Академия Алых песков. Проклятье ректора - Мамлеева Наталья

Когда к нам подошел магистр Эйр Хан, я задержала дыхание. Вот кому действительно шел этот платок: загадочные зеленые глаза эффектно контрастировали с темной тканью и казались еще более притягательными. Я едва не потеряла дыхание, окунувшись в их глубине. Нет, на балу в камзоле он тоже был невероятно хорош, но сейчас он был… загадочным? Волшебным? Завораживающим?

Мне показалось или ректор особенно долго задержал взгляд на мне? Наверное, недоволен из-за багажа. Но всегда ведь есть запасной вариант – использовать Дитриха. Я тихонечко выдохнула и взглянула на жаркие пески пустыни: алые холмы выглядели не менее загадочно, чем магистр Эйр Хан.

Тем временем бедуин подвел к нам верблюдов, держа тех за поводья. Не сказать, что животные были рады, скорее они противились, но выбора у них нет.

По крайней мере, я на это надеялась, пока все мои мечты и надежды не разбил ректор академии.

– Леди Азнавер, предлагаю вам еще раз тщательно взвесить, какую часть багажа взять с собой, а какую отправить обратно во дворец, – обратился ко мне ректор. – У вас есть пять минут на пересмотр всего, что вы так тщательно укладывали в эти сундуки.

Я едва рот не приоткрыла от удивления. Это что сейчас было? Вот прям здесь и сейчас пересматривать свой багаж? А если у меня откровенное кружевное белье? Пусть все смотрят? Уверена, верблюды, в том числе Дитрих, будут в восторге.

Зло посмотрела на Эйр Хана. Он не мог раньше сказать, когда всю эту поклажу несли слуги до портала, а после перетаскивали сюда? К чему такие сложности?

И вдруг я поняла: этот…магистр хочет избавиться от меня таким вот странным образом. Хочет вывести меня на эмоции, вызвать мою истерику, в результате которой я вовсе откажусь ехать в академию. Вариант, кстати, был неплохой и даже в какой-то мере устраивал меня, но ведь король и королева не простят, если их изящный план сплавить и обучить любимого сыночка провалится из-за вредной невестки. Которую и невесткой-то никто называть не желал, не будь проклятья, жила бы свободной.

Что ж, если уважаемый магистр решил, что таким пустяком может испугать меня и вывести из равновесия, то его ждет огромный сюрприз! Не собираюсь я так просто сдаваться. Отполовинить вещи? Почти сделано!

– Уже три минуты, леди Азнавер, – поторопил меня ректор, и я бросилась к своему багажу под насмешливым взглядом принца.

Ничего! Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Я быстро оценила свои вещи: книги оставляем, от платьев избавляемся по максимуму. Хотя и половину книг тоже можно не брать с собой: там любовные романы, за которыми я провожу долгие вечера, пока Дитрих развлекается. По итогу я оставила три сундука, два из которых были с полезной и необходимой мне литературой, а третий – с нарядами.

С легким сердцем я отправилась обратно, пока бедуины складывали наш багаж. Ректор смотрел на меня с легким удивлением. Мне очень хотелось спросить у него, чем вызваны его эмоции, но он начал разговор первым:

– Книги, леди Азнавер? Вы меня приятно удивили. Хотя должен вас заверить, что в библиотеке Академии Алых песков есть все необходимое и даже несколько уникальных экземпляров, необязательно было оставлять столицу без полезной литературы.

– Вы просили отсортировать багаж, что я и сделала, – немного резче, чем следовало, сказала я. – Теперь мы можем ехать дальше?

– Разумеется, леди Азнавер, – откликнулся ректор и отвернулся к своему верблюду, погладив того по вытянутой морде. По-моему, с животным он обращается лучше, чем с людьми.

Бедуины придерживали верблюдов за поводья, ожидая, пока мы оседлаем их. Дитрих забрался на своего без особого труда, даже не подумав обо мне. Я начала просчитывать варианты, как бы мне это сделать без особого ущерба для моей репутации, когда сильные мужские руки легли мне на талию и сердце испуганно дрогнуло в груди, когда я взлетела вверх. Прикосновения оказались неожиданно приятными, но я поспешила тут же выбросить их из головы, только скользящий по коже ветерок напоминал пробежавшую по телу дрожь. Быстро сориентировавшись, перекинула одну ногу через седло и разместилась поудобнее. Когда я оглянулась, чтобы поблагодарить, магистр Эйр Хан уже направился к своему верблюду, на ходу поправляя длинный светлый плащ.

