Его маленькая заложница - Софи Росс

— Я вас отвлекаю, да? — прикусываю щеку изнутри, болтнув глупый вопрос. Ну конечно же я ему мешаю. Свалилась на голову, из-за меня Ринату пришлось человека какого-то посреди ночи вызванивать. Я бы тоже не была в восторге от такого.

— Ты слишком тихая, чтобы стать для меня серьезной проблемой, — оборачивается он с новой чашкой крепкого кофе. Я видела, что он выбрал черный без добавок. — Меня интересуют подробности того, что с тобой случилось. Хотелось бы понимать, во что я ввязался.

Я и сама до сих пор не все осознаю…

Мне бы с Максом связаться и вытрясти из него список тех, кого он «заразил». А дальше уже можно будет хоть как-то представить, кто из бизнесменов способен нанять головорезов и послать их с ножами в гости к беззащитной девушке.

— Ко мне в квартиру вломились ненормальные отморозки, — начинаю издалека, старательно подбирая слова. — Угрожали, требовали вернуть им какие-то деньги. Мне кажется, они просто меня спутали с кем-то.

— Поверь, девочка, такие люди не ошибаются. Либо ты что-то мне недоговариваешь, либо кто-то из твоего окружения причастен к этому. Я почему-то склоняюсь к первому варианту.

— Считаете, что я вам вру? — насупливаюсь я, обхватываю себя руками и тут же ойкаю от боли, разливающейся от плеча по всему телу.

— Я бы не назвал это так. Боишься, возможно. Или считаешь, что способна сама во всем разобраться. Но сразу скажу, что это не так. Мне известно о тебе кое-что, подружка твоя, жена Яра рассказывала — милая домашняя девочка, старшая дочь в большой семье. Сбежала от родителей, когда выпала такая возможность.

— Не сбегала я… — опускаю голову.

Все еще трудно признавать это. Я переехала сразу, как только у меня появились первые собственные деньги. Работала по ночам официанткой в баре, днем училась и смотрела за своими братьями.

Мама у меня не плохая, но обида на нее до сих пор живет во мне. В семье ко мне относились как к какой-то прислуге. Домашние дела были на мне, забота о братьях с самого их рождения. Сначала, конечно, я и сама была маленькой, поэтому мне доверяли только уборку, стирку и все прочие бытовые прелести.

Потом все изменилось, когда мама поняла, что я и няню могу заменить.

Родители работали, нам всегда нужны были деньги, потому что пятеро детей это все же не шутки. А я жила дома в качестве Золушки. Только никакой волшебной крестной у меня не было, как и принца с хрустальными туфельками.

Пока все мои подруги гуляли целыми днями и ходили в кино, меня с головой засыпало детскими использованными подгузниками и баночками с питанием.

Из-за этого я не хочу своих детей. Хватит с меня криков, режущихся зубов и грязной одежды с пятнами всяких разных неожиданностей.

— Как скажешь, — улыбается Ринат, смотря на меня в упор.

— Не верите мне?

— Я вообще людям верить не привык, — пожимает он плечами.

Они у него мощные такие. Черная футболка натянута на внушительных мышцах, рукава обтянули бицепсы и едва не трещат по швам.

Где вообще делают таких мужчин?

Папа у меня низкого роста, братья все тоже пошли в него и спорт не уважают. Друзья и одноклассники никогда не могли похвастаться такими габаритами, а Макс… Он высокий, да. Очень.

Но такой худой, что при ветре его всерьез может унести в какую-нибудь изумрудную страну.

— Тяжело вам, наверное, жить с такими принципами, — говорю на выдохе. — Спасибо вам за помощь. Еще раз. За лекарства, за врача, за…завтрак. Но мне уже пора. После еды я чувствую себя лучше, так что смогу и до двери, и до улицы дойти без посторонней помощи.

— Я тебя никуда отсюда не выпущу, — и голос такой спокойный, что мне от негодования ногой топнуть хочется.

Как это не выпустит? Мы вообще-то в двадцать первом веке живем, и я свободный человек со своими правами. Не имеет он полномочий запереть меня здесь. Я же не под домашним арестом, никакого отслеживающего устройства у меня на ноге нет.

— А я вас спрашивать и не буду, — фыркаю, задрав голову.

— Тогда раздевайся.

Моя попа замирает прямо в воздухе, потому что до этой его совершенно возмутительной фразы я хотела подняться со стула.

— Что? — хлопаю ресницами невпопад.

— Все, что сейчас есть на тебе — мое. Снимай тряпки и иди на все четыре стороны. Если, конечно, смелости хватит.

— А где моя одежда? — уточняю, прищурившись.

— В мусоропроводе.

Приплыли…

И что я должна отвечать на это? Да он вообще без усилий сможет вытряхнуть меня из этой огромной уютной футболки, и останусь я действительно с голой задницей. На мне даже трусов нет.

Позвонить своей бывшей соседке, а по совместительству подруге? Я не хочу Лию впутывать во все это.

Ей с животиком нельзя сейчас волноваться.

— Зачем вам возиться со мной?

— От природы любопытный, девочка. Ты же знаешь наверняка, что мы с Яром завязали. Хотя как тоже…

— Я знала! Говорила Лийке, что это образ жизни и нельзя вот так по щелчку пальца все бросить.

— Успокойся, воительница, — хмыкает Ринат с полуулыбкой на губах. — Он полностью чист, мы полноправные партнеры. Ни в какие «бандитские» дела я его тащить не собираюсь.

— Поверить не могу…

— Во что?

— Передо мной стоит настоящий бандит, — шепчу, задержав дыхание.

Это и правда пугает. Никогда я еще в жизни не оставалась наедине с такими людьми. Яр не в счет, он вовремя одумался.

Сегодня я на кухне спокойно пью кофе, а завтра, если Ринату что-то не понравится,