Танкист-3 - Константин Георгиевич Калбанов

вел беседу… Наверное с офицером. Сомнительно, чтобы он так любезничал с сержантом. БРДМ они заметили, и командир дозора вскинул к глазам бинокль пытаясь определить исходит ли от появившейся машины угроза. Ага. Похоже сообразили, что дело пахнет керосином. Командир пехотинцев замахал руками, раздавая команды, и тут же поднялась суета.

— В стволе! — доложил Туников.

Выстрел!

Получилось более чем удачно. Пули не успели разлететься слишком сильно, и накрыла участок шоссе вокруг грузовика плотным роем. По цифрам не понять, Всем ли досталось. Но то, что большинству, факт. Впрочем, с этим еще разберутся.

— Миша, вперед! — приказал Виктор.

«Бардак» рванул с места, Нестеров же не отрываясь от прицела, продолжал всматриваться в изрешеченную машину. О сопротивлении никто не помышляет. Трое все же уцелели настолько, что нашли в себе силы рвануть по убранному рисовому полю, не разбирая дороги и разбрызгивая лужи. Вероятно во время выстрела оказались за задним бортом грузовика, прикрывшим их от шрапнели. Впрочем, один из них все же зажимал рану на плече.

— Миша, стоп!

Машина вновь остановилась. Виктор выхватил из зажимов свою винтовку, одним движением сорвал чехол с оптики, и откинув крышку, вылез из люка. Дистанция порядка пятисот метров. Японцы бегут по открытому полю. Посадил галочку прицела на спину одного из них, сделал поправку, и потянул спусковой крючок. самурай запнулся, и упал в лужу, подняв тучу грязных брызг. Еще два быстрых выстрела, с гарантированным результатом. Порядок.

Осмотрел в оптику тела у машины. Триста двадцать пять метров. Видно все исключительно. Трое подают признаки жизни. Рисковать нет никакого желания. Еще три выстрела в головы. Вроде все.

— Миша, вперед, — оставшись в люке, скомандован он.

Как и предполагалось, живых больше не было. Виктор спрыгнул на дорогу, и подбежал к пилоту. Ага. Этот еще возродится. Указал на него, и приказал забросить на машину. Подошел… Все же лейтенант. И то же с возрождением в запасе. Значит и его до кучи. Есть и сержант, с возрождением. Но с ним возиться уже некогда.

— Живее забрасывайте их на броню, — приказал Виктор, забираясь в люк.

Мелькнула было мысль подобрать трофеи, ну или хотя бы пулемет. Но посчитал, что возня с этим того не стоит. Если грузовик передовой дозор, то вскоре появится и основная колонна. Счет даже не на минуты.

— Миша, разворачиваемся и ходу. Держитесь братцы, вязать будете на ходу.

А ничего они так скатались. Разгромили колонну, захватили парочку пленных. К слову, этот летчик не лейтенант какой, а целый капитан. Хм. И тоже с умением «Палач». Ну и десятая ступень по Сути, с двенадцатью тысячами избыточного опыта.

Ага. Прав он все же оказался, из-за поворота появился головной танк очередной колонны. Вот только стрелять по нему сейчас не получится. Сзади все еще возятся Туников и Ясенев. И вообще, не один же их экипаж воюет. Сейчас радист освободится, и наведут на самураев штурмовики.

Вообще-то у них боекомплект все еще сверх положенного. Упаковались для этого рейда по самую маковку, и даже больше. Настолько, что от обилия снарядов, даже особо не развернуться. Но имея такой богатый улов в виде трех языков, лучше все же вернуться к своим и передать их в особый отдел ЧВК. А там и обратно прокатиться можно будет. Ведь пока нет не то, что линии фронта, но даже японские части еще не подошли к оборонительной линии Уфу.

Укрепления занятые китайскими войсками они миновали примерно через час. Выбрали тихую полянку, сняли с брони трупы и воспользовавшись солнечной погодой, размотали шланги высокого давления. Сначала прошлись по броне струей воды, смывая грязь. Потом высушили влагу сжатым воздухом.

Спасибо баллонам под сжатый воздух. Их основное предназначение подкачка колес. Большой объем баллонов и производительность компрессора, позволяют поддерживать сразу все колеса с несколькими пробоинами от пуль. Ну и использовать некоторое дополнительное оборудование. Например для мойки машины, Насадку танкового пылесоса, или краскопульт.

Черед последнего подошел когда машину получилось просушить. Залили в емкость водоэмульсионную краску, бледно-зеленого цвета, и вперед. Затем с помощью все того же воздуха просушили.

Халтура, а не работа. К тому же краска все одно нормально не высохла, и сейчас на нее начнет садиться пыль. А тогда уж и вовсе получится отвратно. Но это ерунда. Главное, что этот слой качественно скрыл под собой артефактную окраску «Камуфляж».

Конечно он в таком состоянии не работает, словно его и нет. Поэтому, перед тем как отправится на ту сторону придется опять устроить мойку машины. Благо струя воды под высоким давлением с легкостью справлялась с водоэмульсионнкой. Лишняя суета, и трата времени. Не без того. Зато секретность соблюдена.

Глава 3

Паутина

— Ну на-адо же-э, кого я ви-ижу. Вот за что спрашивается на меня начальство взъелось. Ведь в итоге я оказался-таки прав. Сразу рассмотрел, что офицерской косточки в тебе нет.

Господи. Этот-то откуда здесь взялся. Мицкевич собственной персоной. Тот самый гад, из-за которого Виктор едва не просрочил сроки подачи документов в училище. Яркий представитель дворянства. Причем еще и ярый.

Как ни чистят ряды командного состава в вооруженных силах ДВР, стараясь изжить классовые предрассудки, получается далеко не всегда. Кто-то хорошо маскируется, кто-то держится у самой черты, не переступая за нее, а кто-то пользуется поддержкой. К сожалению, в войсках таких становится все больше.

Впрочем, справедливости ради, их негатив практически полностью сосредотачивается на офицерах не дворянского происхождения. Такие, что переносят свой гонор на рядовых, в армии не задерживаются. А то еще и под судом оказываются. Подавляющее же большинство придерживаются старой доброй истины — «слуга царю, отец солдату». То есть, служат не за страх, а за совесть. Правда, в связи с военной реформой их процент начинает понемногу уменьшаться, из-за обилия тех, кто службу лишь отбывает, и по истечении пятилетнего срока, сбежит на гражданку.

— И вам здравия желаю, товарищ поручик, — бросив ладонь к обрезу фуражки, и окидывая взглядом Мицкевича, усмехнулся Виктор.

Оно бы в морду. Но это нужно с катушек съехать. Как ни крути, перед ним офицер. И тот, факт, что они оба занимают равноценные должности командиров взводов, ни о чем не говорит. Считаешь его отношение несправедливым? Доложи по команде. А рукоприкладство, в данном случае однозначно подсудное дело.

В ДВР разрешены дуэли. Но в армии они строго регламентированы, и унтер точно не может вызвать офицера. Да и между офицерами, все не так просто.

— И тебе поздорову, унтер, — хмыкнул Мицкевич.

— Вам.

— Что?

— В армии ДВР, и в нашей частной военной компании, принято обращение на вы, товарищ подпоручик.

— Смирно! — рявкнул тот, — Ты с кем разговариваешь, унтер.

— Боря, ты вообще кукухой поехал? —