Древо незнания добра и зла - Сергей Марксович Бичуцкий

– А следует из этого то, что перепугались бесы. Узнали о моих планах, вот и перепугались. А что это значит? А значить это может только одно – я на правильном пути, Ева. Мы – на правильном пути. Согласна? – спросил он у жены.

– Угу, – радостно улыбнулась супруга. На том они и порешили.

Глава 4

Порешили и начали действовать. Откладывать такое дело в долгий ящик у супругов не было никакого желания. Всё зудело от нетерпенья – руки, голова и даже мысли. Ну, что ж! Их можно понять! Кто бы не торопился открыть дверь, которая приведёт всё человечество к счастью, если ключи, по сути дела, в твоих руках? Последнее усилие, и в дамках! Тем более все ингредиенты, так сказать, были в наличии: и сад, и Адам, и Ева, и змей-искуситель. А главное – было понятно, как следует правильно просить помощи у Господа. Так что осталось последнее – вырастить древо, слопать плод незнание добра и зла, и ауфидерзейн, как говорится!

Первым делом купили посевной материал. Зернышки были настолько маленькие, что Адам побоялся посадить одно. А вдруг не вырастет? Сыпанул горсть и задумался о подкормке почвы. Агроном, понятное дело, из Адама был никакой, поэтому действовать стал на свой страх и риск, опираясь на вполне определённый постулат – на всё воля Божья! Уверенность в успехе эксперимента была настолько велика, что о неудаче даже не задумывался. Почву и горшочек для рассады также купил в магазине. Не стал надеяться на плодородие своего огорода. На Бога надейся, а сам не плошай! Засыпая почву в горшочек, решил вдруг, что земля несколько суховата, и, не придумав ничего лучше, добавил туда сала. Тщательно перемешал, и, чувствуя на пальцах жир, удовлетворённо воскликнул: «Вот это чернозём! Вот это я понимаю!». В общем посадил дед репку.

Удивлению Адама и Евы не было конца, когда на следующее утро супруги обнаружили, что семена не только принялись, но и дали побег, который за ночь достиг не менее десяти сантиметров в высоту. Медлить с пересадкой в почву не стали. Поди угадай, что он там ещё выкинет, этот саженец. Посадили, обильно полили водой и поставили рядом два стула для наблюдения за ростом. Посидев с час, и, не заметив никаких видимых изменений, вернулись к обычным делам.

Изменения заметили только на следующий день. Адам заметил. Ева по утрам изгоняла из жилища зловредных мух, с которыми у Адама были весьма натянутые отношения. Да что там натянутые? Антагонизм! Абсолютный! Жужжали, заразы, понимаешь ли! Жужжали и мешали думать! То есть, жить! Вот и поставил Адам перед женой задачу – вместо утренней зарядки изгонять мух также, как экзорцисты изгоняют бесов. Вот она и занималась этим праведным делом, а он вышел полюбоваться делом рук своих. Вышел и не поверил, настолько разительны были перемены! Дерево, выросшее за ночь, нельзя было найти ни в одной энциклопедии мира. Оно было настолько необычно, что Адам тут же понял – эксперимент удался! Эдакое двухметровое удилище, на самом конце которого, словно приз, болтался весьма неоднозначный подозрительный плод. Серебристый ствол древа был абсолютно гладким, будто отполированным и сверкал на солнце, а плод, размером с большую грушу – тёмно-зелёным. Такое различие, конечно, было удивительно, но поразило Адама не это, а форма плода. Как ни сопротивлялись его представления о том, каков должен был бы быть плод такого эпического растения, как ни брыкались, но все ожидания были перечёркнуты суровой действительностью. Вы когда-нибудь видели фигу? Не тот самый тропический плод, а именно фигу? Или дулю, если говорить по-русски? То есть, фигуру из трёх пальцев? Наверняка видели! Вот и Адам видел. Воспоминания далёкого детства не дали забыть, как она выглядит, поэтому Бубликов был слегка смущён. Ещё большее смущение вызывало то, что, как только он подошёл к древу, оно склонилось и дуля уставилась прямо в физиономию изобретателя. Ощущения не из приятных, надо сказать. А кому понравится? Что означает дуля под нос, Адам прекрасно понимал, и не строил по этому поводу никаких иллюзий. Желая избавиться от неприятного ощущения, решил обойти древо вокруг, чтобы, так сказать, обозреть его со всех сторон, втайне души надеясь, что дуля останется на месте. Как бы не так! Экзотический плод двигался вместе с ним, и ни на сантиметр не удалялся от носа изобретателя. «Чудны дела твои, Господи!» – смущённо буркнул Адам и пошёл обратно в дом. Отыскал садовые ножницы, вернулся в сад и, глубоко вздохнув, отчекрыжил плод под самый корешок. Как ни тревожны были его предчувствия, но довести эксперимент до конца было, так сказать, делом чести.

Срезал и понёс домой. Тем временем Ева с мухобойкой в руках увлечённо гонялась за последней очень уж увёртливой, а потому крайне нахальной, мухой, и на возвращения мужа поначалу не обратила внимания. Остановилась только тогда, когда увидела сидящего за столом молчаливого задумавшегося Адама. Подойдя ближе, заметила необычный плод и испуганно спросила:

– Это… что ж это? А? За что ж это? А?

– А вот, – коротко ответил муж.

– То самое? – ещё более испуганно спросила Ева.

– Угу, – буркнул Адам.

– И что ж нам теперь делать? – совсем перепугалась супруга.

– Как, что делать? – решился вдруг Адам. – Будем делать то, что должны, а там уж, как Бог даст!

– А может не надо? – пустила слезу женщина.

– Почему это не надо? – взъерошился супруг.

– Сердце чевой-то колышится! Аж в руках боязно, – прошептала Ева.

– Не дрейфь, коза, а то мамой будешь! – вспомнил Адам детскую шутку.

– Мамой я хочу, – неожиданно призналась супруга.

– Ты, жена, того…Прекрати эти пораженческие настроения! Как говорили классики: «Надо, Ева! Надо!». Да ты не переживай. Я один его съем, потому как это не только моя прерогатива, но и обязанность. Как поступали исследователи во все времена, знаешь? Прежде испытывали на себе, а уж потом, если ничего худого не случалось, предлагали людям. Так и мы поступим. Сначала я попробую. Ясно? А потом, если всё нормально, и ты. Договорились? – повернувшись к жене, с гримасой вместо улыбки, спросил Адам.

Перечить мужу Ева не решилась, и только судорожно кивнула головой.

– Принеси-ка тарелку и нож, – попросил изобретатель.

Ева принесла. Адам положил плод на тарелку, взял в заметно дрожащие руки нож, хотел отрезать, но почему-то передумал, поднёс дулю ко рту, выдохнул, как перед принятием стопки, и решительно откусил. Замер на несколько секунд, проверяя вкусовые ощущения, и начал решительно и тщательно пережёвывать. Проглотил и вынес вердикт:

– А ничего себе. Вкусно!

– Да? Вот радость-то, – обрадовалась жена.

– Да, уж, – согласился Адам и принялся уничтожать остатки.

Проглотив последний кусок, остановился и стал прислушиваться к происходящим внутри организма процессам. Что-то явно происходило,