Трижды одинокий мужчина - Ольга Баскова

– Откуда вы знаете, в каких условиях он живет? – лукаво спросила Зорина.

– О, меня просветила на этот счет мать Марины, – академик взял салфетку. – Старушка была не против рабочего класса, однако отсутствие у жениха жилплощади ее сильно удручало, – Игнат Вадимович растянул в улыбке тонкие губы. – Помню, будущий муж вешал лапшу насчет кооперативной квартиры и вроде бы приобрел ее после исчезновения Марины, но адреса у меня нет. Узнать бы, на какие шиши. Впрочем, это по вашей части, – он дотронулся до локтя девушки. – Как я понял, вы сегодня навестите этого уже немолодого человека. А со мной-то поработаете?

– С удовольствием, – журналистка отодвинула пустую чашку и включила диктофон. – Рассказывайте все по порядку, начиная с детства.

Глава 6

Записав беседу с академиком на диктофон, Зорина села в машину и отправилась на Тополиную. Само название этой улочки предполагало ее размещение на окраине города или в частном секторе Центра. Девушка решила начать с окраины, зная, что именно район Объездной кишит Абрикосовыми, Кленовыми и Персиковыми. Расчет оказался верен. Тополиная почти вплотную подходила к дороге. Отыскать нужный дом не составило труда. Теперь оставалось надеяться, что его нынешние жильцы помогут найти Костырю.

– Здравствуйте, – обратилась она к невысокому мужчине лет шестидесяти пяти, одетому в черную телогрейку и самозабвенно рубившему дрова возле забора. – Вы давно здесь живете?

Хозяин недружелюбно поглядел на незваную гостью:

– А вам какое дело? Вы, собственно, кто такая?

– Мне нужен Василий Костыря.

– Зачем?

– Я хочу поговорить с ним об одной его старой знакомой.

– О какой?

Под градом вполне правомерных вопросов девушка растерялась:

– Если вы не Василий, ее имя вам ничего не скажет.

– Но я должен знать, кто вы такая, – в глазах мужичонки засветился интерес, и Катя облегченно вздохнула: это наверняка и есть сам бывший жених Викторовой. Крохи сомнений рассеяла вышедшая к ним полная женщина:

– Вася, тебя к телефону.

– Ваша фамилия Костыря? – обратилась к ней журналистка.

– Да, а в чем дело?

– Поговори с ней, – напутствовал Василий жену. – Узнай, чего она хочет, – он открыл калитку и направился в дом. Женщина недоуменно уставилась на Катю.

– Меня зовут Екатерина Зорина, – представилась девушка. – Если вы смотрите местные каналы...

Губы хозяйки дрогнули:

– То-то мне знакомо ваше лицо... Но, простите, зачем вам понадобился муж?

– Сейчас я пишу очередную книгу, – пояснила журналистка. – Вы что-нибудь слышали об академике Хомутове?

Никакой реакции! Лицо женщины оставалось спокойным.

– Не скажу, что много. Так, в общих чертах.

– Муж не рассказывал, что хотел в свое время жениться на одной из аспиранток академика?

– На Марине? – хозяйка улыбнулась. – Представьте себе, я ее тоже видела и даже разговаривала с ней. Мы с Васей с детства живем по соседству, – она хихикнула. – Как складно у меня вышло! Это Васин дом, а вон тот, – женщина показала на соседний, – мой. Когда Марина исчезла, Костыря женился на мне. Мы живем вместе уже сорок лет. Кстати, я не представилась. Наталья Ивановна. Да вы проходите. К нам не каждый день заглядывают такие люди.

По вымощенной булыжником дорожке они прошли в маленькую прихожую ветхого домика, давно мечтающего о хорошем ремонте. Как бы прочитав мысли гостьи, Наталья Костыря виновато развела руками:

– Извините. У нас не евроремонт. Когда-то мы приобрели квартиру почти в Центре, да потом отдали ее дочери. Она одна растит двоих сыновей, и мы, естественно, до сих пор ей помогаем, – она словно желала оправдаться. Катя дотронулась до ее плеча:

– Правильно делаете.

– А мне с Костырей и здесь хорошо, – Наталья Ивановна сняла туфли и прошла в гостиную, поманив за собой Катю. – Вася, ты закончил разговаривать?

– А что?

– Если да, то принимай гостью. Сама Екатерина Зорина к нам пожаловала.

Это известие не вызвало у него никаких эмоций, однако из спальни он все-таки вышел:

– И что ей надо?

– Информация о Марине Викторовой.

Крепкий мужчина смертельно побледнел:

– Зачем? Это дела давно минувших дней... – он пытался справиться с испугом, вероятно, боясь, что Катя заметила его.

– Я пишу книгу о Хомутове, – пояснила она.

– И он порекомендовал обратиться ко мне?

