Еще раз про любовь. Стихи русских поэтов. Вторая половина XIX века - Антология

<1855 или 1856>

Алексей Николаевич Плещеев

1825–1893

Песня

«Доброй ночи!» – ты сказала,Подавая руку мне,И желала много счастья,Много радостей во сне.

«Пусть до самого рассветаСнятся милые черты!» —Улыбаяся лукаво,Говорила другу ты!

И сбылись твои желанья,И тебя увидел я!Всё твои мне снились взоры,Взоры, полные огня!

Снилось – в комнатке уютнойМы сидим с тобой вдвоем;На полу чертит узорыМесяц палевым лучом.

Ты меня рукой лилейнойПривлекла на грудь свою,Нежно в очи целовалаИ шептала мне: «люблю!»

И еще так много снилось…Что за дивный, сладкий сон!Пожелай, чтобы со мноюНаяву случился он!..

<1845>

«Когда я в зале многолюдном…»

Когда я в зале многолюдном,Тревогой тайною томим,Внимаю Штрауса звукам чудным,То полным грусти, то живым;Когда пестреет предо мноюТолпа при свете ярких свеч;И вот, улыбкой молодоюИ белизной прозрачных плечБлистая, ты ко мне подходишь,В меня вперяя долгий взор,И разговор со мной заводишь,Летучий, бальный разговор…О, отчего так грустно, больноМне станет вдруг?.. Тебе едваЯ отвечаю, и невольноНа грудь клонится голова.И всё мне кажется, судьбоюНа муки ты обречена,Что будет тяжкою борьбоюИ эта грудь изнурена;Что взор горит огнем страданья,Слезу напрасно затая;Что безотрадное рыданьеЗа смехом звонким слышу я!И жаль мне, жаль тебя – и слезыГотовы кануть из очей…Но это всё больные грезыДуши расстроенной моей!Прости мне, друг; не зная скуки,Забыв пророческую речь,Кружись, порхай под эти звукиПри ярком свете бальных свеч!1845

Звуки

Не умолкай, не умолкай!Отрадны сердцу эти звуки,Хоть на единый миг пускайВ груди больной задремлют муки.

Волненья прошлых, давних днейМне песнь твоя напоминает;И льются слезы из очей,И сладко сердце замирает…

И мнится мне, что слышу яЗнакомый голос, сердцу милый;Бывало, он влечет меняК себе какой-то чудной силой;

И будто снова предо мнойСпокойный, тихий взор сияетИ душу сладостной тоской,Тоской блаженства наполняет…

Так пой же! Легче дышит грудь,И стихли в ней сомненья муки…О, если б мог когда-нибудьЯ умереть под эти звуки!

<1846>

Элегия

(На мотив одного французского поэта)

Да, я люблю тебя, прелестное созданье,Как бледную звезду в вечерних облаках,Как розы аромат, как ветерка дыханье,Как грустной песни звук                            на дремлющих водах;Как грезы я люблю, как сладкое забвеньеПод шепот тростника на береге морском —Без ревности, без слез, без жажды упоенья:Любовь моя к тебе – мечтанье о былом…

Гляжу ль я на тебя, прошедшие волненьяПриходят мне на ум, забытая любовь,И все, что так давно осмеяно сомненьем,Что им заменено, что не вернется вновь.

Мне не дано в удел беспечно наслаждаться:Передо мной лежит далекий,                                      скорбный путь;И я спешу, дитя, тобой налюбоваться,Хотя на миг душой от скорби отдохнуть.

[1846]

Из Байрона

Когда я прижимал тебя к груди своей,Любви и счастья полн и примирен                                           с судьбою,Я думал: только смерть нас разлучит                                              с тобою;Но вот разлучены мы завистью людей!

Пускай тебя навек, прелестное созданье,Отторгла злоба их от сердца моего;Но, верь, им не изгнать твой образ                                                из него,Пока не пал твой другпод бременем страданья!

И если мертвецы приют покинут свойИ к вечной жизни прах                             из тлена возродится,Опять чело мое на грудь твою склонится:Нет рая для меня, где нет тебя со мной!

