Планетарное человечество: на краю пропасти - Александр Кацура

Омассовление общества и культуры стало повсеместным явлением, охватившим все сферы общественной жизни, включая даже науку и образование. Так, в последние десятилетия отмечается резкое увеличение количества научной печатной продукции, чему способствует не только процесс реального приращения нового знания, но и появление все более совершенных способов и новых возможностей тиражирования, комбинирования, компилирования, заимствования уже готовых результатов. Все это вызывает определенный синдром «информационного пресса», ведет к «подавленности» информацией, «растерянности» перед все увеличивающимся информационным потоком, справляться с которым становится все труднее. Аналогичная картина раскручивания инфляционной спирали отмечается не только в науке, но и в сфере образования, где быстрыми темпами растет количество средних специальных и, в особенности, высших учебных заведений: колледжей, университетов, институтов, академий, вступающих в острую борьбу за абитуриентов. Этот, относящийся к науке и системе высшего образования, «эффект матрешки» имеет место также практически во всех гуманитарных сферах: от прикладного творчества, дизайна и ваяния до литературы, эстрады и театра, где образцы высокой культуры под натиском шлягеров, попсы и других форм «духовного ширпотреба» все больше выходят в тираж, растворяются в массе второстепенных малосодержательных вещей, порождаемых унификацией экономики, образа жизни и мышления. Данное явление, конечно же, имеет негативный аспект, но важно подчеркнуть и то, что в условиях глобализации культура объективно не может оставаться только локальной, замкнутой в национальных рамках, и не трансформироваться под влиянием мировых тенденций, не унифицироваться по общечеловеческим основаниям. Будучи всегда самобытной и неповторимой в своих локальных проявлениях, культура под влиянием процессов глобализации уже не может не быть в то же время и массовой, что не поддается однозначной оценке в категориях «хорошо» или «плохо», ибо в одних отношениях массовая культура выступает как негативное явление, в других как позитивное.

В условиях глобализации, когда пространственно-временные параметры общения, благодаря современным средствам транспорта и связи, практически перестали иметь принципиальное значение, последним серьезным препятствием к деловому, политическому, научному и бытовому общению различных народов остался язык. Объективная потребность в таком языке была всегда, но наиболее остро она стала ощущаться во второй половине ХХ в., когда резко возросли объемы мировой торговли и перемещения капиталов, расширились до глобального уровня политические отношения, научные и культурные связи, спортивные состязания, появились международные общественные организации, вырос туризм.

Важно подчеркнуть, что проблема единого языка общения не решается путем голосования, совместной договоренности или волевым усилием. Объективные обстоятельства сами «подсказывают», а в случае несогласия жестко диктуют свой выбор, в нынешней ситуации – в пользу английского языка. Общепринятый язык как средство общения в современном мире все больше становится не прихотью, но велением времени и необходимым условием формирования глобальной цивилизации. Наиболее наглядно это представлено в Интернете, где английский почти автоматически занял позицию основного языка коммуникации.

После того, как в 1990-е гг. возникла и быстро стала разрастаться Всемирная паутина – компьютерная сеть Интернет — мир окончательно замкнулся информационно. Информационная революция и развитие самой сети породили новое направление в науке – виртуалистику, которая в совокупности с возможностями Интернета позволяет значительно расширить творческий потенциал человека, создавая ничем не ограниченные возможности путешествия в виртуальных мирах и построения такой картины мира, на которую способна любая фантазия, ограниченная разве только что способностями индивидуального воображения.

