Муж на сдачу (СИ) - Зика Натаэль

— Правильно сделал. До зимы-то еще, вон сколько времени! Поправится, пусть землю тебе расчистит, — встряла Крияна. — Жалко, такой кусок почём зря зарастает! А весной ты бы насажала всего.

— Посмотрим, — уклончиво ответила Мари.

— Марита, а ты где сама-то спать будешь? — Смияда с любопытством оглядывалась.

— Да где сегодня спала — прямо здесь, — хозяйка ткнула пальцем на пол у стола. — Тюфяк постелю и лягу.

— Да, больного-то с кровати не сгонишь, — согласилась соседка, вставая. — Спасибо за угощение, идти надо. Домашние дела сами не сделаются. Вечером мой зайдёт, сколотит лежанку из лавок, чтоб тебе было, куда матрас постелить в пристройке-то.

— Спасибо! Капли, Крияна, ты просила — вот. Вам если надо, какое зелье — говорите, за помощь отблагодарю.

Через некоторое время, очень довольные собой и соседкой, женщины разошлись, а Мари, проводив их, вернулась в дом и без сил опустилась на табуретку.

Так мечтала о помощнике, и вот он у неё второй день. Только с ним ей работы прибавилось, а помощи, пока, никакой.

Вздохнув, женщина убедилась, что больной, вернее, выздоравливающий, спит, и принялась за внеплановую стирку.

Быстрее всего монотонная работа выполняется под размышления. Вот и Мари тёрла простыни мыльным корнем, жамкала, отставляла, брала следующую, а в голове один за другим прокручивались варианты.

Она собиралась снять ошейник сразу, как мужчина проснётся, но кое какие замашки потомственного аристократа заставили её крепко подумать.

Да, у неё есть магия, она не боится, что незапланированная «покупка» может ей физически навредить, но удержать его здесь одним добрым словом у неё не получится. Захочет раб уйти, хоть к себе его привяжет, мужчина всё равно найдет возможность сбежать, тем более, она всем его представляет, как свободного человека, подданного Империи.

Но ей не на кого рассчитывать, и раз уж приходится тратить время и средства на Михаэля, она вправе надеяться на благодарность. Ей нужна помощь, если она упустит этот вариант, другого работника за еду и кров ей не найти.

От земли зависит её благосостояние, экономить на себе ей уже до смерти надоело, а выходить замуж, как хором советуют соседки, предлагая свою неженатую родню, Мариэта не хотела категорически.

Ей повезло с Дерешем, очень повезло! Тогда, наткнувшись поздним вечером на ревущую в три ручья девчонку, он не только успокоил и внимательно выслушал её, но и предложил вариант избавления от неминуемой, казалось бы, участи.

— Тебе нужно уехать из Империи до испытания, я правильно понимаю? Не реви, столько воды попусту расходуешь. В пустыне, знаешь, как — каждая капля на счету и слёзы — непозволительная роскошь.

Девушка всхлипнула, с удивлением таращась на пожилого тропиндарца, но слёзы сами по себе течь перестали.

— Уехать ты можешь только с мужем, правильно?

Мариэта кивнула.

— Я, как видишь, немолод и не особенно здоров, — продолжил мужчина, — но жить одному сложно и неудобно. К сожалению, я не настолько состоятелен, чтобы какая-нибудь вдовушка согласилась скрасить мои последние годы, что уж говорить о молоденькой девушке? Никто за меня такую не отдаст. Мы оба находимся в затруднительном положении, но можем выручить друг друга.

Мари смотрела во все глаза и слушала во все уши — у неё есть выход??

— Если мы завтра пойдем в Храм и заключим союз, то ты станешь мой женой и спокойно уедешь за мужем из Империи. Никто и удерживать не станет! Я — бездарь, поэтому не смогу лишить тебя дара, чего ты так опасаешься. Я же получу преданную жену, которая окружит меня заботой и вниманием. Мы уедем в какой-нибудь небольшой городок Тропиндара, где нас никто не знает, и начнём жизнь с нового листа. Что скажешь?

— Н-не знаю, — растерянно проговорила Мариэта, — это очень щедрое предложение, ведь мне нечего вам предложить, кроме меня самой.

