Нино и её призраки - Анна Теплицкая

— В справке там не видно, что ли? — я попыталась заглянуть в бумаги через ее плечо, но поймала сердитый взгляд. — Ну не помню я, что тут такого… Это сто лет назад было, ну… Может быть, принесу тогда вина? Ну пожалуйста… Как насухую-то такую скуку писать.

— Алкашка, — сказала Алиса. — Ладно, тащи.

— Грузины не алкаши, грузины — ценители.

Через полчаса резюме было написано, откорректировано и вычищено до блеска. Получалось, что я специалист в области экономики с незаконченным высшим университетским образованием, лингвист, владею английским языком на уровне advanced (это, кстати, правда, я до восемнадцати каждое лето каталась в Hedwig School), работала три года офис-менеджером у Алисы в компании…

— А если будут проверять? Вдруг спросят, чем я у тебя занималась?

— Ответишь. Офис-менеджер, это же не инженер, в конце концов. Что делала? Канцелярию закупала, билеты мне на Маврикий бронировала, руководила секретарями и курьерами, потом я тебя повысила до ассистента, вот, смотри сюда, — она ткнула графу, из которой следовало, что через два года работы сам генеральный директор назначил меня своим помощником. — Тут ты стала организовывать встречи на

высоком уровне, сопровождать меня на бизнес-конференции…

— Подожди-подожди, я запишу, — испугалась я.

— Пиши, — Алиса махнула рукой.

Когда мы наконец разместили резюме, я была пьяна на шесть баллов из десяти.

Глава 5

Я спала беспокойно, но, проснувшись, не обнаружила никакой похмельной боли. Первое, что я сделала после того, как это выяснилось, — повисла на зарядке и вытянула за провод телефон, затерявшийся в одеяле, зашла на сайт, проверить отклики или отказы. Ни того ни другого не было, как и просмотров моего многообещающего резюме.

— Охренеть можно, — расстроилась я и прокричала: — Давид! Матвей! Всем подъем!

По утрам я завела привычку делать для всех роскошные завтраки, купила секционные тарелки и выкладывала туда взбитые со сметаной яйца, огурцы в форме сердечек (нож специальный купила, не самой же выделываться) и сельдерей. В отдельную мисочку добавляла нарезанное манго и три клубничины. Это все мне надоело примерно за неделю.

Сегодняшний завтрак состоял из ломтика цельнозернового хлеба, кусочка бри и каши из дробленой пшеницы. Дети категорически отказывались от предложенного, предпочитая шоколадные шарики или ванильные подушки с начинкой из картонной коробки. Я бы с удовольствием заменила их на кукурузные хлопья прямо с полей Айовы, которые употребляет на завтрак мистер Трамп, но увы.

— Дети, до выхода пятнадцать минут, — прокричала я с кухни.

— Мам, Матвей опять заснул в ванной!

Давид, довольно ухмыляясь, сел за стол и включил телевизор. Белоснежное молоко, струей вливаясь в пузатую чашку с кругляшками, лентами окрашивалось в шоколадное. Я успела заметить, что струя брызгает неравномерно, иногда проливаясь на стол. Стиснув зубы, я быстро пошла по широкому холлу, на ходу подбирая вывернутые брюки и школьную рубашку.

— Матвей! — кричу.

Нет ответа. В ванной комнате персикового цвета шумела включенная на полную мощность вода. Персиковыми были и пушистые коврики, в один из которых зарыл ножки мой младший сын. Он действительно спал, примостившись на округлом бортике ванны, пока электрическая щетка мягко жужжала во рту.

— Ох, малыш, проснись.

Я присела на корточки и стала расстегивать на сыне пижамную кофту; красные пуговки были застегнуты как попало, от этого бампер Молнии Маккуина сильно перекосило: фара наплыла на выцветший голубой глаз, придавая машинке зловещий вид. От энергичных движений Матвей нехотя открыл сонные серые глаза, а изо рта потекли мятные слюни.

— Можно я сегодня не пойду в школу?

— Ты же знаешь, малыш, — я потянула его за руки, и он встал, пошатываясь. — Только утром сложно вставать. И потом, если ты пропустишь, кто же будет играть с ребятами в футбол после уроков?

— Маааам, не хочу я играть ни в какой футбол, — круглые глаза заволокло пеленой слез.

— Все, идем. Нужно успеть позавтракать.

Матвей еле-еле плелся за мной на кухню, отталкиваясь плечами и ногами поочередно от каждой стены, и рыдал.

— Скажи своему сыну, чтобы пошевеливался, — грубо сказала я мужу, который только что вышел из душа.

— Эй, богатырь!

Алексей Александрович, по утрам всегда энергичный и свежий, особенно на контрасте со мной. Он легко подхватил младшего сына и посадил себе на плечи.

— Пап, можно я не пойду сегодня в школу? Пап, у тебя вода, — Матвей потер ладошкой темные волосы.

— Ты что?! Мама лопнет от злости, если придется с тобой сидеть, — муж подмигнул мне, а я нахмурилась. — Она раздуется как рыба фугу из Губки Боба, ты же не хочешь этого?

— Нет там такой рыбы, — возразил Матвей.

— Доброе утро, пап! — с набитым ртом сказал Давид.

— Доброе, сына, — Алексей потрепал его по волосам. — Сегодня после школы тренировка?

Они стали говорить про отчетный бой, а я засунула в микроволновку шоколадные печенья, посмотрела на надпись «Осторожно: начинка может быть горячей» и выбросила коробку. Давид бодро рассказывал о том, что сын тренера, с которым он сегодня стоит в спарринге, хиляк.

Я раздала печенья и предупредила:

— Осторожно, начинка может быть горячей.

Алексей Александрович поставил чайник и полез в холодильник в надежде найти смородиновое варенье. Как бы не так, вчера я добавила его остатки в «Каву».

— Нино, я вернусь только седьмого числа, помнишь?

— Почему я должна помнить, если только что про это узнала?

— Я говорил.

— Ничего ты мне не говорил.

— Говорил, — терпеливо повторил он.

Поисковики не владели информацией по этому поводу, поэтому я подозревала, что все это пустая брехня, а на самом деле мой муж торгует наркотиками и возит в Азию контрабанду. Конечно, я помнила, что он говорил про эту командировку: очередное бесконечное дело государственной важности. «Последнее», — сказал он. «Почему?» Оказывается, Макс, начальник Алексея Александровича, кинул на поиск командира террористов все силы. В случае успеха Максим перейдет в главное управление генштаба куратором всего ближневосточного направления, а мой муж пойдет на повышение и станет полковником. Это означало, что уже не будет гонять по всему миру как оперативный сотрудник, а станет ответственным за стратегическое планирование.

Мне даже не верилось, что Алексей Александрович может работать в Петербурге, я этого хотела и боялась одновременно: с одной стороны, мы