Золото: деньги прошлого и будущего - Льюис Нейтан

В последнее время мы вновь наблюдаем, как растут ряды сторонников стабильных денег. Правительства и центральные банки большинства стран единодушно выступают за стабильные деньги — особенно после того, как многие экономики были до основания снесены крахом национальной валюты. Приведем несколько хорошо известных примеров: Мексика в 1994 году, Таиланд, Корея, Индонезия и Филиппины в 1997 году, Россия и Бразилия в 1998 году, Япония на протяжении всех 1990-х, Турция в 2001 году, Аргентина в 2002 году, Германия в 1920-х годах, Латинская Америка в 1980-х; 1970-е годы выдались тяжелыми для всех без исключения. Правительства и народы в один голос заявляют о необходимости надежных денег, стабильных денег, всегда неизменных денег, сверхустойчивых денег, которые не преподнесут сюрпризов, не станут через день менять курс, порождая бесконечный хаос и высасывая из экономики все соки, а послужат прочной опорой для всей системы экономических отношений. Политики с этим полностью согласны. Однако проблема состоит в том, что, во-первых, никто толком не знает, что такое стабильные деньги. Во-вторых, никто не знает, как добиться этой стабильности и поддерживать ее.

Даже самый поверхностный экскурс в историю покажет, что плавающие курсы валют — явление совсем недавнее. Оно возникло 15 августа 1971 года — в тот день, когда Ричард Никсон отменил привязку доллара к золоту, разрушив мировую валютную систему, созданную Бреттон-Вудским соглашением. В течение трех столетий до событий 1971 года мир по большей части пользовался стабильными деньгами. После 1971 года, а точнее, после ряда мер в конце 1960-х — начале 1970-х годов, со стабильными деньгами было покончено. Со времен промышленной революции — и задолго до нее — стабильные деньги служили основой капиталистической экономики. Поборники принципа свободной конкуренции всегда выступали за стабильность валютных курсов. Их оппоненты, первые социалисты и коммунисты, соглашались с ними в одном: в том, что необходимо иметь надежную расчетную единицу. Плавающие валютные курсы не являются непременным признаком рыночной экономики; это неизбежная реакция рынка на беспрестанные правительственные манипуляции с валютами. Поскольку сложившаяся па данный момент система представляет скорее исключение из правил, чем правило, решение денежных проблем, ежедневно досаждающих человечеству, найти нетрудно.

Правительственные манипуляции с деньгами и плавающие курсы валют имели место еще до Рождества Христова; еще до нашей эры недовольные граждане требовали от политических лидеров вернуть стабильность национальным валютам. Александр Македонский объединил Средиземноморье, приказав чеканить серебряные монеты со своим изображением; спустя 25 столетий о нем вспоминают как об Александре Великом. Юлий Цезарь ввел золотой стандарт и возобновил чеканку золотых монет: этот император был и остается символом величия Рима. Александр Гамильтон в самом начале истории Соединенных Штатов учредил золотой доллар в качестве основной единицы, и сейчас его портрет украшает десятидолларовую купюру. На пост <министра финансов> его назначил президент Джордж Вашингтон, изображенный на купюре достоинством в $1. Наполеон вернул французской валюте золотой стандарт, и французы стали считать его своим императором. Ленин вернул к золотому стандарту замученную гиперинфляцией Россию, и ему воздвигли памятники по всей стране. Мао Цзэдун вернул Китаю золотой стандарт, и вокруг него сплотился народ. В 1949 году американские власти в оккупированной Японии привязали стремительно обесценивавшуюся иену к золотому стандарту, и японцы пошли на сотрудничество со страной, три года назад сбросившей на них атомную бомбу. Ричард Никсон вверг мир в монетарный хаос: в истории США он единственный президент, отправленный в отставку.

Рональд Рейган, прозванный «тефлоновым президентом» из-за того, что сумел сохранить популярность, несмотря на кризис и скандалы вокруг его имени, в 1980-е годы думал вернуться к золотовалютному стандарту, но в итоге продолжил девальвировать доллар, как делали его предшественники в 1970-е годы. Возможно, Билл Клинтон извлек из этого урок: в годы его правления администрация взяла курс на укрепление доллара, покончив с традицией удешевления национальной валюты, заведенной демократами столетие назад. Это привело к экономическому буму, и избиратели простили президенту сомнительные приключения. Избиратели прекрасно понимали, что не все президенты будут так же мудры, как Клинтон.

Человечество неоднократно прибегало к стабилизации хаотически колеблющихся валют. В одних только Соединенных Штатах стабилизация проводилась от трех до пяти раз, смотря как считать. Сложившаяся на данный момент ситуация отнюдь не уникальна в этом отношении, хотя сегодня правительствам, политикам и народам приходится решать необычайно сложные задачи. До 1971 года мир не подозревал, что монетарная система может быть полностью сорвана с традиционного металлического якоря. Плавающие курсы валют существовали всегда, но никогда еще все валюты без исключения не плавали одновременно. К настоящему моменту назрела потребность в лидере, обладающем достаточным видением ситуации и сильной волей, чтобы вернуть мир к монетарной стабильности. Лучше всего, чтобы этот лидер был американцем, поскольку доллар США был и остается главной мировой валютой. Тем не менее лидер может оказаться европейцем, китайцем, англичанином, японцем, русским или аргентинцем. В таком случае через несколько лет мир может отказаться от доллара и перейти на евро, ренминби, фунт стерлингов, иену и даже — да-да! — на рубль. Первой американской валютой стали «фантики», выпущенные правительством, которому вскоре суждено было уйти в отставку. Спустя два столетия в обиход вошло выражение «не стоит и континентала», что означало крайнюю степень бесполезности. Американскую валюту стали принимать во всем мире только тогда, когда доллар привязали к золоту. В течение двух столетий главной мировой валютой был британский фунт стерлингов. Однако после того как в 1914 году Британия отказалась от золотовалютного стандарта и повторно сделала это в 1931 году, мир отвернулся от почтенного фунта стерлингов: мировое господство перешло к доллару.

По счастью, сегодня мы гораздо лучше, чем в прошлом, понимаем, как работают денежные системы. В этой книге теория и история освещаются с классических позиций, в корне отличных от общепринятых в настоящее время воззрений, известных как неокейнсианство, но заслуживающих более точного определения — «неомеркантилизм». Классическая экономика — это основоположная экономика промышленной революции, первозданная экономика капитализма. Она является отражением конституционной демократии точно так же, как меркантилистская система является отражением абсолютной монархии и деспотизма.

Классическая доктрина зародилась вместе с цивилизацией. Ее отголоски слышны в трудах Конфуция, Мэн Цзы и Лао Цзы. Во времена Адама Смита, Давида Рикардо и Джона Стюарта Милля все экономисты придерживались классической теории. Даже Карл Маркс по сути был классическим экономистом. В конце XIX века их дело продолжили такие