Богатый ребёнок, умный ребёнок - Шэрон Лектер

Не понимая, что означает IQ, я поднял руку и спросил учительницу:

– А что такое IQ?

Учительница фыркнула и ответила:

– IQ – это показатель интеллекта.

Затем она наградила меня одним из своих уничтожающих взглядов, как бы говоря:

– Теперь ты знаешь, что значит IQ?

Проблема была в том, что я по-прежнему не понимал, что такое IQ, и поэтому я поднял руку снова. Учительница долго демонстративно не обращала на меня внимания, но в конце концов повернулась и спросила, растягивая слова:

– Да. Что еще ты хочешь спросить?

– Вот вы сказали, что IQ – это показатель интеллекта, но что это такое?

Она снова негодующе фыркнула.

– Я уже говорила вам, что если вы не знаете какого-нибудь определения, то должны обратиться к толковому словарю. А теперь возьми словарь и посмотри сам.

– Хорошо, – сказал я с усмешкой, быстро сообразив, что она сама не знает этого определения. Если бы она знала, то с гордостью продемонстрировала бы это всему классу. Мы давно поняли, что если она чего-то не знает, то никогда не признается, а только отошлет нас к словарю.

Отыскав наконец в словаре статью «Показатель умственных способностей», я вслух зачитал определение. Вот что там было написано: «Существительное (1916): число, используемое для выражения очевидных относительных умственных способностей человека, определяемое путем деления его умственного возраста, устанавливаемого в результате стандартизованного теста, на его биологический возраст и умножения полученного числа на 100». Когда я закончил читать определение, то оторвал глаза от книги и сказал:

– Я все равно не понимаю, что такое IQ.

В полном отчаянии учительница повысила голос:

– Ты не понимаешь, потому что не хочешь понять. Если ты не понимаешь этого, то тебе необходимо провести собственное исследование.

– Но это ведь вы сказали, что это важно, – отпарировал я. – Если вы думаете, что это важно, по крайней мере, могли бы сказать нам, что это значит и почему это важно.

В этот момент Энди Муравей встал и сказал:

– Я объясню классу.

Он выбрался из-за деревянной парты и прошел к доске у передней стены. Затем он написал на доске:

– Теперь вам понятно, что люди называют меня талантом, потому что мне десять лет, но результаты моих тестов соответствуют человеку, которому восемнадцать.

Некоторое время класс сидел молча, переваривая информацию, которую Энди только что изложил на доске.

– Другими словами, если ты не увеличишь свои способности обучаться, когда станешь старше, то твой IQ упадет, – сказал я.

– Именно так я бы это и толковал, – сказал Энди. – Я могу быть талантливым сегодня, но если не стану увеличивать объем своих знаний, мой IQ будет снижаться с каждым годом. По крайней мере, так следует из данного уравнения.

– Значит, сегодня ты можешь быть талантом, а завтра стать тупицей, – усмехнулся я.

– Очень смешно, – сказал Энди. – Но правильно. И все же, думаю, мне не нужно бояться, что ты меня догонишь.

– После школы я тебя догоню, – задорно крикнул я в ответ. – Вот встретимся на бейсбольном поле и тогда посмотрим, у кого IQ выше.

С этими словами я рассмеялся и вместе со мной весь класс. Энди Муравей был одним из моих лучших друзей. Мы все знали, что он умница, но знали также, что он никогда не станет великим спортсменом. И все же, хотя он и не мог ни бить по мячу, ни ловить его, все равно мы всегда брали его в команду. В конце концов, зачем же тогда нужны друзья?

Каков ваш финансовый IQ?

Итак, как измеряется финансовый IQ человека? Измеряется ли он величиной его зарплаты, стоимостью его имущества, маркой его машины или размерами его дома?

Через несколько лет после случая с признанием Энди Муравья талантом, я спросил у своего богатого папы, что, по его мнению, означает понятие финансового IQ. Он ответил не задумываясь: «Финансовый интеллект не имеет отношения к тому, сколько денег ты делаешь, он касается только того, сколько денег у тебя остается и насколько активно эти деньги работают на тебя».