Многоаспектная глобализация существенно трансформировала и политику. Так, если до начала 90-х гг. ХХ в. главной характеристикой международных отношений была биполярность, которая характеризовалась жестким противостоянием двух военно-политических блоков, находившихся в состоянии «холодной войны», где обе стороны вели напряженную и изнурительную борьбу друг с другом, балансируя на грани военного столкновения, то с распадом социалистической системы ситуация изменилась кардинальным образом. Эволюция международных отношений подверглась значительному влиянию двух развернувшихся взаимосвязанных процессов – восстановления единства мирового рынка на основе капиталистических отношений и интенсивного развития процесса глобализации. В результате существенно возросла взаимозависимость стран и народов, а число проблем общемирового, глобального характера, требующих для своего решения беспрецедентного наращивания международного сотрудничества, резко увеличилось. И хотя сегодня главными действующими субъектами на международной арене все еще продолжают оставаться национальные государства, они, тем не менее, уже не играют исключительной роли на этом поприще, так как в последние десятилетия сформировались и стали играть все более заметную роль межгосударственные структуры, ярким примером чего является объединенная Европа. В последние годы значительно возросла активность и влияние новых, так называемых нетрадиционных субъектов международных отношений, которые по своей численности, финансовым возможностям и политическому влиянию вполне могут быть сопоставимы с отдельными государствами, а то и превосходить их. Важнейшими из таких субъектов являются: межправительственные организации (ООН, ВТО, НАТО, МВФ, ОБСЕ, ОПЕК), крупнейшие транснациональные корпорации, международные неправительственные организации. Широкую известность получили также общественные движения, такие как «Гринпис», «зеленые», антиглобалисты, альтерглобалисты и др. Важнейшим средством воздействия на международную политику является ООН, решения и санкции которой, хотя и вызывают нередко серьезные дискуссии, тем не менее, являются наиболее действенным инструментом в регулировании международных отношений. Фундаментом же этих отношений выступает международное право, которое по мере усиления процессов глобализации приобретает все большее значение.

Наряду с серьезными структурными переменами в области культуры, международных отношений и международного права многоаспектная глобализация вызвала к жизни также и острую потребность в серьезных изменениях морали, норм поведения, ценностных ориентаций и установок. Возникло принципиально новое явление – мировое общественное мнение, и все больше жителей планеты стали ощущать себя гражданами мира, хотя явление это отнюдь не ново. Космополитические взгляды и идеи мирового гражданства, зародившиеся еще в Древней Греции, в последние десятилетия получили новый резонанс и дополнительный импульс к более широкому распространению, так как многоаспектная глобализация формирует гражданина мира, чья лояльность обращена уже не к отдельным правительствам, а к структурам надгосударственного характера. Новая реальность требует и нового языка для ее выражения, что предполагает серьезную трансформацию мировоззренческих позиций, ценностных установок, т. е. приведение в соответствие с глобальными изменениями прежних норм морали, этики, права, а следовательно, и появление другой терминологии, в которой нашло бы отражение переосмысление уже сложившихся представлений. Итак, необходимость в глобальной этике основывается на том, что рассмотрение процессов глобализации и перспектив развития человечества вне связи с нравственными нормами и морально-этическими предписаниями, не может быть плодотворным. Перешагнув рубеж нового тысячелетия, мировое сообщество вступило в принципиально новую фазу своего исторического развития, которое характеризуется переходом от раздробленности, разобщенности и фрагментарности мировых социально-политических, экономических и духовных связей к их единству, целостности, общности, глобальности.

Есть передовая область, где отдельные реальные элементы глобализации уже отчетливо просматриваются. Прежде всего, это мировая торговля и международные финансы. Ликвидацию сохраняющихся границ и барьеров в этой области некоторые экономисты и политики готовы назвать подлинной современной глобализацией. На самом деле это узкое понимание глобализации, граничащее с серьезным заблуждением. Передовой отряд, как бы его действия ни были заметны, невозможно сравнить с продвижением всей армии. Более того, масштабные финансовые спекуляции, превратившиеся в своеобразную моду, неизбежно выступают неприятным катализатором мировых экономических кризисов уже наступившего века. Еще со времен превращения денег в товар широкое распространение получили различные спекулятивные сделки с деньгами, которые сегодня стали чуть ли не господствующей формой предпринимательской деятельности. Финансовый мир все больше отрывается от реальной экономики, все в большей степени развиваются финансовые операции с использованием Интернета и других электронных связей, финансовая сфера в значительной степени уходит из-под контроля государственных и международных институтов власти. МВФ, МБРР, ВТО и другие организации не в состоянии противостоять стихии спекулятивных сделок и протекционизму. Сумма виртуальных денег, или вторичных долговых обязательств (деривативов), обращающихся на фондовых биржах, которые Джордж Сорос образно назвал «токсичными», возросла в предкризисном, 2006 г. до фантастической величины – 473 трлн. долларов США, превысив объем мирового ВВП в 10 раз! Спекулянты получали огромные прибыли, пока цены на наиболее рискованные бумаги вроде ипотечных облигаций росли. Ненадежные схемы оказывались самыми доходными. К середине 2008 г. в управлении спекулятивных хедж-фондов находилось около 2,5 трлн. долларов. С началом кризиса сотни их лопнули, так же как рухнули и некоторые мошеннические финансовые пирамиды.