Аромат невинности. Дар - Вудворт Франциска

Хуже было, когда меня преподносили почетному гостю при торжествах. Тогда уже на мне не было ни клочка одежды, лишь цветок на самом пикантном месте и маска. На животе находилось традиционное блюдо утаки, что-то в виде ролла с шапочкой икры, который размещался на обнаженной коже в моем пупке. Икра символизировала мое плодородие. Тогда почетный гость сам брал этот ролл и съедал его. Прикасаться к моей коже он также права не имел.

Такие заказы я ненавидела. Меня торжественно вносили и ставили на стол. По времени в зале я находилась около получаса, но за это время успевала наслушаться, как обсуждают мое тело дейгассы между собой и в какой бы позе отымели. В такие моменты я жалела, что понимаю язык этих нелюдей, и жгуче их ненавидела.

Меня забавляло, как сильно переплелись мифы и реальность. Дейгассы напоминали демонов, и сквозь тысячелетия до нас дошла информация о них. Об их коварстве, слабостях к девственницам, о том, что можно легко попасть в ловушку, общаясь с ними, о неуемной сексуальности демониц. Конечно, поневоле начнешь на земных мужчин бросаться, когда среди своих необходимо держать целибат.

А чего стоят жертвоприношения с девственницами? Дейгассы имеют слабость к невинным девам, только их не кровь интересует, а тело. За века люди сильно извратили ритуал, но мы всегда были дикарями, склонными к кровавым зрелищам.

Понятное дело, что о своей работе я никому не говорила. Все знали, что я подрабатываю в ресторане, так как отец хотел, чтобы я узнала цену деньгам и каким трудом они достаются простым людям. Мало ли какие закидоны бывают у родителей, к этому относились с пониманием. Место работы я держала в секрете, и это тоже понятно. Желающие посмотреть на меня нашлись бы, а мне это ни к чему. Ха, да узнай они, чем я действительно занимаюсь, уверена, сбежался бы весь поток!

Из всех только Денис знал правду, что никакого богатого папочки у меня нет и на жизнь и учебу я зарабатываю сама. Ресторан был одним из самых фешенебельных, где собиралась элита. За один такой заказ я получала довольно кругленькую сумму.

Это на первый взгляд кажется, что девственниц завались и отбоя нет от претенденток. Такой вид деятельности разрешался только с восемнадцати лет, что уже отсеивало много девушек, так как с этим атрибутом многие расстаются раньше. Далее шел такой нюанс, как обоняние дейгассов. Как я уже говорила, наш аромат намного сильнее, чем у их женщин, и даже слабейшие из них с ходу могут определить степень опытности девушки и как далеко она зашла в эротических играх. Много ли девушек откажется от личной жизни в молодые годы? К тому же девушка должна быть красивой и иметь идеальную кожу и фигуру, что тоже отсеивало многих. А если девушка красива, то и мужчин вокруг нее вьется много, и искушения на каждом шагу. Поэтому-то в наиболее серьезных заведениях с девушками заключались довольно жесткие контракты. Кому хотелось рисковать репутацией? Ладно, если заказ на девушку делали люди, но если дейгассы, то хозяин за непредоставление заказанной девушки и потери у той товарной ценности оказывался в долгу у того, и потребовать с него за это могли что угодно. Дейгассы очень трепетно относились к взятым обязательствам.

За время моего сотрудничества с Сатияром, я обеспечила себя чуть ли не на всю жизнь. Плачу сама за учебу в одном из престижных вузов, снимаю напополам с Денисом квартиру, купила себе машину и одеваюсь не в дешевых магазинах. Я уже давно могла купить себе квартиру или дом, но не спешила это делать из осторожности. Это привязало бы меня к определенному месту, а неизвестно, как жизнь повернется. Можно было бы бросить работу здесь, но большие суммы уходили на поиски информации о Томе, да и Денису я помогала, собирая информацию. На таких обедах или приемах решались многие вопросы, и мне надо было лишь слушать и запоминать. Дейгассы не знали, что я знаю их язык, и в личных разговорах всплывала интересная информация.