И все же со временем он уточнил свое определение финансового интеллекта. Однажды он сказал: «Ты можешь сказать, что твой финансовый интеллект возрастает, если, по мере того как ты становишься старше, за свои деньги ты покупаешь себе больше свободы, счастья, здоровья и возможности выбора в жизни». Затем он пояснил, что многие люди, становясь старше, делали больше денег, но за свои деньги могли купить себе только рабство – рабство в форме необходимости оплачивать все более крупные счета. Увеличение счетов означало, что человек должен был больше работать, чтобы их оплатить. По мнению богатого папы, в финансовом отношении это было неразумно. Кроме того, он объяснил, что видел много людей, которые делали много денег, но деньги не делали их счастливее. На его взгляд, в финансовом отношении это тоже было неразумно. «Зачем работать ради денег и быть несчастным? – сказал он. – Если тебе приходится работать за деньги, найди способ работать и быть счастливым. В этом и заключается финансовый интеллект».

Когда речь заходила о здоровье, он говорил: «Слишком много людей гнут спину за деньги и тем самым постепенно убивают себя. Зачем надрываться, жертвуя не только собственным умственным и физическим благополучием, но и благополучием своей семьи? В финансовом отношении это неразумно». Однажды он высказал следующую мысль: «Нет такой вещи, как внезапный инфаркт. Инфарктам и другим болезням, таким как рак, необходимо время для развития. Их причинами являются недостаток упражнений, некачественное питание и нехватка удовольствий в жизни на протяжении длительных периодов времени. Из этих трех факторов я считаю нехватку удовольствий первоочередной причиной инфарктов и болезней. Слишком много людей думают о работе больше, чем о том, как лучше повеселиться и насладиться великим даром жизни».

Когда речь заходила о возможности выбирать, он говорил следующее: «Я знаю, что салон самолета первого класса прибывает в аэропорт в то же самое время, что и салон экономического класса. Суть не в этом. Суть в следующем: есть ли у тебя возможность выбрать, каким классом лететь – первым или экономическим? У большинства пассажиров экономического класса возможности выбора нет». Мой богатый папа объяснял, что финансовый интеллект дает человеку больше возможностей для выбора в жизни. «Деньги – это сила, потому что они дают тебе больше возможностей выбирать». Но чем старше он становился, тем чаще принимался рассуждать о счастье. В самом конце своей жизни, когда денег у него было столько, сколько он никогда и не мечтал иметь, он снова и снова повторял: «Деньги не делают тебя счастливым. Никогда не думай, что будешь счастливым, когда станешь богатым. Если ты несчастлив в ту пору, когда выбираешься из нищеты, скорее всего, ты не станешь счастливым, когда разбогатеешь. Так что богат ты или беден, главное – постарайся быть счастливым».

Те из вас, кто прочитал другие мои книги, понимают, что мой богатый папа не измерял свой финансовый IQ традиционными финансовыми мерками. Другими словами, он никогда не ставил во главу угла вопросы о том, сколько денег он сделал, какова стоимость его имущества или размеры портфеля ценных бумаг. Если бы мне пришлось дать определение того, что принес ему финансовый интеллект, я бы сказал: «Свободу».

Он любил свободу работать или не работать и свободу выбирать, с кем работать. Он любил свободу покупать то, что хотел, не заботясь о цене. Он любил здоровье, счастье и возможности выбора, которые мог себе позволить, потому что был свободен. Он любил свободу и финансовую возможность заниматься благотворительностью и помогать тем, в кого верил. И вместо того чтобы жаловаться на политиков и чувствовать себя бессильным изменить систему, он заставлял их приходить к нему за советом (с надеждой на его взносы в их предвыборную кампанию). Он любил ощущать власть над ними. «Это они звонят мне, а не я им. Каждый политик нуждается в голосе бедного человека, но они не прислушиваются к бедному человеку. По сути, они не могут себе этого позволить. И это печально», – говорил он.

И все же больше всего он ценил свободное время, которое покупал на свои деньги. Он любил проводить время, наблюдая за тем, как растут его дети, работая над проектами, которые его интересовали, независимо от того, приносили они деньги или нет. Короче говоря, мой богатый папа измерял свой финансовый IQ скорее временем, чем деньгами. Последние годы его жизни были наиболее радостными, потому что он проводил большую часть времени раздавая деньги, а не стараясь накопить и удержать их. Казалось, что возможность стать филантропом доставляет ему такое же удовольствие, как когда-то возможность стать капиталистом. Он вел богатую, счастливую и щедрую жизнь. Что самое важное – его жизнь была безгранично свободной, и именно этим он измерял свой финансовый IQ.