Временно женаты (СИ) - Снатёнкова Алёна

— Ты меня слышишь? Пристегнись, — говорит уже более серьезно и спустя секунду добавляет: — Отлично. Не пристегивайся. Но, если мы врежемся, я не буду соскребать тебя с асфальта.

Не смотря на него, демонстративно откидываю волосы назад, показывая ремень безопасности, который прижимает меня к сиденью.

— Если ты будешь за дорогой следить, тогда мы ни в кого и не врежемся.

Хорошо, что его телефон снова звонит, не давая парню возможности ответить. Хотя, может, он и не думал отвечать. Судя по его серьезному виду, он вообще не любитель разговаривать.

— Слушаю, — следует четкий ответ, словно парень считает, что буквы платные.

— Максим Викторович, хочу вас предупредить, здесь Зайцев, — извиняющимся тоном говорит мужчина, и, судя по тому, как напряглись костяшки пальцев Максима, встречаться с Зайцевым ему совсем не хотелось.

— Где вы? — переспрашивает Максим, перестраиваясь на другую полосу.

— Возле шлагбаума. Я вышел встретить вас, а он как раз… Да, Сергей Григорьевич, он уже подъезжает. В общем, Максим, вы сами все слышали.

Парень за рулем морщится, и от него так и веет раздражением вперемешку со злостью. А у меня мороз по коже от этого эмоционального коктейля. Не хотелось бы мне стать причиной его злости и попасть под раздачу. Беда тому, кто захочет.

— Ты можешь высадить меня и ехать на свою встречу, — говорю, пальцем показывая в лобовое стекло. — Прямо здесь или на остановке.

— На это нет времени

— Я думаю, что есть. Слушай, я же вижу, что ты не хочешь видеть Зайцева, но что-то обязывает тебя с ним встретиться. Идеальный выход: если ты опоздаешь, он уедет. И тогда не придется общаться с неприятным для тебя человеком.

— Если я опоздаю, это сыграет на руку старику.

— Ну и что?

Зачем я, вообще, лезу не в свое дело?

— Ты всегда такая разговорчивая?

— Я? Не-е-ет. Обычно когда сильно нервничаю или пытаюсь кого-то отвлечь. Сейчас, например, тебя отвлекаю, чтобы ты не впал в панику и не врубился в бензовоз. О, пальцы уже расслабил. Кажется, похороны отменяются.

Видимо, шутка про похороны не самая удачная из всех возможных, потому что Максим морщится и зачем-то дает по газам, отчего мне приходится схватиться руками за сиденье и просто вжаться в него.

Как отмотать время назад и сказать другие слова?

— Почему ты не хочешь встречаться с этим человеком?

Конечно, мой нос снова в чужой тарелке, но это лучше, чем трястись от страха.

— Он считает, что мне нельзя доверять решать проблемы компании.

— А ты сможешь их решить? Почему ты в этом так уверен?

— Потому что я уверен в своих возможностях. Знаю, что дело выгорит и закроет все косяки моего брата.

Я не шевелюсь, когда он говорит. В какой-то момент понимаю, что мне приятно с ним разговаривать и слушать его голос. После этого понимания до боли прикусываю нижнюю губу. Надо прекращать на него смотреть. Хоть он и сказал, что не знает Шамову, но еще не объяснил, откуда ему известно, как меня зовут.

— Почти приехали, — зачем-то объясняет, выруливая к бизнес-центру.

Около шлагбаума стоит несколько черных машин и, кажется, ждут они именно нас. Вернее, Максима. Пухлый дядька, которого я почему-то сразу называю Зайцевым, стоит поодаль, общаясь с высоким парнем в зеленом пиджаке.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, о чем говорят их глаза, но мужчины слишком далеко от нас, невозможно понять, что они из себя представляют.

— В машине останься, — объявляет Максим и отстегивается. — Если нужно, сообщи брату, где ты находишься. Он же искать будет.

Это он сейчас так пошутил?

Надо признать, с юмором у человека проблемы. Как и у меня, в принципе.

Максим

Встречаться с Зайцевым я не планировал. Разговор с ним должен был состояться после общения с остальными акционерами. Но одно дело — планировать и представлять, как все пройдет гладко, и совсем другое — общаться, заранее зная, что тебя пошлют. А он именно так и поступит. После его последней встречи с Яном, который склеил племянницу Зайцева, а потом сделал вид, что первый раз ее видит, старик решительно настроен выбить кресло из-под моего зада. Старик скорее руку себе откусит, чем позволит кому-то из Демидовых принимать решения относительно компании.