— Ты сама — ценный подарок. Моя первая жена умерла несколько лет назад, детей нам Единый не дал. Ты не представляешь, как я устал сам себе готовить похлёбку и стирать одежду! Когда я умру, а целители дают мне от года до трёх, тебе останется всё моё имущество. Правда, оно не особенно большое, но вместе с домом ты получишь статус вдовы, и сможешь сама распоряжаться своей жизнью.

— Разве у вас нет родственников, которые могли бы за вами ухаживать, и кому вы передали бы имущество?

— Нет, дитя, я один, как перст.

Мари потупилась, размышляя. Странный незнакомец предлагал выход, который, если он не обманывает, полностью решает её проблему.

— С кем ты живёшь? У кого мне надо просить твоей руки?

— С тетей.

— Она знает о твоём даре?

— Нет, что вы! — девушка даже испугалась. — За одарённую родственники получают много монет, тетка бы меня в доме заперла и глаз не спускала. О моём даре никто не знает!

— Как же ты до восемнадцати лет умудрилась его почувствовать?

— Мне бабушка подсказала, а потом учила. Но она умерла три года назад, с тех пор я никому не могу довериться, а заниматься ухожу в рощу.

— Так, что ты решила?

— Я не знаю. Мне страшно, — Мари открыто посмотрела в глаза незнакомцу. — Я вас час назад впервые в жизни увидела, и даже имени вашего не знаю, как я могу доверять?

— Брачная вязь тебя успокоила бы?

— Да, наверное. Но тетка захочет узнать, отчего такая спешка, ведь до испытания не так далеко, а, вдруг, я — одаренная? Она откажет, разве что предложить ей много денег. И в Храме могут заинтересоваться, зачем торопиться с браком за месяц до восемнадцатилетия.

— Есть способ сделать тебя не интересной для родни и Храма, — помявшись, промолвил мужчина. — Кстати, ты права, я не представился. Меня зовут Дереш Каррин, я — подданный Тропиндара.

— Какой способ?

— Лишить тебя невинности, тогда ты будешь бесполезна для передачи дара и, следовательно, тетка не сможет тебя продать.

Мариэта густо покраснела, так, что даже в свете Ночного Ока стало заметно.

— Сегодня ты неосмотрительно ушла в рощу, там на тебя напал бродяга и сделал женщиной, а я его спугнул. Приведу тебя домой и предложу прикрыть позор, женившись.

— Но… мне придется… вы…

— Да, лишить невинности тебя придется. Если тетку еще можно обмануть, то храмовники это первым делом проверят. Но не бойся, если ты согласна, я сделаю это почти безболезненно и не тем способом, о каком ты думаешь. Какая у тебя стихия?

— Земли.

— Значит, ты немного целитель, даже если и не училась. Посмотри на меня — увидишь, что мне недолго осталось, хворь разъедает меня изнутри, и как супруг я совершенно несостоятелен.

Потрясённая, Мари только хлопала ресницами, не зная, на что решится.

— Не давлю и не настаиваю. Подумай, я отойду на десять минут. Если решишь, что не хочешь, то просто провожу тебя домой.

Мариэта осталась одна и еле сдержала стон от рвущихся мыслей. Голова гудела и слегка кружилась.

Что ей делать, на что решиться?

Согласиться на предложение Дереша или положиться на милость Единого и ждать своей участи?

Лишиться дара? Нет, нет, только не это!

Магия ластилась к ней, как котёнок, Мари нравилось общаться с силой, взаимодействовать с растениями, слушать природу. Дар очень облегчал жизнь даже с её куцыми знаниями. Потерять его — это, как одного глаза лишиться. Или руки. Немыслимо и очень больно.

Но — замуж за первого встречного?

С другой стороны — она молила Единого найти выход, спасти её от брака с одарённым. Кто знает, может быть, Дереш — ответ Единого на её мольбы? Если она отвергнет этот шанс, будет ли у неё другой?

Отпущенное ей на раздумье время пролетело, пожилой мужчина вернулся.

— Что ты решила, девочка?

— Я… вы… Как вы лишите меня невинности? — Единый, хорошо, что темнота частично скрывает цвет её лица, и не видно выражения глаз — стыдно-то как!

— Ты согласна с моим предложением? — мужчина взял её за руку и попытался заглянуть в лицо. — Никогда тебя не обижу, а исполнять супружеский долг тебе не придется. Взамен жду только, что ты окружишь меня заботой и уютом.