– Игнат Вадимович хочет, чтобы произведение получилось интересным, – Зорина не сводила с него глаз. – Вы ведь не будете отрицать, что с вашей бывшей невестой и ее коллегой произошел из ряда вон выходящий случай?

Кажется, хозяин начал успокаиваться.

– Что же конкретно вы хотите узнать?

– Ваше мнение о ней.

К Костыре стал возвращаться румянец.

– Садитесь, – он указал ей на кресло. – Наталья, сообрази нам чего-нибудь.

Жена кивнула и послушно ушла на кухню. Василий Лукич взъерошил курчавые волосы:

– С Мариной мы познакомились на танцах в Доме культуры. Знаете, сколько раз из меня вытягивали это признание? Как будто рабочий человек не имеет права полюбить девушку другой социальной принадлежности, – он достал папиросу. – Можно?

– Конечно, – разрешила Зорина.

– Я не собирался туда идти, – продолжал Костыря. – Меня затащил друг, студент медицинского института. Когда-то он проживал со мной по соседству, а потом его родители получили квартиру в другом районе. Вот он меня и заманил. Там я увидел девушку, привлекшую мое внимание, подошел к ней, пригласил на медленный танец. Мы разговорились, потом я отправился ее провожать, – он улыбнулся, – попросил номер телефона, она дала. Помню, я был на седьмом небе от счастья. Будьте уверены, я позвонил ей на следующий же день, назначив свидание. Она пришла, – хозяин сделал паузу и глубоко затянулся, – мы гуляли с ней по городу и говорили, говорили, говорили... Нам было интересно друг с другом... Потом еще и еще встречи... Вскоре я понял, что люблю ее, и сказал об этом.

– Как же отнеслась к вашему признанию Викторова?

Василий подмигнул ей:

– Представьте себе, обрадовалась. Мы стали видеться каждый день. После трехмесячного знакомства я решился сделать предложение. И она его приняла.

Катя напряженно слушала, стараясь не пропустить ни слова. Разумеется, в жизни бывают чудеса. Принцы влюбляются в Золушек, а принцессы – в Тарзанов не только в сказках. Богатые, красивые и знаменитые не перестают поражать общество своими выходками, скажем, неизвестно откуда взявшимися вторыми половинами. Все зависит от того, что человеку нужно. Вполне возможно, перспективному молодому ученому Марине Викторовой в тридцать лет захотелось крепкой семьи и мужа, который смотрел бы ей в рот. Вполне возможно, что именно такую кандидатуру она увидела в неизвестно откуда взявшемся деревенском полуграмотном пареньке Василии Костыре. Если так, то концы с концами вроде бы сошлись, однако... Это «однако» и тревожило журналистку. В поведении сидящего рядом человека, в напыщенных, каких-то надуманных, книжных фразах, в выражении лица Зорина не нашла ничего, что сказало бы ей о его большой любви к бывшей невесте. Следовательно, ее и не было. Как же, в таком случае, ему удалось зацепить такую девушку? Или он более умело рисовался?

– В желании стать моей женой, – хвастливо разглагольствовал Костыря, – Марина шла против воли матери. Старушка меня не любила. Еще бы! Она хотела для своей дочери академика, а тут – простой шоферюга.

– И вам не удалось ее смягчить?

Он засмеялся:

– Кажется, удалось. Заявил ей о приобретении кооперативной квартиры в Центре.

– Как же вы собирались ее приобрести? – Катя сделала удивленное лицо. – Тогда это могли позволить себе только очень обеспеченные люди.

– Тогда, – сделал ударение на слове собеседник, – государство заботилось о своих гражданах. Это – во-первых. Во-вторых, я зарабатывал побольше Марины. В-третьих, по наследству от отца мне достался старый «Запорожец». На нем я стал заниматься извозом. Вот так наскреб на первый взнос, – выражение его лица смягчилось. – Есть еще и в-четвертых. Мне хотелось доказать, что я тоже что-то да значу. Вы меня понимаете?

Катя кивнула:

– Известие об исчезновении Марины стало для вас шоком?

Он отвернулся.

– А вы как думали? Скажите, нам обязательно говорить об этом? Я бы не хотел ничего вспоминать, – Костыря избегал встречаться с ней глазами. – Если это все... Вы, кажется, еще хотели посетить семью Кирилла Панина, коллеги Марины, который пропал вместе с ней.

Зорина изумилась. Ни о чем подобном она не говорила. Ее вежливо выпроваживали за дверь.

– Поспешите – и успеете подъехать до наступления темноты, – Василий Лукич встал со стула, делая знак вошедшей с подносом жене, – не суетись. Наша гостья уже уходит.

– Так быстро? – на лице женщины читалось разочарование. – А я вареников наделала.

– В следующий раз.

Хозяин взял девушку за локоть и торопливо повел по вымощенной булыжником дорожке, объясняя, как найти нужный дом.