Гарторикс. Перенос - Юлия Борисовна Идлис

худых ног мотылька и прижал нагревательный элемент к внутренней стороне бедра.

Дрейк дернулся – на этот раз рефлекторно: тошнотворное шипение пробрало его до костей. Запах паленой кожи смешался с горьким дымом грэя. Девица скорчилась на диване, зажав рот руками, чтобы не издать ни звука. Пушистые ресницы в разноцветных стразах мелко дрожали над побелевшими пальцами.

Когда Роган наконец поднял руку, она судорожно всхлипнула и захлопала глазами, глядя на сверкающий огнями потолок. Дрейк обнаружил, что сжимает в кулаке стакан, и поспешно допил остатки, чтобы это не было похоже на угрозу.

– Хочешь? – Роган протянул ему через стол сигарету.

Дрейк осторожно взял, чувствуя жар внутри даже сквозь пластик корпуса. Роган положил руку на спину девицы и толкнул ее вперед, к столу.

– Угощаю.

Дрейк замер с сигаретой в руке. В распахнутых глазах девицы он увидел свой собственный взгляд – такой же отчаянный, как у нее. Сколько ей было – семнадцать? Восемнадцать? Она могла бы быть его дочерью, если бы они с Лиз в свое время не решили сосредоточиться на работе.

Девица приподнялась и села на стол, протянув Дрейку беззащитные голые ноги. На внутренней стороне бедра быстро, прямо на глазах, затягивался багровый след от ожога: всем своим мотылькам Роган оплачивал баснословно дорогую пересадку генно-модифицированной кожи с ускоренной регенерацией.

Чувствуя на себе его внимательный взгляд, Дрейк взял девицу под коленку и подтащил к себе. Она была натуральной блондинкой, почти альбиносом. Сквозь прозрачную кожу на руках и ногах просвечивали синеватые вены. Светлый пух на бедрах стоял дыбом.

Сигарета тлела в пальцах у Дрейка, окутывая обоих горьковатым дымом. В ней еще оставалось больше половины – затяжки на четыре, если не экономить. Девице предстоял веселый вечер.

Всё так же держа ее под коленку, Дрейк поднес сигарету к губам – и затянулся изо всех сил.

Горький дым ошпарил горло и легкие. Перед глазами поплыло, в ушах зазвенело. В груди нарастало жжение, словно туда сунули горсть раскаленных углей, но Дрейк продолжал тянуть в себя воздух пополам с дымом, глядя на дрожащий перед носом огонек нагревательного элемента.

Через несколько секунд, показавшихся вечностью, огонек мигнул и погас. В следующее мгновение Дрейк сложился пополам, выкашливая легкие себе под ноги.

В голове стоял звон, сквозь который едва пробивались оглушительные басы с танцпола. Немного придя в себя, Дрейк с усилием разогнулся и поднял руку с потухшей сигаретой.

– Кажется… всё, – пробормотал он, едва ворочая языком.

– У меня еще много, – ухмыльнулся Роган, вытряхивая новую сигарету из почти полной пачки.

Дрейк сглотнул, чтобы справиться с подступившей тошнотой.

– Давай, – кивнул он, с трудом фокусируясь на струйке серебристого порошка, исчезающей в белом пластиковом корпусе.

Нагревательный элемент вспыхнул, резанув по глазам неожиданно ярким светом. Роган выпустил дым из ноздрей и протянул сигарету Дрейку. Собрав все силы, тот наклонился туда, где в радужных всплесках реальности мерцал небольшой огонек.

Роган расхохотался и откинулся на спинку дивана, затянувшись снова.

– Всегда знал, что хороший грэй тебе дороже телки, – сказал Роган, впервые за вечер глядя на Дрейка другим, широко открытым, глазом. – Может, ты евнух?

Дрейк помотал головой, пытаясь вытрясти из глаз пляшущие лучи прожекторов.

– Я торчок, – с трудом произнес он. – Ты же знаешь.

Роган удовлетворенно кивнул и щелкнул пальцами. Девица моментально вскочила со стола и забилась в угол дивана, обняв коленки.

– Водка с сиропом, – неожиданно прошелестела вторая девица, проступая сквозь плывущий огнями воздух.

Роган качнул головой, и перед носом у Дрейка появился высокий бокал, переливающийся чем-то сиренево-розовым. Он отхлебнул через силу. Рот наполнился приторной шипящей сладостью, но от алкоголя с глюкозой в голове слегка прояснилось.

– Пойдем, – сказал Роган. – Надо поговорить.

В служебных коридорах клуба было тихо, как в криохранилище. Дрейк шел за Роганом на трясущихся ногах, то и дело хватаясь за стены. Его всё еще мутило, но красочные галлюцинации от передозировки грэем основательно поблекли.

Жаль.

Завернув за угол, Дрейк остановился: дуло лазерного пистолета смотрело ему между глаз. Двое парней обшарили его карманы, ремень и даже швы на одежде. У него при себе ничего не было: с оружием в клубы Рогана мог войти только идиот или самоубийца.

Наконец Дрейка отпустили, и он с облегчением привалился к стене: по всему телу разливалась ватная слабость.

– Я знаю, зачем ты здесь. – Роган смотрел на него сквозь клубы серебристого дыма.

– Разве я когда-нибудь это скрывал? – удивился Дрейк.

– Я имею в виду, зачем ты здесь на самом деле.

«Ни черта ты не знаешь, даже не догадываешься».

Дрейк едва не сказал это вслух – у него начинался нормальный приход от грэя. Вернее, не нормальный, а грандиозный.

Мир остался прежним, только теперь в нем не было страха. В принципе, как явления. Во всем теле Дрейка не было ничего, способного ощутить страх, – ни за себя, ни за свою жизнь, ни даже за Лиз. Вместо этого всё его существо наполнял азарт, как в детстве, когда мысль о возможной смерти – чьей бы то ни было – даже не приходит в голову.

Деятели вроде Рогана часто использовали грэй как сыворотку правды, чтобы раскалывать копов на задании. Поэтому Дрейк сказал правду.

– Я здесь за этим, – он кивнул на сигарету Рогана.

– Ты же не куришь, а дышишь, – рассмеялся тот.

– Ты знаешь, о чем я, – Дрейк посмотрел на него в упор. – Мне нужен такой стафф.

– Да? – спокойно сказал Роган. – А кто тебе сказал, что мне его привезли?

Дрейк всей кожей почувствовал, как парень с лазерным пистолетом передвинул указательный палец на кнопку спуска. Но сейчас это даже добавляло ему азарта.

– На работе услышал.

Роган посмотрел на него с интересом.

– От кого?

– Если я скажу, мне там больше никто ничего не расскажет.

Роган улыбнулся. Дрейк смотрел прямо в его прищуренный глаз – и почти что видел, как внутри тяжелого черепа мысли сменяют одна другую, как цифры на колесе рулетки. Что важнее – информация, которую Дрейк сможет продать ему когда-нибудь потом, или сиюминутная безопасность нового, судя по всему, канала?

Дрейк ставил на информацию. Роган был средним звеном в длинной цепочке сбыта, уходящей на самый верх, к элитным потребителям. Даже полторы тысячи за грамм были для них плевым делом – но только если грэй был действительно чистым.

Эти люди были готовы переплачивать втрое за качество товара – и уж конечно, платили за надежность поставок. Значит, безопасность канала обеспечивали гораздо более серьезные персонажи, чем Роган. Пара ушастых полицейских из Департамента защиты сознания не представляли для них угрозы.