Чародейка - Кейт Остин

мне было плевать, какой трусихой я выгляжу. Гордость смиренно уступила место чувству самосохранения.

Всё внутри меня буквально кричало о приближающейся опасности, поэтому я была готова убраться отсюда куда угодно и любым способом, даже если мне вновь придётся испытать боль от перемещения.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что прыжок забирает много силы и мне нужно время на восстановление.

— Сколько? — не унималась я.

— Не знаю. Скорее всего несколько часов. — Шейн немного помолчал, о чём-то раздумывая, а затем добавил: — Я буду тебе благодарен, если ты никому не расскажешь о том, что мы переместились именно таким способом.

— Не хочешь, чтобы узнали о твоём проколе? — хмыкнула я не удержавшись. Поделом ему, будет знать, как без согласия перемещать.

— Потому что межпространственные прыжки разрешены только магам Верховного Совета и стражам королевских семей. Ни тем, ни другим я не являюсь. А значит, по закону, я должен буду предстать перед судом.

— Тогда зачем ты вообще прыгнул? — ошалела я.

— Ты не оставила мне выбора. — Я не видела лица мужчины, но мне показалось, что произнося эту фразу он улыбнулся.

— Это ты не оставил мне выбора, — возмутилась я. — Притащил сюда против моей воли. У нас, знаешь ли, за похищения тоже судят.

Послышался негромкий, но отчётливый смешок.

— Ах тебе ещё и смешно? — Я чувствовала, что начинаю закипать.

Нет, у этого парня определённо талант бесить меня! Мало того что он позволяет себе распоряжаться моей жизнью, так это его ещё и забавляет.

— Нужно было просто оставить меня в покое, и никаких перемещений совершать бы не пришлось. А знаешь вообще что? Плевать! Я поступлю в вашу никчёмную шарагу, завалю экзамены, и вот когда меня отчислят, посмотрим, кто будет смеяться последним.

Шейн некоторое время безмолвно шагал вперёд, я семенила следом и злобно пыхтела, посчитав, что тот решил оставить мою реплику без внимания и ничего не отвечать. Однако вскоре парень тихо спросил:

— Так ты правда ничего не знаешь об Академии Магических и Боевых Искусств?

— Не знаю что? — тут же насторожилась я.

— Как бы тебе помягче сказать, — задумчиво начал колдун. — Скажем так: там не принято заваливать экзамены, тем более уж доводить всё до отчисления.

Я хотела усмехнуться и сказать, что готова ломать стереотипы, но парень, будто почувствовав мой настрой, поспешно добавил:

— Дело в том, что академия дорожит своими секретами, которыми делится со студентами. К тому же полученные знания не должны применяться против Королевства Мальфгарда. Именно поэтому владеть тайнами имеют право только выпускники академии. Все, кто попадает под отчисление, проходят процедуру чистки. Им стирают из памяти все воспоминания о занятиях, а зачастую и о всём проведённом времени в академии. Выбирать и отбирать воспоминания одно от другого жутко долго, утомительно и энергозатратно. Поэтому чаще всего они предпочитают не церемониться. Случается и так, что студенты теряют память полностью или и вовсе утрачивают связь с реальностью. Результат никогда не может быть предсказуемым на сто процентов.

Повисла тяжёлая тишина.

Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать. Я встала как вкопанная и часто заморгала. Перед глазами всё поплыло. Осознание услышанного приходило медленно и сокрушительно. Получается, мне оставалось либо прилежно учиться и жить там, где совсем не хочется, либо заработать амнезию, или того хуже, тронуться умом.

Прекрасно.

— Отец знал об этом? — Мой голос прозвучал тихо и хрипло, что я не сразу его узнала. — Виктор знал об этом, когда отправлял меня в академию? — повторила я уже громче. — Знал, что не оставляет мне выбора?

Шейн похоже только теперь заметил, что я больше не иду за ним, а стою на месте, и тоже остановился. Он смотрел на меня, поджав губы. Смотрел и молчал.

— Да, знал, — наконец произнёс он.

— Ненавижу… — прошептала я, сжав кулаки. Солоноватый ком подошёл к горлу, и я закусила нижнюю губу, чтобы не разрыдаться от обиды и отчаянья. — Ненавижу вас обоих! — со злостью выкрикнула я. — Почему просто нельзя было оставить меня в покое⁈

— Не мне об этом рассказывать. Скажу лишь, что у твоего отца были на то причины.

— Ну конечно же были! — Я презрительно фыркнула. — Виктор Блэквуд ничего не делает просто так. У него всегда есть причины, и только он знает, как будет лучше.

Обида и злость пожирали меня изнутри, а потом я вдруг поняла. Всё, что мне нужно, так это просто не попасть в академию. Если не начну учиться там, копаться в моих мозгах не будет надобности.

И я побежала.

Просто взяла и ломанулась со всех ног в обратную сторону от мага.

Да, глупо. Да, безрассудно. Пусть я и понятия не имела, где нахожусь и как отсюда выбираться, наплевать. Главное не дать ему отправить меня в это сомнительное заведение. А там уж что-нибудь придумаю. Буду решать проблемы по мере их поступления.

— Нет, ты это серьёзно? — донёсся сзади голос Шейна. — Давай не будем тратить время на бессмысленные догонялки, — крикнул он мне вслед.

Бежать по воде было неудобно, особенно по иловатым и тинистым местам. Но останавливаться я и не думала.

— Ладно, будь по-твоему, — прорычал парень. Я невольно обернулась, но по закону подлости именно в этот момент нога угодила в поваленный камыш, и я плюхнулась в грязную воду. В ту же секунду чьи-то сильные руки схватили меня за плечи и, словно тряпичную куклу, с лёгкостью поставили на ноги.

— Ну и к чему этот цирк? — послышался голос Шейна, но уже не далеко позади, а прямо за спиной. В следующее мгновение меня с неистовой силой дёрнули в сторону и прижали спиной к ближайшему валуну.

— Совсем обалдел? — сквозь зубы прорычала я и ударила ладонями парня в грудь, надеясь высвободиться. Но тот даже не колыхнулся. С таким же успехом я могла толкать валун. Сколько же силищи в этом гаде?

— Тише, — негромко произнёс парень и, перехватив мои ладони своими руками, прижал их к камню.

Я была мокрой, запыхавшейся и чертовски злой. Невозможность пошевелиться бесила ещё сильнее, поэтому я намеревалась высказать абсолютно всё, что думаю насчёт этого несусветного хама, но тот снова опередил меня.

— Пожалуйста, не шуми, — повторил он шёпотом. И всё бы ничего, но он настороженно смотрел куда-то за валун. Из-за своего положения увидеть я ничего не могла, и страх липкими лапками начал забираться ко мне в душу.

Казалось воздух, вода, камень — всё стало прохладнее. Неприятные мурашки поползли по спине, и я почувствовала чьё-то присутствие.

Нет, я ещё никого не видела, но уже знала: кроме нас здесь есть кто-то ещё.