Большой куш - Данил Корецкий

Начальник районного угрозыска майор Ивашин стоял возле экскаватора, к нему то и дело подходили опера, он выслушивал их, давал указания, и они опять убегали. «Американцы» подошли к коллеге, обменялись рукопожатиями.

– Ну, что у тебя?

– Да ничего! – раздраженно ответил тот. – Подворный обход результатов не дал: или никого не было дома, или были, но спали, а если не спали, то все равно ничего не видели и не слышали… Да и работяги ничего толкового не сказали, хотя видели их вблизи…

Васильев кивнул.

– Обычное дело. Сейчас никто не хочет оказаться в свидетелях.

– И правильно делают, – буркнул Степанов. – Кроме хлопот и проблем это им ничего не даст.

Начальник УР поморщился.

– Правильно или неправильно, а раскрывать нам. И по голове получать нам. А если на них давить – сами знаете, что получится…

Это все знали. Начнут говорить то, чего от них ожидают. А потом писать жалобы. В результате дело только запутается, а опера опять-таки получат по голове…

– Всех обошли? – спросил Степанов.

– Почти, – кивнул Ивашин. – Ну, может, еще найдем кого-нибудь. Вот, в конце улицы, хозяев нет дома. Может, придут.

– Только если их нет дома, что они видели? – поинтересовался Васильев.

– Сейчас нет, а утром могли быть, – невозмутимо ответил майор. Вряд ли он сам верил в то, что неожиданно объявятся ценные свидетели, мечтающие помочь полиции, но его задача – представить объяснения от всех жителей улицы, а за их содержание он не отвечает. Ну, не видели люди ничего, что мы можем сделать?!

– Ладно, удачи! – «Американцы» снова пожали коллеге руку. – Будет что интересное – отзвонись.

– Ладно, – мрачно глянул Ивашин. – Вы будете заниматься?

– Скорей всего, – кивнул Васильев.

– С чего ты взял, что нас подпишут? – спросил Степанов товарища, когда они отошли в сторону.

– Ты ж видишь, что творится, – тот обвел рукой вокруг. – Не каждый день такие нападения. Не районщикам же его раскрывать…

– Ну, я думал, город займется. Или областной отдел разбоев и бандитизма…

Но прав оказался Васильев. К ним подбежал Бобров и скороговоркой выпалил:

– Давайте быстро – генерал зовет!

Козубов встретил их приветливо, поздоровался с каждым за руку. Генерал вообще был демократичным с подчиненными, а уголовному розыску, по старой памяти, откровенно симпатизировал.

– Занимайтесь этим делом, парни, – сказал он. – Больше мне доверить его некому. Коренев выработался, а молодежь еще не подросла. На кону восемьдесят миллионов государственных денег, сами понимаете, какой будет с меня спрос…

Генерал недавно вернулся из отпуска, и его холеное лицо было покрыто ровным, явно не черноморским загаром.

– А я с вас спрошу, да с ваших начальников, – Козубов показал на стоящих рядом и преданно поедающих его глазами Синеватого и Боброва. – Это вам ясно?

– Так точно, товарищ генерал! – за всех отрапортовал Синеватый. И повернулся к «Американцам»:

– Что стоите? Идите, работайте!

– Есть! – четко ответили те, только руки к шляпам не приложили – по нашим уставам не положено. Так же четко повернулись и отошли.

– Я знал, что без нас не обойдутся, – сказал Васильев. – Областники больше контролировать любят, и указания давать.

– Загар у генерала видел? – спросил Степанов. – Видно, в Турции отдыхал.

– Скорей, где-нибудь покруче, – уточнил напарник. – Хотя выезд-то нашему брату запретили…

– Кому запретили, а кому и нет, – буркнул Степанов, осматриваясь вокруг. – Смотри!

Он качнул головой в сторону.

– И что?

– Вон там голубятня.

– Так она ж далеко!

– Зато с нее все видно.

– Ну, что ж, пойдем, посмотрим.

«Американцы» пробились сквозь толпу зевак, обошли квартал и зашли на соседнюю улицу. Покосившийся дом с голубятней окружал довольно хлипкий забор с давно не крашенной калиткой и полустертой цифрой «7» посередине. Степанов нажал кнопку звонка. Во дворе залаяла собака.

– Кто? – раздался надтреснутый голос.

– Полиция, – внушительным басом ответил Степанов.

– Сейчас открою.

Через минуту пес перестал лаять, калитка распахнулась. На пороге стоял высокий пожилой человек с растрепанными седыми волосами. Когда-то он имел крепкое телосложение, но сейчас наброшенный второпях, вконец выношенный коричневый пиджак обвисал на плечах. Выцветшие голубые глаза выжидающе смотрели на полицейских.

