небе играли блики палящего солнца, преломляясь в изгибах облаков и выплетая причудливый узор, ныряя в глубину неба и с триумфом летя вниз, к земле, притягивающей к себе все больше и больше… Неподвижно и огромно было небо в этот миг, поглощая все и вся, зовя за собой, в даль, из которой не было возврата… Да и зачем? Смотри же, смотри в этот прозрачный воздух, столь прекрасный и необъятный, как ничто другое, разве он не стоит того? Дыши им и знай, что нет ничего прекраснее на свете, что нет того, кто смог бы от него отказаться. Внимай этой безумной, невероятной красоте, быть может, она существует только сейчас…

— Знакомься, Шэм, это моя названая сестра Мэйрона, как ты уже понял, наемная убийца. Папа — эльф, наделал делов и смылся, мама — обычная горожанка, нуждающаяся в деньгах, умерла около десятилетия назад… А это, Мэй, Шамир — воин, которого тебе заказали, и человек, спасший мне жизнь, — выпалил я на одном дыхании и замолчал.

— Гм, что-то ты не очень радуешься для спасенного… — промолвила сестрица, вскинув брови.

— А какой человек, решивший покончить с жизнью, будет этому рад? — с иронией поинтересовался Шэм.

Глаза Мэй потемнели до серого оттенка грозовой тучи. Я весь испуганно сжался, смотря в стол.

— Ну-ка, ну-ка…

Я жалобно вздохнул, но наткнулся на тяжелый взгляд Мэйроны и приступил к рассказу…

— В общем, если коротко, то я — вор.

Шамир вытаращил глаза и закашлялся.

— Профессиональный вор. — М-да, от скромности не умру, но заявил это не я, а Мэй. — Специализирующийся на драгоценностях, деньгах и прочей шелухе, в основном обчищая дома особо богатых личностей. — Сестрица ехидно окинула меня взглядом. — Я так понимаю, что он тебе не сообщил об этом?

Шэм потрясенно покачал головой, подозрительно щупая свой кошель, явно набитый не медью. Я обиженно надул губы.

— На такие мелочи не размениваюсь! — Ну да, переборщил с пафосом, вон Мэй как морщится.

— Ну и что же особо жуткое ты стырил на этот раз, что, недолго думая, решил повеситься?

Э-эй! Откуда она знает? Шэм ведь не говорил. Видимо, мысли мои отразились на лице, так как Мэй пояснила:

— Зная тебя, не ошибусь. А ну говори, вор недоделанный!

— Завершил я одно особо выгодное дело…

Шэм поморщился, но промолчал, а я приступил к рассказу…

Рассказать пришлось все: и про грабителей, и про попойку с некромантом, даже про веревку. Единственное, что утаил, так это заколку…

Император Валентин тоскливо окинул взглядом оставшуюся за спиной пограничную заставу.

— Алессьер! Гонца отправили?

Главный дворецкий кивнул.

— А магией было бы надежней! — обиженно вставил мэтр Ижэн. Несмотря на свои неполные триста, иногда маг вел себя, как ребенок. Вот и сейчас он начал ворчать, выводя из себя его пресветлое величество Валентина Карольского.

Император раздраженно фыркнул и подхлестнул коня. В отличие от многих вельмож в своей свите он предпочитал ехать на коне, а не париться в карете.

Прошел еще час-другой…

— Что у нас на пути?

— Город Южел, ваше величество.

Мэтр Ижэн вопросительно вскинул брови. Потом до него дошло, и он жалобно замотал головой, предчувствуя большие проблемы.

— Заезжаем! — коварно улыбнулся Валентин, предвкушая большие развлечения.

Этажи со свистом сменяли этажи. Младший имперский принц Ледоник, под видом сына графа, Ледиана Семиречного, летел и думал. Да! Редко когда ему удавалось делать сие в более спокойной обстановке. Налюбовавшись небом, Лед пришел к выводу, что смерть в общем-то не самое страшное. Не-э-эт! Самое страшное — это ожидание смерти. Вот так летишь, летишь и ожидаешь… Наконец парень решился и глянул вниз. Земля стремительно приближалась. А вместе с ней приближалась и фигура в темном плаще, видимо, только приехавшего в Академию человека. Вот он дошел до предполагаемого места падения Леда и, словно почувствовав что-то, резко вскинул голову вверх. Донельзя удивленный, блондин успел разглядеть огромные, словно выточенные из черного драгоценного камня глаза, смуглое, с резкими чертами лицо (что вовсе не портило его очарования) и немного растерянное выражение на нем. Ха! Немного растерянное… Попробуй тут не растеряйся! «Вампиресса», — отметил Ледиан, прежде чем мир поглотила тьма.

Лика раздраженно пнула дверь ее новой комнаты. Как она ни спешила, успеть в первый учебный день на занятия не удалось. Да еще этот ректор!

«Но вы же вампир! Как так можно!» — передразнила его Анжелика, младшая дочь Повелителя вампиров, который совсем недавно обнаружил в ней способности к магии крови и, что удивительно, к магии воздуха. Это было крайне необычно, и Повелитель решил отправить свою кровиночку инкогнито к людям на обучение, причем не куда-нибудь, а в Академию магов империи Мианор. Вампирша кисло скривилась. Затем, тоскливо окинув взглядом свое жилище, решительно встала и направилась осматривать окрестности, даже не сняв дорожного плаща. После трехчасового блуждания по закоулкам, аллеям и кущам вампиресса возвращалась с явно поднявшимся настроением. Проходя мимо очередной академической башни, она вдруг остановилась, почуяв что-то неладное, и поспешно вскинула голову… Чтобы через мгновение жутко завопить и вскинуть руки, выбрасывая единственный имеющийся в арсенале воздушный щит, мягкий и неровный. Мгновение, другое… Лика подняла голову, чтобы рассмотреть, что там. Пожалуй, она могла бы гордиться собой. Не каждый маг сможет хоть что-то успеть сделать, когда на тебя падает нечто. Нахмурившись, Лика попыталась разглядеть это самое «нечто», не снимая щита, хотя это было нелегко. Видимо, падал этот несчастный с большой высоты… Это был парень, блондин. Глаза у него были закрыты — потерял сознание при столкновении пусть и с мягким, но прочным щитом. Черты лица идеально вылеплены, телосложение не крупное, но гибкое. На нем была надета мантия ученика Академии. С виска парня струилась тоненькая струйка крови, выплетая причудливые узоры на воздушном щите. Лика поспешно убрала щит и еле успела увернуться от рухнувшего вниз тела. Девушка наклонилась к нему.