Разум главного калибра - Илья Шумей

Хотя, строго говоря, назвать происходящее полноценным штурмом можно было лишь с большой натяжкой. Команда и пассажиры рядового гражданского корабля вряд ли сумели бы оказать сколь либо серьезное сопротивление закованным в тяжелую броню солдатам. Группа спокойно продвигалась по коридорам от шлюза к шлюзу, от трапа к трапу, так и не встретив на всем своем пути ни единой живой души.

Порхающий впереди разведывательный дрон нырнул в люк, ведущий к эвакуационному выходу. На передаваемой им картинке промелькнули лежащие вповалку на полу четыре тела. Девочки среди них не оказалось. Лидер группы вскинул руку, приказывая всем остановиться.

– В воздухе обнаружены следы Тирпетана-В, – доложил он.

– «Оглушитель»? – хмыкнул Кехшавад, – думаю, вариант с аварией можно исключить. Команду специально собрали в одном месте, чтобы нейтрализовать всех одним ударом. Тот, кто все это организовал, явно готовился заранее и хорошо знал, что и как следует делать.

– Анализ полученных данных показывает, что на борту сработал сигнал радиационной утечки, однако все показания реактора в полном порядке, – отчитался координатор, – кто-то взломал систему безопасности и активировал тревогу в обход штатной схемы.

– Этот кто-то чертовски хорошо знал, что и как, – адмирал даже не пытался скрыть свое раздражение.

– Повышенная концентрация аргонной плазмы в ближайших окрестностях «Турина» свидетельствует о том, что относительно недавно поблизости был совершен гиперпространственный прыжок, – офицер словно решил дополнительно подразнить командующего, – если речь идет о небольшой спасательной капсуле, то это произошло не более двадцати минут назад.

– Увели из-под самого носа! – адмирал коротко выругался, – давайте, вперед. Заглянем хоть к оставшимся на огонек, побеседуем немного.

В глазах… в глазу у Риккардо только-только начали рассасываться красные круги, когда прямо перед его носом с грохотом приземлились чьи-то тяжелые ботинки. Повернув голову, он сквозь мутную пелену разглядел вооруженного десантника в полной боевой экипировке. Уж кто-кто, а капитан в таких вещах разбирался как никто другой.

– Ну надо же! – пробормотал он, едва ворочая непослушным языком, – сюрприз на сюрпризе!

Не будь его мозг слегка выведенным из строя ударной дозой «оглушителя», Риккардо никогда бы не решился на проявление столь неуместного чувства юмора в присутствии человека с оружием.

Следом за первым десантником с лестницы посыпались другие. Мощные руки, усиленные экзоприводами, ухватили его за шиворот и играючи отбросили к стене. Рядом выстроились остальные его подчиненные, плохо соображавшие и едва державшиеся на ногах.

Когда импровизированное построение было закончено, в люк с некоторым трудом протиснулся тот, кто командовал всем этим парадом. Убедившись, что никакой опасности более нет, он откинул защитное забрало шлема, открыв широкое смуглое лицо с густыми кустистыми бровями, напоминающими два растрепанных сорочьих гнезда.

– Адмирал!? – потрясенно вытаращился на него Риккардо.

– Так-так, кто тут у нас? – Кехшавад явно пребывал не в лучшем расположении духа.

Вперед выступил один из десантников, сканируя задержанных и сверяясь с показаниями монитора на предплечье.

– Стандартный транспортный корабль «Турин» класса «Северка-2», – начал докладывать он, дублируя основную информацию на дисплей адмирала, – порт приписки – Иншань. За текущий год начислено два штрафа за ненадлежащее оформление документов и пять штрафов за незадекларированный груз.

– Контрабас, – констатировал Кехшавад.

– Да ладно Вам, с кем не бывает… – встрял Игорь, но немедленно умолк. То ли при виде шагнувшего к нему десантника с парализатором в руке, то ли от полученного в бок капитанского тычка.

– Капитан – Риккардо Кьюи, – продолжал докладывать офицер, – подполковник флота в отставке. Безупречный послужной список. Две Медали за Отвагу и орден Серебряной Звезды. После полученного восемь лет назад ранения отчислен из рядов по состоянию здоровья. К настоящему моменту имеет судимости за незаконную торговлю оружием и оказание сопротивления представителю правоохранительных органов.

Глаз капитана одарил Кехшавада угрюмым взглядом исподлобья, но тот даже не моргнул. Он и не таких бунтарей по струнке выстраивал. Иначе не стал бы адмиралом.

Офицер тем временем зачитал краткие досье на остальных и отступил в сторону.

