Бессердечный - Сандра Мартон

Воспоминания о том, другом Рами внезапно пробудили в его душе бурю эмоций, и его еще больше возмутило холодное равнодушие женщины, которую любил его брат. Некоторые люди сильнее расстраиваются при виде сбитого на шоссе животного, чем она сейчас.

— Черт побери, — пробурчал он. — У вас что, нет никаких чувств?

Ее глаза снова заискрились синим огнем.

— Чья бы корова мычала…

Выругавшись себе под нос, Карим крепче вцепился в ее плечи.

— Отпустите меня!

Она ударила его кулаком в бок. Тогда он схватил обе ее руки одной рукой и прижал к своей груди.

— С Рами вы были такой же? — бросил Карим. — Его вы тоже сводили с ума?

Он привлек Рейчел ближе к себе, схватил свободной рукой ее за подбородок, наклонил голову…

И остановился.

Что он делает? Это совсем на него не похоже. Он не из тех мужчин, которые пользуются слабостью женщины против ее воли. Какой бы корыстолюбивой и бесчувственной она ни была, как бы сильно она его ни разозлила, он не имеет права так с ней обращаться. Он отпустил ее, сделал шаг назад и прокашлялся.

— Мисс Доннелли, — осторожно начал он. — Рейчел.

— Убирайтесь! — Ее голос дрожал, глаза были огромными, как блюдца. — Вы меня слышите? Вон отсюда!

— Рейчел?

Карим повернулся лицом к двери. На пороге стояла полная женщина средних лет с приятным лицом. Она перевела взгляд с Рейчел на него, затем обратно.

— У тебя все в порядке, милая?

Рейчел не ответила. Посмотрев на нее, Карим обнаружил, что она бледна как полотно, а ее грудь часто вздымается и опускается.

— Миссис Грей, — еле слышно прошептала она. — Вы не могли бы зайти попозже?

— Я сначала подумала, что это он. — Миссис Грей нахмурилась. — Другой цвет волос, но телосложение такое же. Ты поняла, кого я имею в виду? Иностранца. Реймонда? Рашида? Рази? Как его там?

— Нет. — Рейчел покачала головой. — Вы ошиблись. Мне неудобно вас просить, но не могли бы вы…

— Будь осторожнее. Этот мужчина, безусловно, хорош собой, но кто знает, что у него на уме.

— Миссис Грей. — Голос Рейчел стал неестественно высоким. — Нам с этим… этим джентльменом нужно закончить один важный разговор. Затем я…

— Прости, милая, но я опаздываю. Моя дочь ночевала у меня. Ей сегодня в утреннюю смену. Я отвезу ее на работу, чтобы ей не пришлось ждать автобус. Сама знаешь, что в такую рань они не часто ходят. — Ее взгляд снова задержался на Кариме. — Это твой новый ухажер?

— Нет, — холодно ответил он. — Я не ухажер мисс Доннелли.

— Жаль. По-моему, вы хороший человек. Не то что Рази. — Женщина покачала головой: — Все же у меня еще остается маленькая надежда на то, что он вернется и поступит как порядочный…

— Мама? За тобой не угнаться. Ты неслась вверх по лестнице как метеор, — донесся с порога веселый женский голос.

К миссис Грей подошла полноватая девушка, очень похожая на нее. В руках у нее что-то было. Сверток? Одеяло? У Карима перехватило дыхание. Рейчел тихо застонала.

Это был младенец!

— Вы тоже считаете, что Рази одумается и вернется к малышу и его мамочке? — спросила миссис Грей Карима.

Вместо ответа, он посмотрел на Рейчел Доннелли. Женщина, которая никак не отреагировала на известие о смерти Рами, дрожала как осиновый лист.

Карим осторожно взял ребенка, вежливо поблагодарил женщин и закрыл за ними дверь. Затем он внимательно посмотрел на малыша и увидел глаза и нос Рами.

И рот Рейчел Доннелли.

Глава 3

Земной шар словно замер на своей оси.

Кариму пришлось сделать над собой усилие, чтобы набрать воздуха в грудь.

То, о чем он подумал, невозможно. Этот ребенок не имеет никакого отношения к его покойному брату. Похожий цвет глаз и форма носа. Ну и что? У всех младенцев голубые глаза, а что касается носа… Разве мало в мире людей с такими носами?

Карим сделал еще один вдох.

Он слишком долго занимался делами Рами. В этом вся проблема. После гибели брата привычный распорядок его жизни нарушился. Рами часто его дразнил, называл роботом, говорил, что жить по распорядку скучно. Но распорядок дня для человека — это как показания приборов для пилота. Подъем в шесть утра, зарядка, завтрак в семь, начало рабочего дня в восемь. Он слишком долго нарушает этот распорядок, летая из одного конца света в другой и узнавая нелицеприятные вещи о своем брате.

Если бы у Рами был ребенок, Карим бы узнал об этом раньше. Его брат не смог бы утаить от него такое.

— Ба, — пролепетал малыш, — ба-ба-баа…

Карим уставился на него. Разве удивительно, что Рами не сказал, что у него есть сын? О своих долгах он тоже никогда не упоминал. Никто не любит говорить о своих ошибках. А ребенок, рожденный вне брака, это определенно ошибка. Рами презирал условности, но понимал, что младший сын короля может взойти на престол, если с его старшим братом что-то случится. Поэтому даже ему следовало придерживаться определенных правил поведения. Если бы новость о незаконнорожденном ребенке Рами достигла Алькантара, там разразился бы скандал. Отец мог бы отречься от своего сына, изгнать его из королевства.

Итак, это ребенок Рами, причем незаконнорожденный. Среди бумаг брата Карим не нашел свидетельства о браке. Там были только водительские права с истекшим сроком действия, чековые книжки и, разумеется, бесчисленное множество счетов и долговых расписок. Никакого намека на наличие жены.

Рейчел Доннелли стояла перед ним неподвижная, словно мраморная статуя. Взгляд ее был прикован к ребенку, которого он держал на руках.

Нет. Рами не женился на ней. Он не отличался благоразумием, но вряд ли связал бы себя обязательствами с женщиной вроде нее.

«Таких женщин, как она, выбирают в любовницы, а не в жены», — подумал Карим.

Она красивая, пылкая и бессердечная. Его брату это сочетание могло казаться сексуальным. Ему — нет. Но речь сейчас не о нем.

— Отдайте мне ребенка.

Ее тихий голос напоминал писк, но румянец вернулся на лицо. Почему она так разволновалась, когда принесли малыша? Если он действительно сын Рами, она могла бы извлечь из встречи дяди и племянника выгоду для себя.

— Отдайте мне его!

Почему она до сих пор с ним не связалась? Ответ может быть только один: она думала, что Рами к ней вернется. Он поэтому ее бросил? Из-за того, что она забеременела? Было бы ужасно, если бы Рами бросил своего ребенка на произвол судьбы, но после всего того, что Карим узнал о брате, он бы ничему уже не удивился.

Как мог Рами допустить зачатие внебрачного ребенка? Почему он не предохранялся? Может, эта женщина его соблазнила, заставив забыть обо всем на свете? Но Карим не был наивным. Рожденный в богатой аристократической семье, он знал о хитростях, с помощью которых женщина может заманить мужчину в ловушку. Его собственная мать уже была беременна, когда выходила замуж за его отца. Конечно, ему никто не говорил об этом прямо, но он умел считать. Когда он впервые произвел в уме несложный подсчет, ему стало ясно, почему брак его родителей развалился.