Рассказ Носова Витя Малеев в школе и дома - Носов Н.

спичечных коробков, со множеством окон и двереий. Какие-то маленькие белые зверушки то и

дело вылезали из окон и двереий, ловко карабкались по стенам и снова залезали обратно в

домик. На крыше домика была труба, а из трубы выглядывала точно такая же белая зверушка.

Я удивился.

- Что это за зверушки? - спрашиваю.

- Ну, мыши.

- Так мыши ведь серые, а эти какие-то белые.

- Ну, это и есть белые мыши. Что ты, никогда белых мышеий не видел?

Шишкин поиймал мышонка и дал мне подержать. Мышонок был белыий-пребелыий, как молоко,

только хвост у него был длинныий и розовыий, как будто облезлыий. Он спокоийно сидел у меня на

ладони и шевелил своим розовым носиком, как будто нюхал, чем пахнет воздух, а глаза у него

были красные, точно коралловые бусинки.

- У нас в доме белые мыши не водятся, у нас только серые, - сказал я.

- Да они ведь в домах не водятся, - засмеялся Шишкин. - Их покупать надо. Я купил в

зоомагазине четыре штуки, а теперь видишь, сколько их расплодилось. Хочешь, подарю тебе

парочку?

- А чем их кормить?

- Да они всеё едят. Крупоий можно, хлебом, молоком.

- Ну ладно, - согласился я.

Шишкин разыскал где-то картонную коробочку, посадил в нее двух мышеий и сунул коробку в

карман.

- Я их сам понесу, а то ты, по неопытности, раздавишь, - сказал он.

Мы стали натягивать куртки, чтоб идти ко мне.

- Куда это ты снова собираешься? - спросила Костю мама.

- Я сеийчас вернусь, только на минутку заийду к Вите, я обещал ему.

Мы вышли на улицу и через минуту уже были у меня. Мама увидела, что я не один пришел, и не

стала бранить меня за то, что я поздно вернулся.

- Это моий школьныий товарищ, Костя, - сказал я еий.

- Ты новичок, Костя? - спросила мама.

- Да, я только в этом году поступил.

- А до этого где учился?

- В Нальчике. Мы жили там, а потом тетя Зина окончила десятилетку и захотела поступить в

театральное училище, тогда мы переехали сюда, потому что в Нальчике театрального училища

нет.

- А где тебе больше нравится: здесь или в Нальчике?

- В Нальчике лучше, а здесь тоже хорошо. И еще мы жили в Краснозаводске, там тоже было

хорошо.

- Значит, у тебя хорошиий характер, раз тебе везде хорошо.

- Нет, у меня плохоий характер. Мама говорит, что я слабохарактерныий и ничего не добьюсь в

жизни.

- Почему же мама так говорит?

- Потому что я никогда вовремя уроков не делаю.

- Значит, ты такоий, как наш Витя. Он тоже не любит делать вовремя уроки. Вам надо взяться

вместе и переделать своий характер.

В это время пришла Лика, и я сказал:

- А это вот, познакомься, моя сестра Лика.

- Здравствуийте! - сказал Шишкин.

- Здравствуийте! - ответила Лика и стала разглядывать его, будто он был не простоий мальчишка, а

какая-нибудь картина на выставке.

- А у меня сестры нет, - сказал Шишкин. - И брата у меня нет. Никого у меня нет, я совсем

одинокиий.

- А вы хотели бы, чтоб у вас была сестра или брат? - спросила Лика.

- Хотел бы. Я делал бы для них игрушки, дарил бы им звереий, заботился бы о них. Мама говорит,

что я беззаботныий. А почему я беззаботныий? Потому что мне не о ком заботиться.

- А вы о маме заботьтесь.

- Как же о неий заботиться? Она как уедет на работу, так ее ждешь, ждешь вечером придет, а

потом вдруг и вечером уедет.

- А кем ваша мама работает?

- Моя мама шофер, на автомобиле ездит.

- Ну, вы о себе заботьтесь, вашеий маме было бы легче.

- Это я знаю, - ответил Шишкин.

- А вы свою куртку нашли? - спросила Лика.

- Какую куртку? Ах, да! Нашел, конечно, нашел. Она так и лежала на футбольном поле, где я

оставил.

- Вы так когда-нибудь простудитесь, - сказала Лика.

- Нет, что вы!

- Конечно, простудитесь. Забудете зимоий где-нибудь шапку или пальто.

- Нет, пальто я не забуду. . Вы мышеий любите?

- Мышеий. . м-м-м, - замялась Лика.

- Хотите, подарю вам парочку?

- Нет, что вы!

- Они очень хорошие, - сказал Шишкин и вынул из кармана коробку с белыми мышами.

- Оий, какие хорошенькие! - завизжала Лика.

- Что ж ты еий моих мышеий даришь? - испугался я. - Сначала подарил мне, а теперь еий!

- Да я еий только показываю этих, а подарю других, у меня ведь еще есть, сказал Шишкин. - Или,

если хочешь, подарю еий этих, а тебе других подарю.

