Список Ханны - Дебби Макомбер

Я уже знал конец истории.

— Я подождал, когда они присядут, а потом осветил их фонариком.

Я усмехнулся. Ричи всегда был шутником.

— Не представляешь, как они завопили! Они перебудили пол-лагеря. Люди решили, что в кемпинг пробрался медведь. Такой переполох они подняли.

Ханна рассказала мне эту историю, когда мы с ней только начали встречаться. Прежде я находил это очень смешным. Но сейчас с трудом выжал улыбку. Может быть, Ханна права, пора мне снова научиться смеяться.

— Позвони Уинтер. — Ричи был настойчив.

Как будто это так легко. Я понятия не имел, что скажу, с чего начать.

— Ты часто ее видишь? — спросил я.

— Очень редко. Жизнь — странная штука, знаешь ли.

— Это ты мне говоришь?

— Наши семьи были очень дружны, когда мы были детьми. А сейчас, хотя работаем и живем в Сиэтле, и мы и она, встречаемся только на свадьбах и похоронах. — Он поморщился, сожалея о сказанном.

— У меня похожая история со своими кузенами. Каждый занят своими делами и заботами. Как-то разобщились, и теперь трудно восстановить связи.

— Позвони ей, — снова настойчиво сказал Ричи.

— Что ж, если мы с ней будем говорить о Ханне, может, все не так плохо.

— Но лучше будет… — И Ричи замолчал.

— Что?

— Зайди к ней.

— Домой?

— Нет… в этот ее ресторан. Не помню, как он называется.

— «Французское кафе».

— Да, вспомнил. Не знаю, почему она так его назвала. Наши корни в Англии, а не во Франции.

— Причина, наверное, в меню. Там подают вкусные круассаны.

— Ты хочешь сказать, что был там?

— С Ханной. Мы ходили несколько раз. Кафе находится на Блоссом-стрит.

— Слушай, старик, да это же недалеко отсюда! Ты можешь зайти вроде как между прочим, по пути на работу. Если позвонишь, это будет как-то нарочито. А зайти в кафе — это вполне естественно.

— Ты прав.

— Хочешь, пойду с тобой?

Нет. Не хватало еще, чтобы шурин держал меня за руку на первом свидании. Если получится, хорошо. А нет — так и не надо.

Мы приняли душ, переоделись и отправились на работу. Ричи — мануальный терапевт. Его офис находится к северу от центра, а мой здесь, на улице, которая выходит на Пятую. Блоссом-стрит в нескольких кварталах отсюда. Недалеко от Пилл-Хилл, где стоит шведский госпиталь и несколько других медицинских учреждений.

Мы расстались, и я быстрым шагом направился к кафе. Мой офис открывается в восемь, времени оставалось немного, а мне хотелось поскорее развязаться с этим делом. «Французское кафе» я увидел, едва завернув за угол Блоссом-стрит. Народ входил и выходил, по утрам кафе делало неплохую выручку. Ханна порадовалась бы за кузину. Мне нравилось это место, с полосатым навесом и столиками на улице. Уверен, что их не было, когда заходили мы с Ханной. К прилавку выстроилась очередь примерно в десять человек, я присоединился. Заметил, что обслуживают один кассир и одна официантка за прилавком. Нетерпеливо взглянул на часы — времени оставалось мало, но и уходить ни с чем не хотелось. За стеклянным прилавком был представлен большой выбор выпечки — от круассанов до пончиков и сладких булочек с изюмом и фруктами. Остановил выбор на латте с круассаном. Впрочем, мои мысли были не о завтраке. Когда наконец подошла моя очередь, у меня слегка кружилась голова и подташнивало от волнения.

— Кофе и круассан, — заказал я. Так будет быстрее.

— Кофе большой?

— Средний.

— Оставить место для сливок?

— Я пью черный.

Доставая бумажник и чувствуя, как участился пульс, спросил:

— Кажется, Уинтер сейчас нет? — В горле у меня так пересохло, что я с трудом выговаривал слова.

Официантка взглянула на меня.

— Минутку, я сейчас узнаю.

Я видел, что очередь за мной недовольна задержкой, и отошел от прилавка к кассе, пока девушка отсутствовала. Она быстро вернулась и покачала головой:

— Еще не пришла.

— О! — Прозвучало глупо. Даже я понял это.

— Хотите оставить для нее записку?

— О… да. Пожалуй.

Она протянула мне блокнот и ручку. Я взял и вместе с кофе и круассаном пошел к свободному столику. Пока я решал, что написать, кофе остыл. Я уже опоздал на работу. От усилия придумать хоть что-нибудь я взмок. Как бессмысленно! Мне нечего написать этой женщине. Дурак я, послушал Ричи. Рассердившись на себя, я вернулся к прилавку и протянул обратно пустой блокнот.

— Просто скажите Уинтер, что утром заходил доктор Майкл Эверетт.

— Обязательно, — дружелюбно улыбнулась девушка.

— Спасибо, — промямлил я, выбросил смятые салфетки в мусорную корзину и вышел из кафе, от души надеясь, что не столкнусь с Уинтер на Блоссом-стрит.

Жалея о потерянном времени, я пошел в офис. Мы держали клинику втроем; два моих партнера, Патрик О'Мэлли и Иветт Шор, как и я, имели каждый свой офис и медсестру. Моя — Линда Барклей — работала со мной с самого начала. Остальной штат был общим — секретарь в приемной, еще два служащих, они занимались заполнениями различных форм, страховками и прочим.

Линда сделала вид, что не заметила моего опоздания, за что я был ей благодарен. Хотя по ее озабоченному виду можно было догадаться, что она беспокоилась. Я так давно не опаздывал, что причина могла быть только исключительной важности. Надев белый халат, я направился по коридору в один из кабинетов для обследований, где меня уже ждал первый пациент. Усилием воли отогнал все мысли о кузине Ханны и сосредоточился на работе. В этот день не было никаких экстраординарных случаев: несколько вакцинаций, плановых осмотров и один пациент с ангиной.

После приема я прошел в свой кабинет и сделал несколько важных звонков, как обычно делал во второй половине дня. Потом занялся предписаниями, которые требовали обновления, просмотрел результаты анализов и еще проделал много дел, требующих моего внимания. Я часто оставался на работе еще два-три часа после того, как остальные покинут офис. Но поскольку у меня не было причин спешить домой, это меня не волновало. Спокойная рутина обычного рабочего расписания успокаивала и отвлекала от тяжелых мыслей о пустом доме.

Несколько розовых листочков были аккуратно прикреплены к моему столу. Я отложил их в сторону, решив просмотреть по окончании работы.

Был уже седьмой час, когда я занялся ими. На последнем аккуратным почерком Линды было написано: «Звонила Уинтер Адамс. По личному делу». И внизу был указан телефонный номер.

Глава 4

Мэйси Роз лихорадочно рылась в вещах, раскиданных по всей спальне. Должна же быть где-то мексиканская юбка с оборками! Надо наконец прибраться. Двигаясь по комнате в поисках белой юбки, Мэйси в который раз давала себе слово, что обязательно займется этим. На голом матрасе широкой кровати было стопкой сложено чистое постельное белье, еще теплое после сушилки. Придется заправить постель уже вечером, вот только Мэйси не была уверена, когда вернется домой. Убирать постель она терпеть не могла — зачем делать это по утрам, если вечером все равно туда ложиться! То же и с посудой. Но выхода нет, домашние дела накапливаются, и она не успевает с ними справляться.