Фестиваль (СИ) - Алексеев Александр

Славяне... Твою мать...

Перерыв. Команда подавлена. Впервые для этих ребят "нашла коса на камень". Маслов, как смог, подбодрил своих питомцев, попросил чаще играть в пас и с надеждой посмотрел на меня.

Н-да... Не таким я представлял себе этот последний бой... "Последний бой", - ещё раз эхом пронеслось в голове.

Выхожу на середину раздевалки и сначала негромко, а затем всё уверенней пою, глядя ребятам в глаза... https://youtu.be/LGcdEpkhyIY

После песни генерал Лукашин, поправил свои ордена на кителе, хотел что-то сказать команде, но, посмотрел на игроков и, молча кивнул Маслову... Поехали.

Второй тайм сейчас начнётся. На стадион подтянулись наштукатуренная Марго с вечно улыбающимся Жан-Полем. Сели на трибуну за нашей скамейкой.

Мы непрерывно атакуем. Юги "поставили автобус" перед своей штрафной и отбиваются. Их вратарь-гигант Видинич пару раз, в стиле более позднего Яшина, берёт "мёртвые мячи". Вот, снова отбой. Мяч в центральном круге подхватывает Валя Бубукин. Обводит на скорости бросившегося в ноги соперника и метров с тридцати заряжает со всей дури по воротам. Мяч чугунным ядром просвистел над головами игроков. Попал в самую девятку. Без шансов для вратаря. 1:2.

Югославский тренер меняет нападающего на защитника, пытаясь удержать синицу в руках. На поле столкновения перерастают в стычки. Муич устраивает драку с Бубукиным. Обеих удаляют с поля. У Соколова рука разодрана до крови - защитник в борьбе зацепил шипами. У Крутикова на футболку капает кровь из разбитого носа. У Разинского начал темнеть фингал под глазом - получил в лицо вражеской бутсой, когда нырял за мячом во вратарской. Через несколько минут после драки наш правый краёк Борис Татушин на скорости, толкаясь с защитником, принимает слёту длинный пас, подбросив мяч над собой вверх-вперёд. Прокидывает круглого головой себе на ход в штрафную и, не дав мячу приземлиться, бьёт точно в дальний угол. Голкипер югов прыгнул, но не достал... 2:2.

Фотокорреспонденты, сгрудившиеся после перерыва за нашими воротами, потекли по беговой дорожке за спину югославского вратаря-гиганта.

Рабочая чуйка. Предвиденье... Нужен гол...

Последние минуты матча. Все "наелись", но сражаются на морально-волевых... Наш голкипер Боря Разиевский, взяв мяч в руки, ищет кому бы отдать. Все прикрыты. Тогда он бьёт на чужую половину в направлении Валентина Иванова. Наш центральный нападающий сражается за мяч с двумя защитниками, путает их своими финтами так, что они сталкиваются друг с другом и падают на поле. Иванов, протащив мяч к штрафной, на ложном замахе заставляет упасть третьего защитника и из района одиннадцатиметровой отметки направляет мяч между ног бросившегося навстречу вратаря. 3:2. Марго визжит на весь стадион и лезет ко мне обниматься...

Югославы устраивают навал, но наша команда держится, пытаясь даже контратаковать... Финальный свисток. Победа! Цветы. Вручение медалей. Наша команда приглашена на чествование в один из ресторанов. Я отказываюсь от участия в торжественной пьянке. Пообещал Марго сходить с нею на приём к её родне. Может оно и к лучшему.

Даёшь жизнь без градусов. О чём это я?... Н-да. Мечты-мечты. С Марго и без градусов?

Едва успел переодеться в номере в фингеровскую тройку, как прискакал Жан-Поль. Принцесса, взяв пять минут на правку макияжа, вышла через полчаса... Глянула с улыбкой на своих оруженосцев и, двинула навстречу приключениям...

По первоначальной договорённости все материальные расходы несла наша замечательная элитная девушка. Чтобы не смущать окружающих, спонсорша заранее давала Жан-Полю определённую сумму и затем, по мере расходования средств, давала добавку... Такое альфонство поначалу слегка коробило меня, а потом, глядя на весело принимающего купюры Бельмондо, подумал: "Для неё это копейки, а у нас-красавцев ветер в карманах гуляет..."

