Последний оплот - Антон Русич

роя. Подобное радикальное решение было единственной возможностью нанести десанту чувствительный урон и хоть как-то замедлить продвижение захватчиков.

Алею я узнал с трудом. Черные перекрученные, исковерканные деревья, напоминали скелеты фантастических чудовищ и казалось, шептали со всех сторон:

— Где ты был Леша!!!

— Почему ты не пришел раньше?

— Видишь под ногами белеют детские кости, у них был шанс! Но ты опоздал!!!

Зажимая руками уши, я рванулся по дорожке раскидывая ботинками ПБСа комья липкой грязи. Двести метров дались тяжело, ненавистный шепот проникал в самую душу, лишая сил и приносил практически физическую боль, вбивая каждое слово в мозг словно гвозди в крышку моего гроба.

Вырвавшись из аллеи, я увидел наш дом. Двухэтажный барак из красного кирпича еще царской постройки устоял. Лишился крыши и зиял дырами на месте вырванных стеклопакетов, но не обрушился, погребая под собой жителей. Подъездную дверь, сваренную Колькой Никифоровым по просьбе тети Шуры, скрутило в трубочку. Толстая сталь не выдержала запредельных температур.

Аккуратно ступая, подымаюсь по бетонным ступеням. Под ботинками хрустит облицовочная плитка и вездесущие кости. Стараюсь не смотреть под ноги, но все равно упираюсь взглядом в белеющий на площадке второго этажа детский череп в непонятно как уцелевшей капитанской бескозырке так любимой соседским Сережкой.

В голове вновь раздается шепот:

— Дядя Леша за что?

В мой душе разворачиваю крылья тоска и совесть. Словно черные вороны они набрасываются на ошметки моей души. Стиснув зубы до хруста, иду дальше, осторожно минуя площадку. Третий этаж, знакомая дверь на распашку. Срываюсь с места не понятно, на что надеясь. Влетаю в зал и падаю на колени. Кричать нет сил. Грудь сжали тиски тоски и боли. Замерев, смотрю на отпечатавшийся на светлых обоях негатив, оставленный от людей выбросом жесткого излучения. Словно черно-белое фото, на котором женщина укрывает собой мальчишку. Сквозь сковавший тело спазм прорывается сиплы хрип…

Резко сев на кровати, все еще хриплю в тщетных попытках вдохнуть и смахнуть застывшую перед глазами картинку очередного кошмара. Рядом заворочались во сне девушки, потревоженные мной. Аккуратно сполз с кровати, стараясь не разбудить их неловким движением. Невольно задержал взгляд, картина радовала глаз. Жгучая брюнетка Кетана с кокетливыми кошачьими ушками и идеальными формами, мечта японских озабоченных школьников и огненно-рыжая Лиска с фигурой инструктора по Pole dance и пышным рыжим хвостом выглядывающем из-под сбившейся простони, этой ночью пытались помочь мне забыть навалившееся горе. И если начало романтического ужина, устроенного девчонками и плавно перетекшего в попойку с грязными танцами я помнил отчетливо, то вот картины происходящего ночью были отрывочными и не очень четкими. Но не беда при желании нейросеть воспроизведет все происходившие и утраченное в алкогольном угаре. Еще раз окинув взглядом обтянутые тонкой простыней соблазнительные женские изгибы, одернул заворочавшегося внутри самца и потопал в санузел.

Попытка заказать кофе пищевому синтезатору провалилась и я выругался. За годы, проведенные в содружестве, настолько привык к высокотехнологичным бытовым мелочам, что сейчас на земле их отсутствие вызывало легкое раздражение. Ткнув на кухне чайник, потопал босыми пятками в душ. Встав под тугие горячие струи, облегченно вздохнул и закрыл глаза. Тяжелое похмелье накладывалось на камень вновь вынырнувшего из глубины души горя. Сжав зубы, попытался прогнать тяжелые мысли и отвлечься. Зацепился за настойчиво мигающею в правом верхнем углу обзора глифу и она услужливо развернулась сообщением нейросети:

Зафиксировано токсическое отравление организма носителя!

Произвести очистку организма?

«ДА» «НЕТ»

Не задумываясь жму да.

— Мляяяяяяяяяяяяяя!!! — выдавливаю из себя сквозь рвотные спазмы.

После очистки моей тушки от продуктов полураспада этиловых спиртов пришлось не только усиленно тереться вехоткой, но и приводить в порядок душевую кабину.

Замотавшись в махровый халат, вышел на кухню. Девчонки были уже тут. Кетана уплетала полюбившиеся ей булочки с маком, а Лиска готовила кофе.

— Доброе утро Леша — пробурчала Кетана с набитым ртом на русском с небольшим акцентом.

Ее голосовые связки еще не привыкли к звукам русского языка, но девушка быстро училась и с каждым разом говорила все лучше.

— Тебе кофе с молоком? — спросила Лиска.

— Да и одну ложку сахара — ответил я, усаживаясь за стол и хватая бутерброд с тарелки.

Как же я скучал по обычной земной еде. Усиленно работая челюстями, я наблюдал за девушками. Обе пытались делать вид, что в произошедшем, между нами ночью, нет ничего необычного, но все же чувствовалась неловкость ситуации. По крайней мере Кетана точно была не в своей тарелки. Наши отношения проходили стадию притирания. В матриархате женщины доминировали в отношениях полов и это вызывало определенные трудности. Я безжалостно пресекал ее попытки подливать в голос приказные интонации и это иногда вызывало у моей доене культурный шок. Сегодняшняя же ночь окончательно рвала шаблон. Нет сплотки довольно либеральны в сексе и провести ночь с несколькими партнерами не считается у них выходящим за грани приличия, но эти партнеры мужчины. И то, что случилось выбило мою доене из колеи, ее попытки осознать свое место в мире явственно читались сквозь слегка наигранную улыбку.

Лиску же откровенно забавляла ситуация и душевные терзания воительницы. Гордая глава боевого клана ночью была поставлена в неудобную позу в прямом и переносном смысле. Рыжая сыграла тут не последнюю роль и сейчас украдкой наблюдала за Кетаной с довольно хитрой ухмылкой.

Дожевав последний бутерброд и отхлебнув горячий кофе, я спросил:

— Как там Владимир Владимирович?

— Нормально. Нейросеть встала штатно — ответила Лиска, грея ладошки о бока пузатой чашки с горячим чаем — сейчас заканчивает изучение первого пакета баз знаний под медикаментозным разгоном и параллельно проходит процедуру омоложения.

— А ласты не склеит? — спросил я — Ведь немолод уже для подобных нагрузок.

Владея медицинскими базами широкой номенклатуры, я прекрасно знал, что подобные медикаментозные и интеллектуальные нагрузки опасны. Нет регенератор не даст организму погибнуть, но вот мозг может не справиться с нагрузками. И получим мы вместо президента остатков человечества, помолодевшего лет до тридцати овоща.

— Да предупреждали мы с Сашкой его о возможных последствиях — фыркнула рыжая помощница — но этот вредный старикашка уперся как Нурский Култ и твердит одно и тоже: «Нет у меня времени по больничкам валяться и пилюли кушать»!

Я ухмыльнулся.