Ненавижу дейгассов! И дело даже не в пропаже Томы. Из-за них многие девушки продают свою девственность, а некоторые по неопытности становятся сексуальными рабынями. Открылось много подпольных заведений, где можно заказать невинную девушку любого возраста, чуть ли не детей! Дело лишь в цене. Это я работаю в фешенебельном заведении, и меня они даже пальцем не могут коснуться, а есть много таких, где девушку приносят в отдельный кабинет, и клиент сначала ест, а потом и лишает невинности. Десерт, твою мать!

Меня бесят заполонившие книжные магазины романы о любви между дейгассами и земными девушками. Из-за них многие дурочки мечтают о них и летят как мотыльки на огонь. Та же Диана видит обложку, мечтая полетать да побывать на их базе, наблюдая за городом с высоты птичьего полета, но не понимает, что для них мы – развлечение. Они попользуются и выбросят. Дейгассы всегда учуют, если в прошлом девушки был собрат. Его след в ее запахе навсегда останется на ней, сколько бы времени ни прошло. Это же как клеймо, неужели они не понимают?! А сколько покончили жизнь самоубийством после того, как ими наигрались? Об этом не пишут, но это есть.

Как бы то ни было, но на работе я наиболее защищена от внимания дейгассов, чего не скажешь о встречах в общественных местах. Одно радует, что просто по улицам они не передвигаются, а летают. С высоты же запах не учуешь. Кстати, мои духи – подарок Сатияра. Кому, как не ему, знать, какой запах наиболее отталкивающий для них.

Сегодняшнее посещение морга стало для меня последней каплей, опустились руки. Я уже потеряла надежду найти хоть какой-то след Томы. Наверное, действительно пора заканчивать поиски. Столько времени и сил потрачено, и все впустую. Единственную зацепку – и ту я сама узнала. Когда ездила навестить свой детдом, накупив подарков, поговорила с Лидией Ефимовной, нашим директором. Когда речь зашла о Томе, она по секрету сказала, что приезжали с проверкой, и вот как раз после них обнаружилась пропажа личных данных Тамары. Из архива документы просто испарились. Кто-то уничтожал информацию о ней, и не было ни одной ниточки, за которую можно было потянуть.

Впервые я задумалась о том, чтобы бросить работу. Сил моих больше нет видеть эти ненавистные рожи. Да и с Денисом мы настолько сблизились, что отношения идут к логическому завершению. Он уже не первый раз зовет меня замуж, и с каждым разом все настойчивее. Я серьезно подумываю о том, чтобы согласиться. Мы живем вместе, нам хорошо вместе. Последнее время становится все труднее сдерживаться. Я не держусь за девственность и хочу, чтобы он был моим первым мужчиной. Желательно первым и последним.

«Надо обсудить с ним, что я хочу бросить работу», – решила я.

Можно поговорить с Сатияром и перейти в официантки. Пусть зарплата и меньше, но я так же смогу собирать информацию, и при этом дейгассы не будут липнуть ко мне, как мухи на мед. Только ради одного этого можно было избавиться от девственности. Да, решено!

Дальше мысли перескочили, и я стала вспоминать вчерашний вечер, и как смотрел на меня Денис. В груди сладко сжалось. Такие напряженные моменты между нами возникали все чаще, а то, что близость была под запретом, заставляло чувствовать все острее. Он волновал меня, и я созрела перевести наши отношения в иную плоскость.

– Как же она пахнет! У меня уже член каменный, – мое внимание привлекла реплика одного из дейгассов.

– Забудь! У тебя не хватит средств перекупить ее контракт. Я слышал, хозяину такие щедрые предложения поступали, но он упрямится, как самка ссанза, – вполголоса ответил второй. – Я лучше отведу тебя в одно заведение, там девочки пусть и не такие ароматные, зато согласны на все и исполнят любую твою фантазию.

Они переговаривались между собой на своем языке, и мне с трудом удалось удержаться от презрительной гримасы. Ублюдки! Информация же о том, что к Сатияру по поводу меня поступали предложения перекупить контракт, оказалась интересной. Вот же хитроумный жук! Конечно, он любое предложение отклонит, так как у него нет со мной постоянного контракта. Теперь понятна настойчивость дейгасса, чтобы я его заключила!