Небольшая процессия тронулась. Магистры ехали впереди, а мы с Дитрихом телепались сзади. Его высочество вел диалог со своим верблюдом, видимо, они спорили на тему того, насколько Дитрих привлекательный. Верблюд не признавал привлекательность наследника престола ввиду отсутствия горбов.

Подъехала поближе, чтобы послушать.

– Ты думаешь, у меня ничего не получится, Эюро? – оскорбленно спросил его высочество. – Ну и что, что эти двое давно в связке – Создатель и Разрушительница? Это ничего не значит! – Через некоторую паузу: – Что значит, что я хуже? Это кто тебе такое сказал?! Я – наследный принц!

Еще немного, и я искренне полюблю этого Эюро. Мы с ним прям на одной волне!

– Что значит, это единственное моё достоинство? – закипая, спросил принц. Надо же, не только я умею выводить его из равновесия. – Вот ты еще посмотришь – она будет моей!

– Дитрих, закрой рот, – прошипела я, заметив, как преподаватели оглянулись на нас. – Они могут услышать. Еще подумают, что ты со мной разговариваешь, а не с верблюдом. Прости, Эюро, не в обиду тебе, но разговаривать с его высочеством – значит деградировать до его уровня.

Верблюд издал непонятный, но явно одобрительный звук. Я наградила Дитриха взглядом победителя, мол, даже верблюды со мной соглашаются, хоть вы знакомы от силы пятнадцать минут, а я тебя всю жизнь терплю. Боги, да мне памятник прижизненный ставить надо за такое терпение!

– Дитрих, – серьезно обратилась я к принцу спустя где-то час езды и бросила осторожный взгляд на преподавателей, – я хотела обсудить с тобой один животрепещущий вопрос до того, как мы приедем в академию.

– Что опять взбрело тебе в голову, Эви?

На этих словах Эюро стукнул задними ногами, из-за чего принц едва не вывалился из седла.

И прежде, чем я продолжила, преподаватели остановились. Я затихла, а магистр Эйр Хан, спрыгнув с верблюда, присел на корточки и дотронулся ладонями до песка. Он что-то негромко сказал своей Разрушительнице, та кивнула и развернулась к нам.

– Надвигается песчаная буря, – сообщила она. – Нужно остановиться и переждать. Бури в Алых песках опасны.

Пришлось спешиваться и разбивать лагерь. Разумеется, это не значило, что наш разговор с Дитрихом окончен, я планировала его продолжить при удобном случае. Мы разбили две палатки, в одной из которых разместились мы с наследным принцем и наши верблюды, а в другой – преподаватели. Пока магистр Эйр Хан создавал вокруг обеих палаток защитные куполы, леди Эйр Фор убирала частицы хаоса. Я с каким-то затаенным восхищением следила за их работой, не в силах отвести взгляд: они показывали настоящий профессионализм действий, их движения были выверенными, казалось, они чувствуют друг друга как никто иной. Сложные пассы руками ректора, Эйр Фор легко подхватывает и делает странное движение, как будто тянет, а потом вырывает с корнем нить из старой кофты. Новый пасс, что-то невероятное с пальцами Шанталь и все готово. Я вглядывалась, думая о том, что скоро научусь делать так же. Неужели у меня получится?

– Почему они стоят так близко друг к другу? – поджав губы, спросил у меня его высочество. Разумеется, его красота магии не интересовала – исключительно красота магистра Эйр Фор.

Я ничего не ответила, лишь усмехнулась. Может, мои страхи по поводу того, что Дитрих будет вести разгульный образ жизни, не оправдаются? Ведь теперь он влюблен. Надолго ли? Та еще задачка. Но даже если его любовь пройдет, его величество заставит сына доучиться в академии, раз уж он нас обоих туда заманил. Репутация правящей семьи – святое, наследник не сможет бросить учебу. По фрейлинам гулять может, а вот все остальное…

Ветер поднялся сильный. Я прищурилась, боясь маленьких песчинок. Из-за гула едва ли можно было услышать друг друга на расстоянии пяти метров. Магистр Эйр Хан махнул нам рукой, требуя укрыться в палатке, куда уже завел наших верблюдов и уложил их. Мы с Дитрихом прошли внутрь и плотно закрыли ткань, усевшись на ковер. Благодаря защитному куполу, здесь не было слышно даже шума ветра.