1846

«Когда твой кроткий, ясный взор…»

Когда твой кроткий, ясный взорТы остановишь вдруг на мне,Иль задушевный разговорС тобой веду я в тишине;

Когда подашь мне руку ты,Прощаясь ласково со мной,И дышат женские чертыНеизъяснимой добротой, —

О, верь! не зависть, не враждаК тому, с кем ты на путь земнойСоединила жребий свой,Грудь наполняет мне тогда.

Я лишь молю, чтоб над тобойБыла господня благодать;Чтоб свет тщеславный и пустойТебя не мог пересоздать;

Чтоб сердце свято сбереглоСвои заветные мечты;Чтобы спокойно и светлоНа божий мир глядела ты;

Чтоб клеветы и злобы ядНе отравил весны твоей;Чтоб ты не ведала утратИ омраченных скорбью дней.

Еще молю я, чтобы насНе разлучал враждебный рок,Чтоб кротким светом этих глазЯ дольше любоваться мог.

[1857]

Яков Петрович Полонский

1819–1898

«Пришли и стали тени ночи…»

Пришли и стали тени ночиНа страже у моих дверей!Смелей глядит мне прямо в очиГлубокий мрак ее очей;Над ухом шепчет голос нежный,И змейкой бьется мне в лицоЕе волос, моей небрежнойРукой измятое, кольцо.

Промедли, ночь! густою тьмоюПокрой волшебный мир любви!Ты, время, дряхлою рукоюСвои часы останови!

Но покачнулись тени ночи,Бегут, шатаяся, назад.Ее потупленные очиУже глядят и не глядят;В моих руках рука застыла,Стыдливо на моей грудиОна лицо свое сокрыла…О солнце, солнце! Погоди!

1842

Последний разговор

Соловей поет в затишье сада;Огоньки потухли за прудом;Ночь тиха. – Ты, может быть, не рада,Что с тобой остался я вдвоем?

Я б и сам желал с тобой расстаться;Да мне жаль покинуть ту скамью,Где мечтам ты любишь предаватьсяИ внимать ночному соловью.

Не смущайся! Ни о том, что было,Ни о том, как мог бы я любить,Ни о том, как это сердце ныло, —Я с тобой не стану говорить.

Речь моя волнует и тревожит…Веселее соловью внимать,Оттого что соловей не можетЗаблуждаться и, любя, страдать…

Но и он затих во мраке ночи,Улетел, счастливец, на покой…Пожелай и мне спокойной ночиДо приятного свидания с тобой!

Пожелай мне ночи не заметитьИ другим очнуться в небесах,Где б я мог тебя достойно встретитьС соловьиной песнью на устах!

1845

Затворница

В одной знакомой улице —         Я помню старый дом,С высокой, темной лестницей,         С завешенным окном.Там огонек, как звездочка,         До полночи светил,И ветер занавескою         Тихонько шевелил.Никто не знал, какая там         Затворница жила,Какая сила тайная         Меня туда влекла,И что за чудо-девушка         В заветный час ночнойМеня встречала, бледная,         С распущенной косой.Какие речи детские         Она твердила мне:О жизни неизведанной,         О дальней стороне.Как не по-детски пламенно,         Прильнув к устам моим,Она, дрожа, шептала мне:         «Послушай, убежим!Мы будем птицы вольные –         Забудем гордый свет…Где нет людей прощающих,         Туда возврата нет…»И тихо слезы капали –         И поцелуй звучал –И ветер занавескою         Тревожно колыхал.

20 июля 1846, Тифлис

Песня цыганки

Мой костер в тумане светит;Искры гаснут на лету…Ночью нас никто не встретит;Мы простимся на мосту.

Ночь пройдет – и спозаранокВ степь далеко, милый мой,Я уйду с толпой цыганокЗа кибиткой кочевой.

На прощанье шаль с каймоюТы на мне узлом стяни:Как концы ее, с тобоюМы сходились в эти дни.

Кто-то мне судьбу предскажет?Кто-то завтра, сокол мой,На груди моей развяжетУзел, стянутый тобой?

Вспоминай, коли другая,Друга милого любя,Будет песни петь, играяНа коленях у тебя!

Мой костер в тумане светит;Искры гаснут на лету…Ночью нас никто не встретит;Мы простимся на мосту.

1853 (?)

Утрата