Прокурор держит свечу - Эрл Гарднер

– В два часа, – подтвердил он и шутливо добавил: – Если только за это время не произойдет какого-нибудь убийства.

– Так и знала, что без подвоха ты не обойдешься, – безразлично протянула она и, чтобы последнее слово осталось за ней, тут же включила зажигание, так что Селби оставалось только захлопнуть дверцу и посмотреть вслед светлому автомобилю, рванувшему с места так, словно это была норовистая лошадь, которую всадница внезапно больно хлестнула плетью.

Глава 4

К полудню потеплело, выглянуло солнышко, как и обещало бюро погоды, которое еще в восемь утра сообщило, что надвигающаяся с побережья область низкого давления определенно положит конец холодам. Фермеры, не спавшие три дня и три ночи и едва державшиеся на ногах от усталости, попадали в постели, провалились в тяжелый сон.

А ближе к полуночи небо заволокло тучами. В два часа ночи окружного прокурора разбудил дробный стук дождя по крыше. Он встал, прикрыл окно так, чтобы дождь не намочил ковра, и почувствовал, что стало немного теплее. Дождь, припустивший изо всех сил, освежил задымленную атмосферу, принес долгожданное облегчение вконец отчаявшимся фермерам.

В четыре часа утра Селби разбудил настойчивый телефонный звонок. С припухшими от сна глазами он нашарил трубку и услышал в ней голос шерифа Брэндона:

– Дуг, здесь, в кемпинге «Кистоун», кое-какая проблема. Было бы хорошо, если бы ты сразу же приехал ко мне.

– Господи! – взмолился окружной прокурор. – Пусть этим займется местная полиция. Что там? Какая-нибудь семейная ссора с дракой или…

– В одной из хижин нашли мертвого мужчину, – объяснил Брэндон. – У него в руке пистолет, по-видимому, он кого-то подстерегал…

– Буду через четверть часа, – пообещал Селби и повесил трубку.

Он поспешно натянул на себя одежду, схватил из стенного шкафа плащ, шляпу, сбежал в гараж за машиной и, захлестываемый ливнем, поехал по пустынным улицам Мэдисон-Сити. Редких автомобилистов, проезжающих через город, обслуживали два ночных кафе на Мейн-стрит. В темноте слабо светились витрины магазинов. Из соображений экономии уличные фонари горели через один, но давали достаточно освещения, чтобы различать уже появившиеся от дождя лужи.

Селби немного покрутился по узким переулкам внутри квартала и, только выскочив на широкую улицу, помчался на высокой скорости. По ветровому стеклу монотонно шмыгали дождевики, сбрасывая вниз целые потоки воды. Яркий свет фар выхватывал из предрассветной темноты тугие струи дождя. На перекрестке у Пайн-стрит он пронесся на красный свет и уже через три минуты приблизился к окраине города. Впереди, в ста ярдах дальше, сквозь косые штрихи дождя замаячила выгнутая аркой вывеска кемпинга «Кистоун». У ближайшего к ограде кемпинга домика стояла машина городской полиции. Автомобиль шерифа Брэндона приткнулся у тротуара на другой стороне. До Селби донеслись голоса людей, время от времени в освещенных окнах маленького дома, скорее похожего на хижину, мелькали чьи-то тени.

Селби припарковался за машиной городской полиции. Брэндон, видимо, услышав, как он подъехал, тут же вышел на порог домика.

– Заходи, Дуг, – позвал он.

Прокурор вошел в комнату, где стояли две двуспальные кровати, туалетный столик с большим зеркалом и три стула. Шеф полиции Мэдисон-Сити Отто Ларкин, телосложением напоминающий гризли, небрежно буркнул: «Привет, Селби!» – и тут же обернулся к двум девушкам, которые сидели на одной из кроватей и испуганно жались друг к другу. На обеих кроватях постельное белье было смято.

Рекс Брэндон, внимательно глядя на девушек, сказал:

– Ну вот, приехал Селби, так что можно передать ему дело.

Почувствовав, что его отодвигают в сторону, недовольный Ларкин заявил:

– Эти девчонки что-то знают. Не дайте им себя провести!

Спокойно, но настойчиво Брэндон возразил:

– Ты же понимаешь, Ларкин, что мотель «Кистоун» находится за пределами города.

С возмущением глядя на шерифа, Ларкин сказал:

– Ладно, но если вы так ставите вопрос, то вряд ли в будущем вам стоит рассчитывать на мою помощь. Когда окружным прокурором был Роупер, я всегда работал с ним вместе. Я был готов сотрудничать и с вами обоими, но…

– Не выскакивай из штанов, – миролюбиво посоветовал Брэндон. – Я только сказал, что дело будет вести Селби.

– А что тут вести? – спросил прокурор.