- Нет, нет, - сказала Лика, - пусть эти Витины будут.

- Ну хорошо, я вам завтра других принесу, а этих вы только посмотрите.

Лика протянула руки к мышам:

- А они не кусаются?

- Что вы! Совсем ручные.

Когда Шишкин ушел, мы с Ликоий взяли коробку из-под печенья, прорезали в неий окна и дверцы

и посадили в нее мышеий. Мышки выглядывали из окон, и на них было очень интересно

смотреть.

За уроки я опять принялся поздно. По своему обыкновению, я сделал сначала то, что было

полегче, а после всего принялся делать задачу по арифметике. Задача опять оказалась трудная.

Поэтому я закрыл задачник, сложил все книжки в сумку и решил на другоий день списать задачу

у кого-нибудь из товарищеий. Если бы я стал решать задачу сам, то мама увидела бы, что я до сих

пор не сделал уроки, и стала бы упрекать меня, что я откладываю уроки на ночь, папа взялся бы

объяснять мне задачу, а зачем мне отрывать его от работы! Пусть лучше чертит чертежи для

своего шлифовального прибора или обдумывает, как лучше сделать какую-нибудь модель. Для

него ведь все это очень важно.

Пока я делал уроки, Лика положила в мышиныий домик ваты, чтобы мышки могли устроить себе

гнездышко, насыпала им крупы, накрошила хлеба и поставила маленькое блюдечко с молоком.

Если заглянуть в окошечко, можно видеть, как мышки сидят в домике и жуют крупу. Иногда

какая-нибудь мышка садилась па задние лапки, а передними начинала умываться. Вот умора!

Она так быстро терла лапками свою рожицу. что нельзя было без смеха смотреть. Лика все

время сидела перед домиком, заглядывала в окно и смеялась.

- Какоий у тебя хорошиий товарищ, Витя! - сказала она, когда я подошел посмотреть.

- Это Костя-то? - говорю я.

- Ну да.

- Чем же он такоий хорошиий?

- Вежливыий. Так хорошо разговаривает. Даже со мноий поговорил.

- Отчего же ему не поговорить с тобоий?

- Ну, я ведь девчонка.

- Что ж, если девчонка, так и разговаривать с неий нельзя?

- А другие ребята не разговаривают. Гордятся, наверно. Ты с ним дружи.

Я хотел еий сказать, что Шишкин не такоий уж хорошиий, что он уроки списывает и мне в тетради

даже посадил кляксу, но я почему-то сказал:

- Будто я сам не знаю, что он хорошиий! У нас в классе все ребята хорошие.

Глава четвертая

Прошло дня три, или четыре, или, может быть, пять, сеийчас уже не помню точно, и вот один раз

на уроке наш редактор Сережа Букатин сказал:

- Ольга Николаевна, у нас в редколлегии никто не умеет хорошо рисовать. В прошлом году

всегда рисовал Федя Рыбкин, а теперь совсем некому, и стенгазета получается неинтересная.

Надо нам выбрать художника.

- Художником надо выбирать того, кто умеет хорошо рисовать, - сказала Ольга Николаевна. -

Даваийте сделаем так: пусть каждыий принесет завтра свои рисунки. Вот мы и выберем, кто лучше

рисует.

- А у кого нет рисунков? - спросили ребята.

- Ну, нарисуийте сегодня, приготовьте хоть по рисунку. Это ведь нетрудно.

- Конечно, - согласились мы все.

На другоий день все принесли рисунки. Кто принес старые, кто нарисовал новые; у некоторых

были целые пачки рисунков, а Грачев принес целыий альбом. Я тоже принес несколько. картинок.

И вот мы разложили все свои рисунки на партах, а Ольга Николаевна подходила ко всем и

рассматривала рисунки. Наконец она подошла к Игорю Грачеву и стала смотреть его альбом. У

него там были нарисованы всеё моря, корабли, пароходы, подводные лодки, дредноуты.

- Игорь Грачев лучше всех рисует, - сказала она. - Вот ты и будешь художником.

Игорь улыбался от радости. Ольга Николаевна перевернула страничку и увидела, что там у него

нарисован моряк в тельняшке, с трубкоий во рту, точь-в-точь такоий же, как на стене был. Ольга

Николаевна нахмурилась и пристально поглядела на Игоря. Игорь заволновался, покраснел и

тут же сказал:

- Это я нарисовал морячка на стенке.

- Ну вот, а когда спрашивали, так ты не признавался! Нехорошо, Игорь, нечестно! Зачем ты это

сделал?

- Сам не знаю, Ольга Николаевна! Как-то так, нечаянно. Я не подумал.

- Ну хорошо, что хоть теперь признался. После уроков поийди к директору и попроси прощения.

После уроков Игорь пошел к директору и стал просить у него прощения. Игорь Александрович

сказал:

- Государство уже израсходовало на ремонт школы много денег. Второий раз ремонтировать

некому. Иди домоий, пообедаешь и придешь.

После обеда Игорь пришел в школу, ему дали ведро с краскоий и кисточку, и он побелил стену

так, что морячка не стало видно.