Близкие враги - Владимир Михайлович Мясоедов

находился он точно внутри, видимо подготавливая путь для предстоящей телепортации ударных групп через наиболее удобное для него измерение. Ну а контролем и распределением поступающих отрядов занимались те из учеников древнего волхва, которые не были привлечены к более важной работе.

— Всего сорок пять бойцов?! Проклятье! Дьявол! Проклятье! Коробейников, какого черта?! — Набросился на Олега с руганью, проклятиями и едва ли не с кулаками полузнакомый волхв, которого чародей видел еще в Стяжинске когда служил там скромным целителем второго ранга. Отиравшийся вблизи архимагистра жрец четвертого ранга, на полставки подрабатывающий на штабной должности, выглядел всклокоченным, нервным, основательно усталым и малость дымящимся. Впрочем, танцующее по полам его мантии язычки пламени вполне могло являться то ли декоративной функцией одежды пироманта, то ли усиливающим элементом одежды мага огня. А вот чадящий подобно огарку дешевой свечи клок волос, вздыбившийся из прически в районе макушки, определенно являлся следствием какой-то ошибки или досадной случайности, на которую пока просто не обращали внимания. — У тебя же должно быть только на «Тигрице» две с половиной сотни бойцов! И еще по пятьдесят человек на вспомогательных кораблях! Где остальные?! Тащи их сюда немедленно!

— И хотел бы, да не смогу. Какие еще две с половиной сотни бойцов на «Тигрице»?! Откуда еще по пятьдесят на каждом судне?! У меня же не дредноут с парой крейсеров сопровождения! Штурмовиков-абордажников по штату в экипаже «Тигрицы» — всего сто, и половина их лежит пластом после того, как мы два раза подряд участвовали в трындец каких серьезных переделках! — Отбрил его наезд Олег, который вообще-то действительно мог взять в бой и куда большие силы...Но не взял. Ограничился лишь теми, кто действительно был в полном порядке и действительно мог хорошо сражаться врукопашную на палубах вражеских летательных аппаратов...А еще не имел в «Буряном» родственников или собственности, которую было бы жалко потерять. Иными словами для настолько рискованной миссии чародей взял тех, кто в случае их разгрома и своего выживания лишь пожал бы плечами, помянул бывшего нанимателя добрым словом, да и пошел искать себе новые источники заработка и новое место для жизни. Кадры же, связанные с семьей Олега и его друзьями куда теснее, остались на борту, ибо в самом худшем случае развития событий они должны были остаться при Анжеле и их детях, став гарантом выживания и процветания маленького сибирского поселения.

Новый залп вражеской артиллерии на несколько секунд заглушил грохотом взрывов все звуки на парящем линкоре архимагистра, ибо сейчас значительная часть осман стреляли именно в него. Или же в тянущиеся со всех кораблей к одному и тому же судну ручейки элитных бойцов, которые пусть и поголовно умели летать, а также были оснащены мощными защитными амулетами, но в данный момент времени не находились под стационарными барьерами немалой прочности и потому были особенно уязвимы. А еще противники, скорее всего, не ожидали от флагмана и его обитателей ничего хорошего и всяческим их планам пытались помешать. Не исключено даже, что они уже догадались, зачем русские могут собирать в одном месте столько высококачественной живой силы.

— У тебя по спискам две с половиной сотни одаренных второго ранга и выше или бойцов, не уступающих им! — Продолжал стоять на своем волхв, пламя на мантии которого потихоньку угасало...А вот макушка разгоралась все сильнее, однако же совершенно незаметно для хозяина тлеющих волос. — Да ты у меня под трибунал пойдешь, если они уже через пять минут здесь не окажутся!

— Можешь запихнуть эти списки в задницу тому, кто составил по моему отряду настолько дрянную статистику. Я, по-твоему, должен тащить в абордажную свалку лишь кое-как выжившие после штурма аж целого мать его столично-правительственного дворца полутрупы, связисток, артиллеристов, техномагов, медиков, автоматронов обслуги и палубную команду, оставив на борту только крыс и тараканов из кладовки с провиантом?! — Никаких тараканов и крыс на борту «Тигрицы» и сопровождающих её самоделок конечно же не было, однако для красивого словца их можно было и приплести. Тем более на других летучих кораблях, особенно мобилизованных грузовозах, санитарная ситуация нередко оставляла желать лучшего. — Можешь собирать трибунал, меня оправдают. Но помни! Всякое действие имеет последствия!

— Пугать меня вздумал, сопляк? — Даже удивился подобному обороту волхв, оценивающе разглядывая Олега и подбираясь словно кот перед броском. Или дракой с таким же котом, только конкурентом. Пусть капитан «Тигрицы» уступал этому одаренному в возрасте и опыте, однако кое-какой репутацией он уже обладал. И потому даже очень могущественные по любым меркам волшебники теперь не стали бы ссориться с ним без весомой причины. Даже магистры могли видеть потенциальную угрозу для своей вечной и наполненной удовольствиями жизни в том, кто богат, по слухам имеет в рукаве очень даже серьезные козыри, выживает там где не должен и располагает маленькой армией преданных головорезов. Не очень большую, так бы обычный человек опасался маленького скорпиона или крохотной змейки. Вот только яд подобных созданий унес жизни многих людей и в сотни раз большему их количеству причинил немало мучений.

— Предупреждаю, — с достоинством парировал Олег, пытаясь вспомнить законы, которые регулировали бы подобные ситуации. Однако из глубин памяти лезли почему-то упорно правила проведения дуэлей с вышестоящими офицерами, если конфликт происходит за пределами страны и в военное время. Во время боя схватки проводить было все-таки нельзя, но вот сразу после — с разрешения командования. Или даже без него, но тогда уже после завершения боевых действий и возвращения на территорию государства. — Ты можешь требовать от меня телепортировать в бой на вражескую палубу весь экипаж «Тигрицы» лишь в том случае, если пойдешь в атаку сам, и ученики архимагистра составят нам компанию вместе со своими телохранителями, учениками, слугами, поварами и кухарками.

— Я доведу твои слова до учителя, — буркнул волхв отворачиваясь от Олега. От резкого движения пламя на его макушке резко усилилось и расширилось, образовав своими лепестками практически настоящую корону.

— Твое право, — чародей и без того был уверен, что этот жрец языческих богов нажалуется Савве. — И позволь дать тебе напоследок маленький необязательный совет, которому ты можешь следовать, а может и не следовать...Пока тебе не понадобился парик, голову-то потуши...

— Твою мать! — Не сдержался волхв, только сейчас обнаруживший у себя в волосах настоящий пожар. Самочувствию его пламя, по всей видимости, абсолютно не вредило, однако потушить пылающую шевелюру оказалось очень даже непросто. Могущественному одаренному для этого одной лишь силы мысли не хватило, как и попыток прихлопать волосы руками, с натугой втягивающими в себе