Sex и ничего личного - Алайя @Linuxikk Рейс

– На каких условиях?

– Конфиденциальность. Вы не напишете жалобы и не станете распространяться об инциденте – слухи и так поползли. И ещё вам нужно поговорить с профессором Маерсом – замешаны студенты его факультета. Он в свою очередь проведёт с ними воспитательную работу.

– И всё?

– В целом – да. И, конечно, не обсуждайте это ни с кем, даже со своими новоявленными друзьями. Всё равно они уже придумали свою версию событий и будут из принципа прикрывать Миллиртона.

– Предельно ясно. Где мне найти мистера Маерса? Мне рекомендовали не подходить к нему во внеурочное время, говорят, это его раздражает.

«Его всё раздражает» – подумала Кэтрин, но произнесла иное:

– Вряд ли он захочет принять вас сейчас – уже поздно, на ночь глядя никому не захочется решать чужие проблемы. Зайдите к нему завтра, я его предупрежу! В деканате он бывает редко, ищите его в кабинете номер семнадцать на первом этаже профессорского корпуса. И мой вам совет: ведите себя учтиво и сдержанно. Сайвер не терпит неуважения!

– Это и ежу понятно.

– Мисс Миховски, держите себя в руках! – официальным тоном приструнила Надин декан Грайверса.

– Я пойду, извините меня, профессор.

Маффи лишь поджала губы, не сделав попытки остановить Надин.

Глава 5

Надин Миховски, она же Надежда Самойлова, побрела в комнату Ильзе Шваре, в которую её переселили после происшествия с Миллиртоном. Руководство колледжа посчитало, что под присмотром старшекурсницы Надин скорее адаптируется на новом месте, да и застенчивой Ильзе будет не так одиноко.

Октябрь в этом году выдался на удивление промозглым. Проучившись всего месяц, Надя начала разочаровываться в мечте, которая теперь, казалось бы, была так близко.

…Где-то в двенадцать лет, гуляя по безликим улочкам Свирьстроя, она наткнулась на плакат, с глянцевой поверхности которого гордо взирала девушка в чёрной мантии и конфедератке – она рекламировала программу MBA. Уже тогда Надя поняла, что обязательно уедет из крохотного города, окончит самый лучший университет и вылезет из нищеты. А когда встанет на ноги, то поможет бабушке и младшей сестре.

Мать Нади умерла во время родов, подарив жизнь сестренке Ане. Формально у девочек был отец, но за последние десять лет он так и не удосужился навестить их. Бабушка изо всех сил пыталась вытянуть внучек, но в семьдесят три года себя-то сложно обслуживать, не говоря о двух подрастающих непоседах.

В семнадцать лет Надя закончила школу и поступила в областной филиал лингвистического колледжа, где местный педагог вселила в неё уверенность, что ей стоит попробовать поступить в московский ВУЗ. Летом окрылённая Надя уехала в Москву – готовиться поступать и подзаработать.

Сказать, что было тяжело – это ничего не сказать. Столица явилась Наде огромной загазованной помойкой, в которой чем ближе к центру, тем ядовитей копошатся змеи, готовые вцепиться в глотку любому, кто посягнёт на их место под тёплым солнышком.

Жителям города не было дела до скромной отличницы в синих джинсах и полосатом джемпере. Но Надя знала – Москва жестокая. Два года назад её соседка Света накопила денег на билет и уехала из их городка искать лучшую жизнь. Первое время она писала о том, как ночевала на черных лестницах, питалась в церковных столовых и бралась за любую работу. Света устроилась только спустя полтора года, когда встретила приличного мужчину, который предложил ей выйти за него замуж. Полагаясь на чужой опыт, Надя приготовилась к трудностям, и всё-таки невероятно быстрый темп жизни мегаполиса застал её врасплох.

Сойдя с поезда, она позвонила Свете. Та холодно её поприветствовала и пригласила «как-нибудь встретиться и выпить по чашечке кофе». Надя почувствовала – ей не рады. Светлану можно было понять: она только-только выбилась в люди, возможно, не посвящала мужа в детали прошлого. Хотя Надя считала, что бедность не порок, но всё равно оправдывала бывшую соседку.

Поселившись в общежитии одного из подмосковных техникумов, Надя устроилась работать в кафе. Наверное, с этого начинает большинство девушек, воспитание которых не позволяет вилять пятой точкой на сцене ночного клуба.

Работа отнимала много времени, и на занятия сил уже не оставалось. Чтобы получить хоть какие-то чаевые, приходилось крутиться. Уставшая Надя доносила себя до кровати и падала замертво, чтобы в семь пятнадцать следующего утра уже ехать в маршрутке в сторону Москвы.

Внешность Нади была абсолютно заурядной, её называли серой мышкой: средний рост, серо-голубые глаза, волосы до плеч; и заколачивала последний гвоздь в крышку столь «яркого» образа новая, но дешевая одежда.

– Надин, я в шоке! Это что, сейчас так модно?..

Простите, я вас не понимаю. Обслуживающему персоналу запрещено разговаривать с посетителями на личные темы.

– Надин, ты чего? – блондинка в розовом велюровом костюме помахала рукой перед её глазами.

– У вас принять заказ?

– Миховски, ты умом тронулась?

– Извините, вы меня с кем-то путаете, моя фамилия Самойлова. Надежда Самойлова.

– Поразительно… – блондинка изумлённо открыла рот. – Вы правда меня не знаете?

– Я вижу вас впервые. Будете заказывать? – Надя приготовилась записывать пожелания эксцентричной посетительницы в блокнот.

– «Секс на пляже» – сразу, а потом штрудель с одним шариком мятного мороженого. Понятно? – блондинка посмотрела на Надю как на умалишенную. – Не с двумя, как в меню, а с одним. Я на диете.

– Да, конечно, с одним шариком, – спокойно повторила Надя. Посетительница поставила на стол коричневую сумочку-баул, пестрившую цветными буквами LV, и выудила из неё телефон. Раздраженно тыкая длинными ногтями по маленьким клавишам, она с нетерпением приложила трубку к уху:

– Надин, салют, дорогая. Занята? Как дела? А у меня просто караул! Я проколола колесо, эвакуатор уже едет, а я забрела в какое-то вшивое кафе, а тут, ты не поверишь, официантка – ну копия тебя. Я даже подумала, что твой отец окончательно спятил и отправил тебя на работу… Что? Не слышу… Конечно! Копия. Она – твоё спасение!!! Как с собой? Я что, должна посадить её к себе в машину? А вдруг она нападёт на меня? Миховски, твои идеи… Ладно!

В это время Надя как раз поставила перед блондинкой заказанный коктейль, про себя отметив, что нехорошо садиться за руль после спиртного.

– Послушайте, моя подруга хочет с вами познакомиться. Я отвезу вас к ней.

– Благодарю, но я работаю до полуночи, а после мне надо успеть на последнюю маршрутку. Не смогу поехать. Извините.

– Дорогая, ты не представляешь, от чего отказываешься, – испуганно заглядывая в глаза Наде, затараторила блондинка. – Если ты ей понравишься – считай,