Александр Степанович Попов - Григорий Головин

Свой прибор Попов назвал «грозоотметчиком». Это был первый в мире радиоприемник. Нигде никаких передающих станций тогда еще не было. Единственно, что мог уловить Попов на свой приемник — это отголоски грозы. И он их улавливал, принимал.

Пятьдесят лет прошло с тех пор. Техника радио во многом изменилась, усовершенствовалась и шагнула далеко вперед. Но еще лет пятнадцать тому назад в Америке действовал «грозоотметчик» — копия прибора русского изобретателя.

Рождение радиотелеграфа

7-е мая (25 апреля) 1895 года было днем очередного заседания Русского физико-химического общества. Физики Петербурга — старые и молодые, опытные и начинающие — собрались в физической аудитории университета, чтобы заслушать научный доклад.

На этот раз в повестке дня значилось выступление преподавателя Кронштадтского Минного класса А.С.Попова. Доклад его был назван «Об отношении металлических порошков к электрическим колебаниями».

В этой, расположенной амфитеатром аудитории, все было хорошо знакомо Попову: самые стены, скамьи, люди. Но в этот день все выглядело непривычно странным. Попов волновался. Не то, что он не был уверен в себе, или в своих опытах. Но как отнесутся ученые к его изобретению? Ведь от их мнения во многом зависела дальнейшая судьба его работы.

Уже до начала заседания, небольшой ящик с прибором-приемником был водружен на столике возле кафедры. В другом конце зала — отправительный аппарат, вибратор.

Профессор И.И.Боргман открыл заседание, и Александр Степанович, как всегда немного сутулясь, поднялся на кафедру. Обычно немногословный, он и на этот раз не изменил своему правилу. Да и нужно ли много слов, когда его схема, приборы должны убедить собравшихся в неопровержимости его доводов. Что могло быть красноречивей переливчатой трели звонка всякий раз, как Рыбкин включал катушку передатчика?

Среди присутствующих было немало людей, которые несколько лет тому назад видели демонстрацию опытов Герца профессором Егоровым. Слабая искорка едва мерцала тогда в темной аудитории — только в лупу мог разглядеть ее председатель. И, конечно, нужно было обладать большой долей воображения, чтобы в этой искорке увидеть будущий беспроволочный телеграф.

Телеграф без проводов? Этот «грозоотметчик», правда, принимает только сигналы «природной станции», но нет ничего удивительного в том, что он примет сигналы других, сооруженных человеком, станций.

Впрочем, о будущем своего изобретения Попов говорит как можно осторожней. Он лишь выражает надежду, что его прибор, будучи усовершенствованным, может обеспечить передачу сигналов на расстоянии с помощью быстрых электрических колебаний.

Напрасна были его осторожность: ученые, собравшиеся в зале Русского физико-химического общества, ознакомившись с действием грозоотметчика, пришли к выводу, что в поразительном заявлении Попова нет ничего невероятного.

Итак, стало ясно, что изобретение грозоотметчика означало появление совершенно нового средства связи: беспроволочного телеграфа.

7-е мая 1895 года осталось навсегда в истории науки и техники, как дата изобретения радио.

Военная тайна

Прошел год. Грозоотметчик Попова превратился в настоящий радиотелеграф. Звонок закончил свою службу. Он был хорош для лекционных опытов и для улавливания атмосферных разрядов, но он решительно не подходил для беспроволочного телеграфа. На смену звонку пришел аппарат Морзе. И Попов заставил его записывать электромагнитные волны. Превосходный техник, Попов сделал и тут шаг, о котором не помышляли его предшественники — ни Герц, ни Лодж. Простое усовершенствование грозоотметчика превратило научное открытие в замечательное техническое изобретение. Вспыхнет в вибраторе искорка, побегут от нее электромагнитные волны, коснутся металлических опилок, изменят их сопротивление и замкнут ключ аппарата Морзе. А лента, ползущая из аппарата Морзе, отметит каждую искорку передатчика либо точкой, либо черточкой.

Отправитель должен только управлять продолжительностью искр: даст более короткую искорку — получится на ленте точка; прикажет искорке светиться чуточку дольше — на ленте появится черточка. Так, обеспечивая различную продолжительность искр в передатчике, можно передать по азбуке Морзе и записать на ленте любую букву, любое слово, любую фразу.

Теперь уже скоро настанет время, когда люди, оставшиеся на берегу, будут сообщаться с ушедшими на кораблях в далекие морские плавания, а моряки, куда бы их не забросила судьба, будут посылать на берег сигналы. Для этого необходимо только одно — завоевать расстояние.

Что нужно сделать, чтобы увеличить дальность приема? Не так уж много: усилить отправительную станцию, построить высокие антенны, произвести новые испытания и опыты.

Попов любил работу. Необходимость в любых новых исследованиях не показалась бы ему обременительной. Но вот деньги... Где их взять? А денег нужно было немало. До сих пор и Попов и Рыбкин тратили на опыты долю своего жалованья. Но для задуманного завоевания дальности не могло хватить их скромных средств. Попов решил заручиться поддержкой ученых, показав действие беспроволочного телеграфа. А потом следовало обратиться в Адмиралтейство с просьбой отпустить деньги на новые опыты.

Тем временем весть об изобретении А.С.Попова дошла до руководителей флота. Они не были склонны придавать особое значение опытам штатского преподавателя Минного класса. Но тем не менее начальнику Минного класса капитану второго ранга В.Ф.Васильеву приказано было ознакомиться с работами Попова.

Васильев был человек исполнительный. Он стал наведываться в физический кабинет к Попову. Очень удивился, узнав, что идея практического использования электромагнитных волн для беспроволочного телеграфирования принадлежит Попову. Еще узнал начальник Минного класса, что изобретателю нужны деньги. Васильев обещал похлопотать о необходимой сумме.

Чтобы не показаться хвастуном, Попов дал прочесть свою статью, напечатанную в «Журнале Русского физико-химического общества». Но не статья, а чудесное превращение грозоотметчика в самый настоящий телеграф без проводов — в его действии Васильев убедился — не на шутку встревожило капитана, а затем и более высоких начальников. Быть может, изобретение Попова действительно окажется полезным для флота. Значит, это не просто техническое изобретение, это военное изобретение. В таком случае, его нужно хранить в секрете, как военную тайну.

И начальник Минного класса предложил Попову как можно меньше говорить и писать о своем изобретении.