Если не хочешь умереть, или Экстрим и физика. Свиньи тоже любят - Елена Медведева

Зоя с Максимом с балкона наблюдают за организованной на веранде дискотекой. Танцуют только двое – охранник и официантка.

Неожиданно над верандой возникает голографическое изображение полуобнаженной танцовщицы, исполняющей танец живота. Женщина протягивает в сторону балкона извивающиеся руки, они отрываются от тела, превращаясь в светящихся крылатых змей. Максим со смехом обнимает Зою за талию и увлекает в комнату. Змеи приближаются к балкону. Максим задергивает шторы…

День третий. Москва

Нагруженная сумками Лариса идет к дому в сопровождении стайки бездомных кошек. Учуяв в одном из пакетов корм, зверьки голодно мяукают, цепляя когтями дно пакета.

– Без хозяина вы совсем обнаглели! Имейте терпение! – Открывая дверь, Лариса пытается отбросить кошек ногой, однако, троим удается проскользнуть в щель. Голубая мохнатка и рыжая полосатка бегут за женщиной на кухню, а черный кот, крадучись, пробирается в гостиную. Лариса разгружает сумки, сыплет в миски вкусные подушечки. Из гостиной доносится душераздирающий крик – так кричит смертельно напуганная или раненая птица. Женщина врывается в комнату, бросается к пустой клетке, задирает голову, осматривая карнизы и шторы.

– Арнольдик! Где ты?

Крик раздается вновь и исходит откуда-то снизу. Лариса нагибается. Попугай сидит под столом, взъерошив перья, и шипит, как змея. В готовности сделать смертоносный прыжок напротив него затаился огромный черный кот. Лариса хватает кота за хвост и, отшвырнув в сторону, пытается аккуратно взять птицу на руки. Ошалевший от страха попугай впивается мощным клювом в палец. Женщина вскрикивает от боли, но, не выпуская птицу из рук, сажает ее в клетку. Попугай не сразу приходит в себя и продолжает держать палец в клюве. Из пальца сочится кровь.

– Арнольдик, все хорошо, все хорошо, – превозмогая боль, бормочет Лариса. Наконец, попугай осознает, что находится в безопасности, и вскакивает на жердь. Лариса в ужасе разглядывает окровавленный палец. Был бы Петя дома, доврачебная помощь не заставила бы себя ждать. Он бы обработал ранку, налил бы ей рюмочку, успокоил… Она с трудом забинтовала палец и взяла мобильный.

– Алло, Петя? У меня все в порядке, если не считать, что поранила палец. Да, я обязательно схожу ко врачу. Ну, как проходит конференция?

– Все отлично. Только конференцией это вряд ли назовешь, скорее игра в экстрим. Иван Аркадьевич решил подвергнуть проверке наши остаточные школьные и вузовские знания. Сам он выступает в роли старца Фура в форте Баярд или ведущего передачи «Что? Где? Когда?»

– Надеюсь, что ты на высоте?

– Как всегда.

– А Зоя?

– Что Зоя? Зоя, как выяснилось, напрочь забыла законы механики и химию, за что и пострадала… Нет, все нормально. Кстати, на нее положил глаз один молодой кадр, так что не ревнуй меня, старушка.

– Неужели она…

– Ну, как тебе сказать… дело молодое… южное небо, цикады, мачо, дискотека… А я уже скучаю по тебе. Надеюсь, ты блюдешь себя?.. Извини, неудачная шутка. Я тебя целую.

– Я тоже. Возвращайся скорей.

Вечер на острове

В закатных лучах солнца застыли пышные кроны кленов, верхушки гигантских кипарисов растворились в вечерней мгле. Цикады встречают надвигающуюся ночь неистовым хором. Гости собрались в столовой за ужином.

– Ну, Иван Аркадьвич, какие испытания ждут нас сегодня? – иронически улыбаясь, спросил Петр. – Лично я зверски проголодался и предпочел бы просто съесть хороший кусок свининки и поскучать. Однако, благодаря вам, приходится держать серое вещество в постоянном напряге.

– Вы, Петр Васильевич, очень напоминаете мне петуха.

И чем же, позвольте поинтересоваться, я так на него похож? – Петр машинально пригладил взъерошенный чуб.

– Не вашим гребнем, нет – вашей линией поведения. Вы бы поинтересовались у опытного педагога, я имею в виду Милентину, каковы реальные познания многих студентов в точных науках.

