Темная сила Вселенной - Джулия Чернеда

— Разумеется. А ты думал, я хотя бы на миг поверила, будто Совет позволит мне жить спокойно? Нет уж, благодарю покорно, я предпочитаю спать по ночам. — Я ощутила, как Барэк мысленно ощупывает незримую границу.

Я знала, к какому выводу он придет. «Приют» был крепостью против наших сородичей. Ни один клановец не мог проникнуть в это место через м'хир — и мыслью тоже. Кроме того, улыбнулась я про себя, если кто-нибудь из них попробует пробраться сюда любым другим способом, его ждет такое же разочарование.

Я включила свет — достаточно яркий, чтобы можно было разглядеть лицо собеседника. Случайные отблески заиграли на еще не просохших листьях и не успевших раскрыться бутонах вечерних цветов, вспыхивая точно драгоценные камни. Не я разводила этот сад, но его пышная растительность мне нравилась — она была для меня такой же экзотикой, как и толпы существ внизу, под нашими ногами.

— Можешь испытать мою защиту, кузен, — сухо сообщила я. — Уверяю тебя, она вполне действенна против… — Я замялась, и Барэк с радостью воспользовался наступившей паузой:

— Против любого из нас? Не бойся, Сийра. Я не собираюсь испытывать их еще раз. Я, скромный садд, довольствуюсь тем, что мы с тобой так славно ладим. — Его лицо с аристократическими чертами было открытым, выражение настороженной напряженности, которое оно хранило в зале, покинуло его, и теперь я явно видела признаки зарождающейся надежды. — Но ты спрашивала, что привело меня сюда. Я охотился за слухами о «Серебристом лисе», — не стал ходить вокруг да около мой кузен. — И искал тебя.

Я села и махнула рукой на соседний шезлонг. Вокруг было столько луж, что я в который раз мысленно поблагодарила Мерагг, которая настояла на том, чтобы в моем маленьком убежище всю обстановку сделали водоотталкивающей. И повела бровью, отказываясь поддаться очарованию клановца.

— А я, собственно, и не слишком скрывалась — по крайней мере, от таких глаз, как у тебя. Но ты ведь не спешил навестить меня, Барэк. Так почему же именно сейчас?

Улыбающееся лицо садд Сарка превратилось в маску, голос упал до шепота.

— Я сделал, как ты велела, еще тогда. Ты ведь знаешь это, Сийра. Я отказался от поисков истинного убийцы своего брата. Тебе было известно его имя, но ты не открыла его мне. — Он помолчал, потом голос клановца окреп, но в нем, как ни странно, не было горечи. — Однако Совет этим не удовлетворился, кузина, — им мало было, чтобы я прекратил крайне неудобные для них расспросы. В этом месяце мне должна была предложить Выбор дочь Зера садд Теерака. — Нетерпеливый взмах руки заставил меня проглотить готовый вырваться вопрос. — Так, одна захудалая ветвь Дома Теераков. Они обосновались на Асдершале-III. Но это была неплохая партия, по крайней мере успех мне был бы обеспечен. Потом, прямо перед тем, как мы должны были встретиться, мне внезапно было отказано.

Я поморщилась. Я поняла, что Барэк так и остался не-Избранным, в тот самый миг, как только ощутила его присутствие в «Приюте», — клановцы, не нашедшие себе пару, в м'хире несли свою всепоглощающую страсть как сигнальный флаг. Отказ был не просто обидой — он был страшным ударом по гордости.

— Ну, это еще не конец света, Барэк, — неловко пробормотала я, вспоминая, что раз за разом говорили мне самой. Бесполезные и бессмысленные слова — но ничем другим я помочь не могла. — Будет и другой Выбор…

— Не для меня! — отрезал сада, Сарк, и его сила вскипела так яростно, что я была вынуждена прикрыть не только глаза, но и свое восприятие. — Ты не понимаешь, Сийра. Это был мой третий отказ. Последний. Совет не намерен позволить мне обрести целостность — никогда. Я… — Он прикусил язык и не стал доводить до конца свою мысль, потом продолжил, тихо и вымученно: — Когда я осознал, какую игру они затеяли, то выбрал единственный оставшийся мне достойный выход. Так что теперь я изгнанник. — Я ничего не ответила, и Барэк улыбнулся — слабой печальной улыбкой, в которой не было ни тени его прежней уверенности в себе. — Не найдется ли у тебя местечка для чародея, кузина-ведьма?

— Для тебя место найдется всегда, — быстро ответила я, сопроводив слова жестом уважения и принятия на себя обязательств. — А они там все просто остолопы! — вырвалось вдруг у меня.

Мой кузен медленно кивнул.

— Особенно один из них, Сийра. Нет-нет, — добавил он поспешно, верно истолковав мое внезапное молчание. — Я подожду, пока ты не будешь готова. Я здесь не затем, чтобы бередить старые раны. Просто хочу немного побыть с тобой, как следует все обдумать. — Озорная ухмылка внезапно сделала лицо Барэка совсем молодым. — Представляешь, я даже скучал по твоему человеку — по отважному Моргану. Как он поживает? Кстати, а где он? — Он оглядел садик, как будто ожидал, что тот, о ком он говорил, вот-вот появится из-за какого-нибудь куста.

Я знала, где Джейсон Морган, — я знала это всегда. Один звук его имени отозвался в моей душе эхом, от которого затрепетала та незримая связь, что вела в самую глубину ясных и четких мыслей Моргана. Я заставила эхо смолкнуть, пока оно его не потревожило.

— Джейсон спит, — ответила я со счастливой улыбкой, которую вызвало у меня даже это мимолетное прикосновение. — Ты скоро его увидишь, Барэк, — пообещала я и больше ничего не сказала.

Кузену еще только предстояло узнать о человеке, который так сильно изменил наши жизни и навеки изменился сам.

ИНТЕРЛЮДИЯ

— Ну вот. — Крепко сбитый, с каштановой шевелюрой человек ввел в панель локатора последний показатель и с удовлетворением в ясных синих глазах потянулся, распрямляясь и одной рукой стряхивая стебельки мха с выцветшего голубого космического комбинезона. — Теперь в следующий раз мы без труда их отыщем. Пожалуй, урожай будет не хуже, чем в этом сезоне, а то и получше, как ты считаешь, Премик?

Премик, как и подобало охотнику его уровня и положения, не рассмеялся, однако уголки его губ подозрительно дрогнули.

— Я не специалист по комьям земли, — отозвался покьюлианин на вполне сносном общем диалекте и выпрямился, оказавшись более чем на голову выше рослого человека. — Спроси меня лучше о насаре. — Как и у всех представителей его обитавшего в джунглях вида, конечности Премика были тонкими как у паука, его светло-желтую кожу покрывали бородавки, а зрачки были обведены ободком того же цвета. Гуманоидным он казался лишь издали, вблизи же впечатление рассеивалось благодаря трехчленистым рукам и ногам с мясистыми выростами на каждом суставе — эту необычную особенность, присущую только половозрелым индивидуумам, покьюлиане никак не желали объяснять чужакам. Ноги у них начинались чуть пониже середины прямого торса и отходили в стороны, прежде чем изогнуться книзу. Покьюлиане обычно использовали эту часть своего тела как весьма удобную горизонтальную подставку для увесистых поясных мешков.