Брэндон кивком указал на девушек. Селби внимательно присмотрелся к ним. Одна из них была блондинкой с заплаканными голубыми глазами. Когда Селби посмотрел на нее, у нее задрожали губы, и она принялась комкать мокрый платок. У второй девушки были темно-каштановые волосы и карие глаза. По ней не было заметно, чтобы она вообще испытывала какие-либо чувства. Девушка неподвижно сидела, наблюдая за каждым шагом полицейских.

Брэндон показал на блондинку:

– Дуг, это Одри Престоун, а другая – Монетт Ламберт. Девочки, это окружной прокурор, и я хочу, чтобы вы рассказали ему подробно все то, что сказали нам.

Одри Престоун беспомощно взглянула на Монетт Ламберт. Та устремила на Селби серьезный взгляд темных глаз и с полным самообладанием заявила:

– Дело в том, мистер Селби, что мы, собственно, ничего не знаем. Мы приехали сюда с двумя приятелями, Томом Каттингсом и Бобом Глисоном. Завтра собирались прокатиться с ними на яхте в Лос-Анджелес. Мы сказали ребятам, что хотим остановиться в отдельном домике. Они сразу согласились, предоставили нам это бунгало, а сами устроились в соседнем.

У них в Мэдисон-Сити есть знакомые ребята, Джордж Стэплтон и Росс Блейн, они разговаривали с ними по телефону, но мы не слышали о чем. Потом наши друзья пригласили нас в «Пальмовую крышу», в ночной придорожный клуб в полумиле отсюда. Мы отправились туда и пробыли там до начала первого. Мы ужасно устали и, конечно, не хотели, чтобы другие женщины на яхте увидели нас завтра в таком виде, как будто мы какие-нибудь драные кошки. Поэтому настояли, чтобы ребята привезли нас сюда. Здесь мы попрощались с ними, и они отправились к себе в хижину. Мы не стали долго возиться с разными там кремами и легли спать, потому что смертельно устали. Я проснулась приблизительно час назад, может, немного больше, и увидела, что из-за занавесок в доме мальчиков пробивается свет. Я подумала, что кто-то из них заболел. В это время шел сильный дождь. Я сунула ноги в туфли, накинула на пижаму пальто, пробежала к их домику и постучалась. Никто не ответил. Тогда я заглянула в окно. Между шторами была щель, в которую я смогла увидеть комнату. Разглядела нетронутые постели и чьи-то ноги, торчащие из-под туалетного столика. Я бросилась назад и разбудила Одри. Мы с ней оделись и побежали в контору мотеля. Она была закрыта, но, к счастью, рядом с конторой стоит телефонная будка. Мы позвонили в полицию. Вот и все, что нам известно.

– А где сейчас находятся ребята? – поинтересовался Ларкин.

– Не знаем.

– Вы пожелали друг другу спокойной ночи вскоре после двенадцати? – недоверчиво спросил Ларкин.

– Да.

– И как же вы попрощались с ними? – пожелал узнать не скрывающий своего скептицизма шеф полиции. – Помахали им платочками или…

Монетт Ламберт взглянула ему прямо в глаза и неприязненно ответила, не дав ему договорить:

– А как, по-вашему, девушки прощаются с ребятами, с которыми отправились в поездку? Мы их поцеловали.

– Ну вот, теперь кое-что выясняется, – удовлетворенно заявил Ларкин. – Небось потискались тут с ними, а?

– Не знаю, что вы называете словом «потискались», – произнесла Монетт Ламберт твердым, уверенным тоном, нисколько не скрывая своего отвращения к наглому полицейскому, – но мы не делали ничего, что я бы назвала словом «потискались». Мы поцеловали их, пожелали спокойной ночи, потом пришли к себе и легли спать.

– И полагаю, каждая заняла отдельную двуспальную кровать, не так ли? – ехидно уточнил Ларкин.

– Именно так, – невозмутимо подтвердила она.

Селби решил вмешаться:

– Если не возражаете, Ларкин, я займусь этим делом.

Тот отвернулся, что-то раздраженно пробурчав.

– Ребята не говорили вам, что собираются снова уехать?

Девушка оглядела Селби, явно оценивая его, и, когда заговорила, ее голос прозвучал не так сердито:

– Нет, не говорили. Мы, конечно, подумали, что они тоже лягут спать. Хотя они нам этого не говорили, но и не сказали, что хотят куда-то отправиться. А ты, Одри, ты слышала, чтобы они хоть что-то об этом сказали?

Вторая девушка энергично помотала головой, поднесла платок к глазам и тихо зарыдала. Рекс Брэндон повернулся к прокурору:

– Мы приехали очень быстро, Дуг. Перед этим я выезжал по вызову в восточный район города, поэтому был уже одет, когда звонил тебе, и сразу отправился сюда. Этот парень, которого мы с тобой встретили вчера на дороге, лежал в доме уже мертвый. Очевидно, он прятался за трюмо и кого-то ждал. В правой руке у него зажат пистолет и заранее заготовленная записка. Очевидно, собирался приколоть ее к телу своей жертвы. Записка какая-то бестолковая и…