Мне показалось или, перед тем как выйти из машины, Лера пожелала мне удачи?

Смешно. Смешно на удачу надеяться.

Она об этом не знает?

Пытаюсь понять, зачем в машину ее посадил, только ничего не выходит. Просто увидел, просто проводил, просто увез. Нет объяснений. Наверно, мне не хотелось скандала в своем отеле. Почему-то представил крик Шамовой на Валерию и решил его предотвратить. Потом еще за сумкой поперся, не обращая внимания на удивленный взгляд Ангелины и муженька Ларисы, который в кулак ржал, смотря, как я прохожу мимо него с женской сумкой в руке.

Мерзкий тип. И это вкус Левицкой?

О чем я только думаю?

Оставляю Леру в машине и иду по тротуару в сторону скамеек, возле которых стоят Зайцев Сергей Григорьевич и адвокат компании Андрей. Удивительно, но Андрей — единственный человек, которого я не хотел уволить после того, как приступил к работе. Если все остальные работники халтурили, смеясь над Яном и его правлением, адвокат пытался предотвратить катастрофу.

— Максим, какая приятная встреча, — Зайцев хлопает меня по плечу, будто мы в одной бане паримся каждые выходные, стегая друг друга вениками.

— Вы сами ее организовали, — пожимаю плечами и оборачиваюсь, смотря на свою машину.

Не сбежала. Лера сидит на прежнем месте. Почему не уходит?

— До меня дошла новость, что ты хочешь поговорить с акционерами. Есть какие-то вопросы?

— Скорее просьба. Не мешайте работать. Своим желанием контролировать каждый мой шаг вы только усугубляете ситуацию.

Признаю, мой тон сложно назвать деловым, но я и не маленькая девочка с бантиками, которая намеревается всем понравиться.

— Максим, я понимаю твое возмущение. Сам бы не хотел, чтобы меня держали за… — замолкает, не договаривая фразу, которая и так понятна всем. — Ты пойми, лично к тебе ни у меня, ни у остальных акционеров претензий нет. Но… Слушай, скажу тебе как есть: мы внимательно следили за твоим братом и сделали некоторые выводы: мы хотим, чтобы во главе компании стоял серьезный человек, который своими выходками не опозорит наши фамилии.

А я кто? Клоун? Стендапер из телевизора?

— Который не загремит в КПЗ и не устроит дебош в ночном клубе, — тут же продолжает, видя мою реакцию. — И который не бросит все и не улетит в Европу. Максим, мы уже люди взрослые, жизнь повидали, шишек набили.

— Сергей Григорьевич, к чему вы клоните?

— Думаю, он хочет сказать… — заговаривает Андрей, но Зайцев его перебивает:

— Мы хотим видеть во главе компании семейного человека. Семья — самое важное в жизни. Без своей жены я бы ничего не добился. Аля — моя опора и поддержка. А ты, как я знаю, закоренелый холостяк, который…

Синхронно мы все оборачиваемся на сигнал машины. Моей машины. Даже на расстоянии видно испуганное лицо Валерии. Кажется, она сейчас пытается сползти на пол, ну или рассыпаться на атомы.

— Это с тобой? — интересуется Зайцев, продолжая наблюдать за Левицкой.

— Холостяк, который считает, что и без жены может со всем справиться, — договариваю, игнорируя его вопрос. — Для того чтобы управлять компанией, мне не нужна жена, Сергей Григорьевич.

— А в машине сидит, случайно, не твоя невеста?

Что? И откуда эта надежда в его голосе?

— Нет.

— Жаль, это бы многое упростило, — разочарованно говорит старик и оборачивается на меня. — В общем, ты понял нашу политику. Извини, но все твои решения должны проходить через нас. Или, может, ты…

— Женюсь только ради того, чтобы вам стало проще мне доверять? — морщусь, понимая абсурдность предложения. — Нет. Для этого можно придумать другие варианты.

— Тогда давай работать с тем, что есть. — Старик снова хлопает меня по плечу, направляясь к машине. — Кстати, а девушка — хороша. На Алю мою похожа в молодости. Номером поделишься? Сына женить хочу, а то он у меня дурной, как твой братец.