На бульваре Сен-Жермен мы пообедали в ресторане брассери "Lipp". В подвале с хлёстким названием "Ад", как мне объяснил французский друг, принимали всех желающих. В ресторан "Чистилище" на первом этаже пускали завсегдатаев(в числе которых был Жан-Поль) и по предварительной записи. А в клуб со скромным названием "Рай" на второй этаж поднималась местная богема и знаменитости. Вот наверх прошёл молодой Марчелло Мастрояни, приехавший на дебютный показ нового фильма. Киноафишу с ним я недавно видел у местного кинотеатра...

Затем наверх последовал уже знаменитый актёр Жан Маре со своим, как сказал Бельмондо, во всех смыслах партнёром Жаном Кокто. В Париже уже в это время было трудно кого-либо удивить однополым партнёрством...

Жан-Поль после ресторана убегает на свидание со старшей из сестёр Поляковых, а мы собираемся к дядюшке Эдуарду...

В такси английская принцесса описывает мне план на вечер. Сейчас едем на смотрины югославского принца Томислава и немецкой принцессы Маргариты Баденской, устроенные её родственниками в доме некоронованного дядюшки Эдуарда. Там будет присутствовать троюродный брат Марго - Джеймс Карнеги (ну, тот, что приезжал за нею в Сохо). Принцесса, вообще-то, считается среди родни его "девушкой", но, на деле, этот граф путается с какой-то балериной и свою наречённую родственницу знать не хочет. Вот добрый дядюшка Эдуард и свёл родную племянницу Марго с законным суженным-ряженным. Короче, там всё сложно, а моя персона нужна принцессе, чтобы побольнее уколоть неверного кузена...

Приехали. Перед входом в зал нас, точнее Марго, объявляют:

- Маргарет Роуз Виндзор, графиня Сноудон.

Знакомлюсь, кивая, как болванчик. Кроме известных мне принцессиных дядюшки с женой и неверного женишка Джеймса Карнеги, здесь присутствовали представители нескольких европейских королевских ветвей. Англию, собственно, представляли хозяин дома герцог Виндзорский Эдуард и его племянница принцесса Маргарет. Также на стороне "просматриваемого" жениха - уже упомянутый Джеймс Карнеги, граф Саутэск и родня по югославской линии: мать Мария фон Гогенцоллерн-Зигмаринен, королева-консорт Югославии и другие её сыновья.: старший сын Пётр Второй - король Югославии и младший сын Андрей. Я тоже до кучи примкнул к югославам.

Всё-таки славяне. Тем более мы их сегодня уже сделали...

Со стороны Маргариты Баденской присутствовали родители Бертольд Баденский, сын последнего рейсканцлера Германской империи и его жена Теодора, принцесса Греции и Дании и их сыновья Максимилиан и Людвиг. С той стороны так же присутствовали сестры Теодоры - принцесса Гессенская София с дочерьми Кристиной-Маргаритой и Доротеей-Шарлоттой, а также Маргарита Греческая и Датская с юным сыном Крафтом наследным князем Гогенлоэ-Лангенбургским.

Достойные всё люди... Короче, родни на целую футбольную команду...

Началось всё очень чинно. Старшие родственники уселись за стол у окна, чтобы обсудить дальнейшие действия до помолвки и свадьбы."Молодые" познакомились и сели в глубине зала рядом друг с другом в короткое основание столов составленных буквой "П". Молодёжные "команды" засадили за разные ответвления большого стола. "Англо-югославы" с примкнувшим мной сели по одну сторону от "молодых", а немецко-датская ветвь уселась напротив нас. Приглашённый фотограф уже сделал общие и индивидуальные фото у камина и теперь дощёлкивал плёнку, фиксируя расположение гостей за столами. В честь знаменательного дня знакомства молодых, а также в честь дня Маргариты, хозяева дома решили передать после этого чаепития в местный детский приют десять больших кремовых тортов, которые для фотосессии стояли на наших столах. Как я уже понял из предыдущих пикировок, то у англо-югославской "команды" возглавляемой моей дорогой спонсоршей, были определённые претензии к "немцам". В основном по поводу участия отцов и братьев оппонентов в войне на стороне Гитлера и ещё каких-то родственных заморочках... Как только фотограф ушёл, Марго, как с цепи сорвавшись, начала, обращаясь к молодым "немцам":