– Не далее, как на прошлой неделе ко мне подскочил в коридоре один незнакомый парень и протянул букет роз, поздравив не то с прошедшим, не то с будущим днем учителя. «Милентина Ивановна, я слышал, что вы занимаетесь разведением породистых животных. Мама обожает кошек, и я их люблю. У вас есть кто-нибудь на продажу? Заплачу по максимуму. Говорят, что котята породы мэйн-кун сейчас стоят сорок пять тысяч». Я разомлела и начала рассказывать, какого замечательного кошачка произвел мой кот, хотя он и другой породы, а потом вдруг сообразила: не спроста этот студиозус интересуется кошарами. «Откуда у тебя такая информация обо мне?» – «Я ваш студент». – «Всех своих студентов знаю в лицо, но тебя вижу впервые. Наверное, задолжник? «– «Осталось сдать всего две контрольные, если не сдам – отчислят, а у меня мама инвалид, любое волнение может привести к летальному исходу. Жаль, что вы продали котенка, но из следующего помета мы обязательно купим». «Ну, ладно, бери направление в деканате на мое имя. Но сначала повернись вокруг своей оси и напиши формулу из трех букв, которая описывает это движение. Всего лишь из трех букв! Однако без этой формулы нельзя сконструировать ни одну машину».

– Я могу продолжить, – перебил Милентину Серов, – этому халявщику было знакомо только одно слово из трех букв – то, которое пишут на заборе. Но наш уважаемый Петр Васильевич хочет, чтобы будущие абитуриенты зазубривали без всякого понимания сотни формул, хотя по предыдущему опыту они знают, что все равно получат аттестат. Их надо учить не зубрежке, а логическому мышлению. Но вас, Петр, завораживает цель, и вы идете к ней напролом по прямой.

– Задача любого начальника видеть конечную цель, не вникая в детали, – возразил Петр.

– Однако прямая линия может парализовать даже петуха. – Сказав это, Иван Аркадьевич вышел из комнаты и через минуту вернулся, держа подмышкой цветастого откормленного петуха с могучим гребнем и пышным хвостом. Поставив птицу на темный полированный столик, Серов прижал ее носом к столешнице, после чего провел мелом жирную черту от клюва по прямому направлению. Как только длина линии достигла 50-и сантиметров, он отпустил петуха и отошел в сторону. В течение довольно продолжительного времени загипнотизированный петух сохранял прежнюю позу – выпяченный зад и прижатая к столу голова. Но вот отведенный в сторону гребень упал на глаз, петух встрепенулся и громко закричал: ку-ка-ре-ку-у.

– И что вы хотите этим сказать? – лицо Петра приобрело окраску петушиного гребня.

– Просто хотел напомнить вам известную истину: чем больше затрат на инновационный проект, тем меньше шансов, что автор выйдет из состояния гипноза и оценит реальные последствия. Но не буду утомлять собравшихся затянувшимся спором. Сегодня повар решил побаловать нас китайской кухней.

– Очень кстати, – заметила Милентина. – После того, как я насмотрелась на бедного петуха, я скорее проглочу какого-нибудь червяка, чем съем кусок курятины.

За столом воцарилась непривычная тишина. От скрежета вилок о фарфоровые тарелки, Милентине стало не по себе.

– Иван Аркадьевич, почему вы умолкли? Мне становится скучно.

– В таком случае подойдите к окну.

Милентина отдернула штору. Было восемь часов вечера. Над морем стоял сильный туман. Рассекаемый темно-лиловыми перистыми облаками диск заходящего солнца казался неровным.

– Что это?! – вдруг вскрикнула Милентина.

Все бросились к окну. Над солнечным диском поднимался огненный столб, более яркий в верхней его части. Вторая светящаяся полоса пересекала диск по горизонтали, так что казалось, что солнце находится в центре огненного креста. Все явление длилось минут пятнадцать.

– Это не НЛО, – усмехнулся Серов. – Светящиеся столбы и кресты появляются довольно часто в результате преломления и отражения света в ледяных кристалликах облаков верхнего яруса. Но занятые своими делами люди редко смотрят на солнце и не замечают это интересное явление. Другие принимают игру световых лучей за вторжение неопознанных летательных объектов. На закуску я приготовил еще один эксперимент. Однако опасаюсь, что на этот раз световые лучи могут сыграть над нами злую шутку. И все же рискнем. После десерта прошу всех зайти в соседнюю комнату, но не раньше, чем через десять минут после того, как я уйду.

– 10 минут прошли, – сообщил Максим, допивая поданный на десерт коктейль.

Все встали и направились в смежную маленькую залу. В противоположном конце комнаты стоял отгороженный перекладиной с табличкой «Вход воспрещен» треножный столик. На блюде лежала отрезанная человеческая голова. При появлении зрителей голова подмигнула Зое, после чего устремила неподвижный взгляд куда-то вдаль. Мелкая дрожь пробежала по телу женщины.

– Господи, спаси и сохрани, – Зоя быстро перекрестилась. – Неужели это и впрямь что-то вроде головы профессора Доуэля?

– Нет, это голова академика Серова, живая голова, – констатировала Милентина. – Иван Аркадьевич! Ну, скажите хоть что-нибудь!