– Типичный пример того, что я называю «катиться по наклонной», – процедил Кехшавад с нескрываемым презрением.

– А чего Вы ожидали, подписывая приказы о нашем увольнении в запас без сохранения содержания? – огрызнулся Риккардо в ответ, – пришлось выкручиваться.

– Республика тогда вела изнурительную войну, и лишних денег у нее не было, – в планы адмирала не входило оправдываться перед задержанными, а потому он поспешил перейти к обвинениям, – в любом случае, грамотный специалист всегда мог найти достойную работу. Но какой путь избрали вы? Контрабанда, торговля оружием, а теперь еще и киднэппингом подрабатываете? Совсем с заказами туго стало?

– Какой еще киднэпп… – Игорь охнул, когда локоть капитана снова ткнул его под ребра.

– Мы будем говорить только в присутствии адвоката, – буркнул Риккардо, сложив руки на груди и всем своим видом давая понять, что всерьез намерен потягаться в красноречии с рыбой.

– Уважаемый, – голос командующего преисполнился сладкой патоки, – если Вы выглянете в иллюминатор, то увидите там небольшую штуковину длиной в километр с хвостиком. Именуется сия штуковина – тяжелый ударный крейсер «Троя». Это Ваш адвокат, прокурор и судья в одном лице. Один-единственный выстрел его главного лучевого орудия оставит от вашего корыта облачко плазмы. Ни улик, ни свидетелей, ни глупых вопросов – он довольно осклабился, увидев, как вытянулись лица стоявшей перед ним компании, – ну так что, будете продолжать упрямствовать, или все же поговорим по-хорошему?

До стыковки с доком оставалось чуть меньше одного витка, и пока автопилот вел капсулу по маршруту, появилось немного времени для прояснения назревших вопросов. Между изначальным планом и суровой реальностью обнаружились серьезные расхождения, и, во избежание новых неожиданных и неприятных открытий, ясность следовало внести как можно скорее.

Чак на всякий случай еще раз проверил показания приборов и развернулся к Сильвии. Девчонка сидела пристегнутой в своем кресле и отнюдь не спешила благодарить своего спасителя. Ее практически лишенное мимики лицо не выражало каких-то заметных эмоций, но угрюмый взгляд говорил сам за себя.

– Итак, давай еще раз с самого начала. Как ты оказалась на «Турине»?

– А как это обычно у людей происходит? – сварливо отозвалась она, – приехала в порт на такси и поднялась по трапу.

– Почему Рик, наш капитан, держал тебя взаперти?

– Я сама попросила его никого ко мне не пускать. Чем меньше людей знает, где я – тем лучше.

– Ты явно от кого-то скрываешься, но от кого?

– Склероз, да? Говорю же – от отца!

Чак с трудом подавил в себе желание подойти к несносной девчонке и отвесить ей хороший подзатыльник или оттаскать за ухо. Чтобы знала, как проявлять неуважение к взрослым.

– Почему?

– Долгая история…

– И почему ты ожидала, что за тобой придут военные?

– Некоторых вещей тебе лучше не знать – спокойней спать будешь.

Технику пришлось сцепить руки на коленях, чтобы унять обуявший их зуд. Сильвия остро нуждалась в хорошей дозе воспитательных процедур. А их беседа, похоже, обещала быть долгой. За странной историей с мнимым похищением замаячили события куда больших масштабов, участие в которых в планы Чака не входило. Хотя их подробности разузнать все же стоило. Удачно пристроенная ценная информация может порой принести весьма неплохие деньги.

– Ладно, теперь давай с самого начала, – Чак протянул руку и перевел автопилот в режим ожидания, – а со своей бессонницей я как-нибудь разберусь.

– Ну, с чего все началось, ты вполне можешь видеть по моему лицу.

– А именно? – он мысленно взял на себя обязательство вытерпеть все выходки жуткого ребенка. Пусть думает, что он и вправду тугодум.

– Синдром Дирке, – вздохнула Сильвия, – я родилась полным и безнадежным дебилом.

– Ну, если не принимать во внимание идиотскую манеру общения, – Чак задумчиво поскреб щеку, – то на данный момент твоя голова соображает вполне сносно. А местами, как мне кажется, даже малость перебарщивает.

– Перебарщивает!? – по рубке рассыпался заливистый детский смех, – да я играючи перемножаю в уме восьмизначные числа и решаю дифференциальные уравнения второго порядка! Из меня, по сути, сделали живой компьютер!

– Кто же это тебя так? – как ни странно, но заявления Сильвии, хоть и звучали они совершенно фантастически, не вызвали у техника ни капли сомнений. Девчонка явно говорила чистую правду.