– Вы случайно не видели, что произошло там? – Степанов показал большим пальцем через плечо. Он не надеялся на положительный ответ и спрашивал для очистки совести.

– Как не видел? – удивился мужчина. – Это же я позвонил в полицию!

– А чего не назвались? – спросил Степанов. – В журнале записано: «Анонимный звонок».

– Да потому, что не хочу, чтоб меня по судам затаскали. И вообще, в наше время лучше не идти в свидетели, особенно по такому делу. И застрелить могут, и дом сожгут…

«Американцы» переглянулись. Старик был прав, но поддерживать такой настрой нельзя. Тем более что им нужно было прямо противоположное решение.

– Ну, почему же, – сказал Степанов. – Во-первых, свидетелям редко мстят…

– Ну, если эта редкость выпадет на меня, то будет не очень весело, – резонно возразил хозяин.

– Как вас зовут? – сказал Васильев.

– Федор Степанович, Игнатов.

– Вот что, Федор Степанович, а давайте вы нам расскажете все без протокола? А если понадобится, тогда уже вас следователь вызовет и допросит.

– Нет, к следователю я не хочу, – ответил Федор Степанович. – А вам здесь могу рассказать. Приватно, конечно.

– Ну, давайте приватно, – усмехнулся Степанов, подивившись, что старик знает столь мудреное слово.

– Я как раз на голубятне был, услышал, вроде как, удар какой-то… Потом оказалось, что это они машину взорвали. Ну, я спустился, подошел, там уже никого не было. Я побежал, позвонил и больше не возвращался туда…

– Ну, а вы видели, кто это сделал?

– Я видел, что там толклись, вроде как, рабочие: черные комбинезоны, каски, на мордах респираторы… Еще подумал: зачем? Вроде от пыли наши люди никогда не берегутся, может подземного газа опасаются?

– А потом что? – поторопил Степанов.

– После взрыва они перетягали мешки, бросили в тачку и побежали за угол. Завернули, а там погрузились в машину…

– Какую машину? – уточнил Степанов.

– А шут ее знает, по-моему, не наша, иностранная. Черного цвета. Не новая – заднее крыло помято справа. Как будто он об столб теранулся…

– Ничего себе! – удивился Васильев. – Как же вы это рассмотрели на таком расстоянии?

– Так я ж в бинокль смотрел, – пояснил Федор Степанович.

– Ну, и что вы еще видели?

– Да больше ничего. Правда, когда они в машину садились, то каски поснимали и эти намордники тоже сбросили.

– И что?

– Да ничего, просто двое рыжие были, я еще удивился – в одной банде сразу двое рыжих…

– А сколько их всего?

– Четверо или пятеро, – сказал Федор Степанович. – Нет, точно пятеро. Пятый их потом догнал.

– А в лицо вы их запомнили?

– Да нет, какой в лицо… Разве до того было, чтоб запоминать? Оно все быстро…

– А номер машины?

– Да и номер машины не догадался посмотреть. А может, его и видно бы не было. Она ж низко сидит за заборами, не рассмотришь отсюда.

– Ну, хорошо, – Васильев записал его слова в блокнот, и они попрощались.

– Двое рыжих, – сказал Васильев, когда они возвращались к месту осмотра. – В общем-то, это броская примета.

– Да, сразу двое – пожалуй, – кивнул Степанов. – Может, это Хвосты?

– Слишком просто получается.

– Ты же знаешь, что сложные ограбления бывают только в кино. А для Хвостов это привычная линия…

– В общем, да!

– Тогда давай доложимся Синеватому, и поедем Хвостов отрабатывать.

– Давай.

Доложив начальнику отдела, оперативники поехали в управление, залезли в базу данных, нашли братьев Хвостовых. Судимы за разбойное нападение и грабежи. Цвет волос – рыжий. Освободились недавно: старший полгода назад, а младший и вовсе только два месяца. Проверили, на всякий случай, остальных рыжих подучетников. Их оказалось не очень много, а сразу двоих, которые поддерживали бы между собой какие-то отношения, вообще не было.

– Похоже, след горячий, – сказал Васильев. – Возьмем СОБР, поедем за ними?

– Думаешь, они тебя сидят и ждут? – ответил Степанов. – Надо не так, надо аккуратно проверить адрес, негласно.

– Тоже верно.

– Ну, хорошо. Так и сделаем – пошлем человечка под видом почтальона или сантехника.

– Давай попробуем.

Но в адресе Хвостовых не оказалось.

– Залегли где-то, – Васильев сдвинул шляпу на затылок. – Надо всех «дятлов» поднимать.

– Поднимем, – сказал Степанов. – Только завтра – я на сегодня отстрелялся. Заберешь меня завтра от Аленки? Я машину возле Управы брошу, чтобы не светиться. А если Ольга будет звонить, то я в засаде…